Природа во плоти
И таких случаев не сосчитать. Но почему-то именно тогда Сильвия по-настоящему испугалась. Что с ней сделает Ирида, если Сильвия откажется слушаться? На что воистину способна эта женщина?
Она до дрожи боялась познать это на себе, и именно поэтому Ирида всегда добивалась своего: подчинения. От малодушного мужа и от дочери, которая, хоть и выросла достаточно, чтобы уметь отстоять свои права, все еще не может найти в себе смелость открыто пойти против нее. Возможно, еще одной причиной оттачивания Сильвией своих умений было и то, как отчаянно она хотела больше не бояться. Но, каких бы успехов она не достигала в управлении своей стихией, Сильвия всё ещё была той напуганной маленькой девочкой. В присутствии матери чувство беспомощности сдавливало ей горло, и внезапно любая уверенность в себе и в своих силах пропадала. Тем усерднее она выкладывалась на каждой новой тренировке, надеясь, что однажды все же найдет недостающую ей смелость.
— Я не хочу стать такой, как она, — тихо сказала Сильвия. Предки, она всё-таки произнесла это вслух! — Я не знаю, но мне кажется… как будто, прибегая к способностям, я становлюсь на шаг ближе к этому. И мне дурно от этой мысли.
— Но это же совсем другое! Ты не используешь её против близких. Это жестоко.
Да, сама Риа иной раз не гнушается запульнуть в Джейка огненный шар, но это совершенно другая история. Кузен, во-первых, заслуживает это и сам нарывается, а во-вторых, прекрасно умеет постоять за себя и дать сдачи, да ещё какой. А Сильвия по какой-то причине не могла.
— Я знаю, но… — Сильвия тяжело вздохнула. — Не могу отделаться от этого чувства. Если бы было возможно, я бы вовсе отказалась от способностей. Но я уже пыталась — и к чему это привело?
К потопу на кухне, взорванной канализации и ливню прямо в доме. Но это если вкратце.
— О существовании наших сил невозможно забыть, — продолжила Сильвия. — Ты либо подчиняешь их себе, либо они подчиняют тебя.
— Что есть, то есть, — невесело заключила Риа. А затем хитро улыбнулась: — Но я надеюсь, что всё-таки увижу, как нос Джейка пропахивает землю из-за тебя. Сегодня тебе не хватило всего-ничего для победы!
— Ну, уж ради того, чтобы отправить самооценку Джейка в нокаут… даже я тут готова поступиться своими принципами.
— Я заметила, — усмехнулась Риа. — Эй, — она коснулась рукой ее плеча. — Я верю, что однажды ты и ей утрешь нос. И если нужно с кем-то поговорить, я здесь. Не только же тебе мои проблемы выслушивать.
Бледная улыбка коснулась губ Сильвии.
— Я останусь сегодня у тебя, если ты не против.
— Гостевая спальня в твоём распоряжении. — Риа скользнула с кровати на пол.
Приготовившись ко сну и пожелав Рие спокойной ночи, Сильвия вышла из её комнаты. Ей не нужно было показывать дорогу: с ночевкой у подруги она оставалась часто. Тем не менее по пути ее ждал сюрприз. Она столкнулась с ним, едва отойдя от двери, и чуть не подскочила от неожиданности.
— Сильвия. — Джейк, видно, нашел ее реакцию забавной. — Не пугайся так, это всего лишь я.
Девушка обратила внимание, что он только что из душа. С его светлых волос, пахнущих яблочным шампунем, еще стекала вода, через плечо было перекинуто влажное полотенце. Благо, у Джейка не было привычки ходить по дому в одном полотенце после водных процедур, — он сразу надел футболку и штаны — не то легкой растерянностью Сильвия бы не отделалась.
— Милая пижамка, — оценил он.
И только сейчас Сильвия вспомнила, что на ней самой только майка и шорты. Нет уж, если сейчас она позволит себе смутиться, то она не Сильвия Амаринс!
— Я вовсе не испугалась, — поспешила заверить девушка. — Недавно вернулся?
Риа выключила музыку, когда они начали собираться ко сну, и тогда Сильвия услышала стук входной двери. Дядя Киан накануне заглянул к ним в комнату и велел закругляться, поэтому это был не он.
— Да, были дела, — ограничился ответом Джейк.
— В такой час?
Стало ясно, что он не собирается перед ней отчитываться. Поняв это, Сильвия двинулась было вперед, пожелав закончить на этом разговор, пока Джейк услужливо не подсказал:
— Гостевая комната в другом конце коридора.
Да, в противоположной стороне от той, в которую направилась Сильвия, и она прекрасно это знала. Неужели встреча с Джейком настолько выбила ее из колеи? Нет, она просто устала. Только и всего.
— Не надо меня провожать, — бросила ему девушка, услышав шаги позади себя.
— И в мыслях не было. Просто моя спальня в той же стороне.
Ну конечно, и это Сильвии было заведомо известно. Отчего же у нее внезапно как будто отключили мозги?
Она поскорее юркнула в комнату, смежную с его, и перед тем, как закрыть дверь, услышала, как будто бы насмешливое:
— Спокойной ночи.
«Насмешливое»?!
О предки, только не говорите ей, что Джейк заметил это ее странное поведение и сейчас потешается над ней, глядя в потолок — в таком случае она потеряет к себе всякое уважение!
Но одно она знала точно: Джейк что-то скрывает. И сегодня, как никогда доведенный до гнева, он позволил себе поступить неосторожно и совершить ошибку.
И эта ошибка будет дорого ему стоить, потому что Сильвия во что бы то ни стало докопается до правды.
Глава 16. Пепел чужой вины.
«Двести тридцать четыре, двести тридцать пять, двести тридцать шесть…»
Под энергичную «1, 2, 3 Turn Around» by «Christian TV» Иса уверенно шла к новому рекорду по прыжкам на скакалке. Ее комнату можно было принять за спортзал: тут и там разместились гантели, гири, различные мячи и другой спортивный инвентарь. Иса увлекалась гимнастикой, бегом, спортивными танцами, плаванием и даже футболом, и дня не могла прожить без того, чтобы не «выпустить энергию» в каком-нибудь из этих занятий. Сегодня ранним утром они с Линдоном уже совершили традиционную пробежку до леса и обратно, чего Исе, конечно же, не хватило, и она взялась за скакалку.
— Иса. — В приоткрывшейся двери показалась голова брата. — Это я.
— Лин! — Иса тут же бросилась к нему. — Вы уже уезжаете?
— Да, пора бы.
Иса вызвалась проводить Линдона до двери, где уже ждала мама. Эмери Райос была невысокой стройной женщиной характера такого же простого, как и ее внешний вид. Она работала учительницей истории в школе и часто давала уроки на дому. За ее простоту и скромность друзья и соседи любили ее и уважали, как и все семейство Райосов — добродушные, бесхитростные, всегда готовые прийти на помощь.
— Береги себя, дорогой, — напутствовала Эмери, обнимая сына. — Если что-то случится, звони мне, я тут же приеду.
— Не думаю, что папа отпустит тебя одну. — Линдон тепло ей улыбнулся.
— Если бы он мог поехать с вами, то непременно поехал бы.
Но не может, как и все носители силы, прошедшие Обряд Инициации. Так заведено, что в Семьях Хранителей только один из родителей может обладать силой, избранник же его — обязательно обычный смертный, он-то и имел возможность покинуть Дегхельм, не опасаясь за свою жизнь. В таком случае, отчего Совету посылать в этот опасный путь Линдона и Джейка, когда среди старшего поколения есть взрослые, не носители силы, которые могли бы отправиться вместо них? За этот вариант голосовала Томилла Райос, не желая подвергать внука риску, однако Киан настоял, убедив всех, что посылать «беспомощных» членов семей — затея еще более рисковая, чем предложенная им. Джейк и Линдон, по крайней мере, смогут дать отпор и защититься, если дело действительно связано с «Крестом и мечом».
Настала очередь Исы прощаться. Кинувшись брату на шею, она обняла его так крепко, что едва не придушила.
— Не забудь привезти для меня сувенир из Флоримса, — напомнила она. И шепнула с заговорщической улыбкой: — И передавай привет Джейку.
***
Через четверть часа автомобиль притормозил у остановки на выезде из города, где, сунув руки в карманы и с рюкзаком на плече, уже ждал Джейк.
— Подбросить? — добродушно предложил водитель.
— Мама учила меня не доверять парням со смазливыми личиками, — тут же нашелся Джейк.
— Говоря этим, что тебе не стоит доверять самому себе?
— Приятно, что ты находишь мое лицо смазливым, — хмыкнул Джейк и, обойдя автомобиль, запрыгнул на переднее сиденье.
Они тронулись с места.
— Так ты считаешь меня смазливым? — просиял довольной ухмылкой Линдон.
— А если скажу, что пошутил, сильно разобью твою самооценку?
— На миллионы маленьких осколков, — на лице Линдона отразилась настоящая драма.
— Тогда лучше промолчу, — усмехнулся Джейк и начал опускать сиденье.
— Снова мало спал? — догадался Линдон. — И где это, интересно, ты пропадаешь по ночам? Или, может быть, у кого? — Он с любопытством покосился на друга.
— Всю ночь отвечал на любовные сообщения Исы, вот и не выспался, — без зазрений совести сообщил Джейк.
Жаль, у него не было камеры наготове, чтобы запечатлеть реакцию собеседника.
— Издеваешься, — заключил Линдон, заметив смешинку в его глазах.
— На твоем месте я бы уже начал задумываться.
— О чем это?
— Как отгонять от сестры ухажеров, которые скоро будут не давать ей прохода. Всё-таки это входит в святые обязанности старшего брата. Уже научился хватать парней за шкирку и с грозным видом выкидывать из комнаты? Ещё было бы неплохо посадить крапиву прямо под ее окном. Ну или хотя бы шиповник!
Воистину, Линдон был в ужасе.
— А это ещё зачем?
Джейк глянул на него в комичном недоумении:
— Ты правда такой тормоз или притворяешься? Никогда не пробирался в комнату к девушке через окно и не убегал обратно сломя голову, потому что её папаше вдруг вздумалось проверить, что это там за звуки доносятся из её спальни? Но вот ружьё и соль — это уже перебор…
— Ружьё и соль… — озадаченно повторил Линдон. — Постой-ка, а не ты ли тогда поутру ходил прихрамывая, как будто тебя...
— Это я только к примеру, — спешно договорил Джейк. — К тому, что перебарщивать тоже не надо.
Поразмыслив, Линдон сказал:
— Думаю, не придётся. Ису никто не интересует кроме тебя.
По его интонации не было понятно, как он к этому относится. С досадой? Осуждением? Может, опаской?
По крайней мере пока сестра не предпринимала активных действий по отношению к своему кумиру, ограничиваясь только мечтательными взглядами и томными вздохами, поэтому Линдону не о чем было волноваться.
Пока что.
— Только не бей по лицу, — поднял перед собой руки Джейк.
— За то, что станешь клеиться к моей сестре?
— Я не собираюсь клеиться к твоей сестре. Можешь не беспокоиться на этот счёт.
Линдон и так не беспокоился. Почти.
— Есть кто-то на примете? — проявил он проницательность.
Джейк ответил не сразу.
— Возможно.
Он устроился поудобнее и прикрыл глаза.
— Нормальные люди спят ночью, — пробурчал себе под нос Линдон.
— Нормальные люди не ездят по трассе с такой скоростью.
— Тише едешь, дальше будешь.
— Настолько тише, чтобы над нами смеялись велосипедисты? Даже моя бабушка ездила быстрее.
— Твоя бабушка поставила бы на место самого Гитлера, если бы они встретились, и заставила бы его извиняться перед евреями за свое «непозволительное поведение», — процитировал он последними словами одну из её излюбленных реплик.
У Джейка вырвался смешок. Как-то раз именно за «непозволительное поведение» бабушка Кайя отвесила им с Линдоном щедрых подзатыльников и в наказание заставила до блеска надраить комнату, в которой те устроили беспорядок. Тогда мальчишкам вдруг захотелось поиграть в художников. Они где-то достали гуашь и одним листом бумаги не ограничились — вся спальня дедушки превратилась в картину. Оттирать свои художества впоследствии было уже не так весело.
— Да, тебе до нее далеко, — признал Джейк.
Некоторое время они ехали в молчании, пока Линдон снова не заговорил:
— А все эти вещи… про ухажеров. Ты тоже так делал с Рией?
— В смысле ограждал ли ее от всего этого ходячего повышенного тестостерона? Ты не поверишь, но да. Только о большинстве случаев она не знает.
Линдон на это хмыкнул. Тогда Джейк решил пояснить:
— Я не из собственной вредности. Они все были уродами.
— Не понаслышке, значит, знаком со «святыми обязанностями старшего брата».
Джейк прыснул:
— Кто бы мог подумать.
***
Особняк Рахлейвов возвышался над дорогой мрачной скалой. Подходя к крыльцу, Сильвия обошла обломки камня, в которых признала останки статуи горгульи, когда-то встречавшей гостей у входа. Оставшийся без ухода камень рассыпался от времени, но до него, видимо, никому не было дела.
Раньше Сильвия уже бывала у Рахлейвов. Ее приводили сюда с собой родители, когда собирались вместе с другими Семьями Хранителей. Тогда ее бы оставляли с другими детьми в гостиной, где они могли играть, пока взрослые весело проводят время за столом. Но однажды все изменилось. Со смертью Рональда Рахлейва, сына Хиори, этот дом больше не ждал гостей с теплой вкусной едой и улыбчивыми хозяевами — он мог предложить лишь траур и беспросветное молчание.
Дверь открыл пожилой мужчина с белоснежной шевелюрой. Он с удивлением воззрился на гостью. Ожидал увидеть кого-то другого? Скорее уж никого: вряд ли у старика Хиори бывают посетители. Чей угодно визит станет сюрпризом.
— Мистер Бернард? — уточнила девушка. — Я Сильвия Амаринс. Мы встречались пару раз в городе. Я знаю, что вы приглядываете за мистером Рахлейвом.
— Ах, мисс Амаринс, припоминаю. Что привело вас сюда?
— Мне нужно поговорить с мистером Рахлейвом. Я могу его увидеть?
— Поговорить… — Он озадаченно потёр затылок.
— Мне известно о его состоянии. Это не займет много времени.
— Ну что ж, если вы считаете это необходимым, — склонил голову мистер Бернард и отступил, давая девушке войти. — Но не уверен, что это пойдет вам на пользу. Мистер Рахлейв уже давно никого не принимал. Он… не совсем в себе.
Все же Сильвия уверенно пересекла порог. Она и не ждала, что будет легко и ей непременно удастся найти ответ на свой вопрос, но, не попытавшись, точно ничего не узнаешь.
Одну за одной она пересекла три больших комнаты, заваленных какими-то вещами, к которым, видно, уже много времени никто не притрагивался.
Она помнила себя, идущей тем же путем: вот она переступает порог и следует за родителями в прихожую, где уже нет места для верхней одежды, — на Рождество здесь сегодня собралось много народу — вот поднимается по лестнице и сворачивает за ними направо, в просторную столовую, где за накрытым столом уже сидят гости. А после ужина мама отводит ее в большой зал, где ждут ее «товарищи по игрушкам». Маленькие Джейк и Риа уже успели повздорить, не поделив игрушку, а Линдон потешается над ними, наблюдая со стороны. Амелис увлечена мультиком, Кэйлеб и Айэн заняты сбором конструктора: старший брат объясняет младшему, что и с чем следует соединять. Аника и Иса спорят, кто из них будет играть самой красивой куклой, и в итоге Аника уступает, потому что Иса уж очень настойчива и даже грозится позвать брата на свою защиту. Здесь есть и Вита, она с сосредоточенным личиком сооружает кукольный домик из подручных материалов, не обращая ни на кого внимания. Так и не решив, к кому из них хочет присоединиться, Сильвия просто идет в дальний конец комнаты, где находит листок с цветными карандашами, и погружается в рисование. Ей нравится шум праздника, приятной музыки, доносящегося из столовой смеха, сладости и подарки, которые она найдет под елкой утром, рождественские песни и мультфильмы, которые включали для них в этом зале.
Все это было как будто в другой жизни. Так давно, что спрашиваешь себя: а было ли это на самом деле, или то лишь сон? Красивый, сказочный, незабываемый сон…
— Мисс Амаринс, — окликнул ее Бернард. — Сюда, пожалуйста.
Сильвия вдохнула полной грудью, покидая мир воспоминаний. Она осознала, что вот уже несколько минут стоит в общей столовой у входа в большой зал, задумчиво глядя в глубь комнаты. Каждый праздник здесь стоял чудный запах запеченного мяса, овощей и ягодного пирога.
Сейчас же пахло пылью и стариной. Этот дом давно не видел порядка. Он казался заброшенным, оставленным, разбитым… Как и судьба его хозяев — семьи Рахлейвов, которая рассыпалась совсем как та статуя у входа.
Мистер Бернард привел ее в одну из последних комнат, самую мрачную из всех из-за задернутых штор, не пропускающих свет.
— Мистер Рахлейв предпочитает темноту, — пояснил дворецкий. — Он недавно проснулся. Можете зажечь вон те свечи.
Найдя спички неподалеку, Сильвия последовала его совету. Помещение озарили три маленьких огонька. Этого было едва ли достаточно для царящего вокруг густого мрака, но раз хозяин дома был бы против…
— Ирида? — проскрипел старческий голос со стороны кровати.
Сильвия невольно вздрогнула. Ее часто сравнивали с матерью, говоря, как они похожи, но еще никогда ее не принимали за Ириду. Повернувшись, она медленно подошла к хозяину дома. Лицо Хиори скрывал мрак. Наверное, и хорошо, что Сильвия не могла получше его разглядеть. И увидеть, что с ним сделало время и пережитая боль.
— Нет, я… Сильвия, — негромко произнесла она. — Я ее дочь.
Хиори, скрепя матрасом, приподнялся на кровати и нахмурил испещренное морщинами лицо, внимательнее присматриваясь к девушке.
— Ах, Сильвия… — вздохнул он. — Я помню тебя еще ребенком. Мы не виделись много лет.
— Да, прошло почти десять.
С тех пор, как погиб Рональд и, недолго погодя, умерла и его мать, не выдержав горя утраты. Хиори остался один. Потеря единственного сына сильно подкосила его здоровье. Говорят, он потерял рассудок и порой бывает опасен для самого себя.
Правда ли это? Прежде у Сильвии не было шанса узнать: после того случая она больше здесь не бывала. Празднования Рождества у Рахлейвов отныне закончились.
— Десять лет… — повторил старик. — Десять лет, как не стало моего дорогого мальчика…
От боли, отразившейся в его голосе, у Сильвии по спине пробежали мурашки. Но она пришла сюда за ответами, так что придется превозмочь жалость.
— О нем я и хотела поговорить. Ваш сын… он ведь был женат? На Джоанне, так?
Насколько Сильвии известно, у них не было детей. По крайней мере тех, о которых знала бы общественность. Но если все же были? Тогда вполне вероятно, что об этом мог бы знать Хиори. В таком случае признается ли он в этом Сильвии? Вряд ли, но попробовать стоило…
— Джоанна… — пробормотал старик. — Милейшая девушка. Я любил ее как дочь. Но вот Рональд… Не ей принадлежало его сердце. Она чувствовала это. Всегда знала, но долго терпела. Терпела и ждала, что он забудет о ней.
— «О ней»? — спохватилась Сильвия. — Рональд был влюблен в другую?
— Как бы я не старался его образумить, — покачал головой Хиори. — Внушил ему, что брак с Джоанной будет лучшим решением. Он послушал, но… когда Джоанна узнала, что он много лет продолжал обманывать ее с… с… — Хиори зашелся в кашле. Сильвия сморщилась, слыша, как разрываются его лёгкие. — Узнав обо всем, она рассталась с Рональдом и уехала. А он, недолго думая, побежал к ней. Но не дошел. Он убил его… убил моего дорогого мальчика…
Глаза Сильвии в ужасе расширились.
— Рональд погиб в пожаре. Никто не убивал его…
— Я знаю, что это был он! Он не смог совладать с его упрямством, вот и забрал жизнь моего сына! Все из-за правил, правил, правил… Проклятые правила, ломающие наши жизни!
Сильвия поднялась со стула. У нее тряслись колени и бешено колотилось сердце. Глаза Хиори горели, мечась из стороны в сторону, его голос сорвался на истеричный крик.
— Кто «он»? Кто убил вашего сына?
Она встретилась со взглядом его безумных глаз, в которых уже стояли слезы опустошающего горя. И Сильвия получила ответ, сотрясший ее словно ударом, как если бы обломки той статуи обрушились на нее:
— Киан Фредерри.
Сильвии понадобилось не меньше минуты, чтобы прийти в себя и вспомнить, как говорить.
— Дядя Киан… — промолвила она. — Нет, этого не может быть. Вы что-то путаете…
— Это сделал он! — продолжал кричать старик. — Он устроил пожар! Он решил покончить с моим Рональдом…
Рахлейв продолжал без остановки говорить одно и то же, его крик то сменялся тихими рыданиями, то сотрясал комнату пуще прежнего. Сильвия испуганно отшатнулась, всё ещё не воспринимая происходящее. В комнате появился Бернард.
— Вам лучше уйти, мисс Амаринс, — хватая Хиори за руки, чтобы не покалечил себя, сказал он. — У него новый припадок. Он может… Ступайте же!
Сильвия не могла сдвинуться с места. А затем новый крик Бернарда заставил ее пулей ринуться из комнаты.
Дядя Киан… Возможно ли это? Да, он строгий, порой деспотичный и, возможно, местами жестокий… но убийство? Сильвия никогда бы не допустила и мысли…
Она зашла в ванную и остановилась перед раковиной, все еще неровно дыша. Умылась холодной водой, пытаясь отогнать от себя шок, как вдруг… Ее взгляд зацепился за предмет, лежащий на полочке над раковиной. Она взяла его, чтобы рассмотреть поближе. Толстое серебряное кольцо. Мужское, не запыленное и совершенно не к месту здесь. Как будто его кто-то забыл. Оно принадлежит Хиори? Но к чему ему быть тут?
Сильвия вернула кольцо на место, желая поскорее убраться из этого мрачного места. Вопросов стало только больше, но в одном она убедилась точно: во всей это истории есть тайна, которую кто-то не хочет раскрывать.
Глава 17. Там, где сходятся следы.
— Так это все, что вам известно об Амелис? — уточнил Джейк.
Миссис Тиори — куратор группы Амелис — в своем кабинете уже поделилась с Джейком и Линдоном всей информацией, которой располагала: в последнее время Амелис стала учиться хуже и часто пропускать. Преподаватели пробовали поговорить с девушкой и прояснить ситуацию, но та отмалчивалась. А несколько дней назад она и вовсе исчезла из кампуса и ни ее подруги, ни знакомые не имеют понятия, куда.
— Я уже обо всем рассказала ее родственникам по телефону, — сказала миссис Тиори. — И то же повторила вам. Простите, но больше я ничем не могу вам помочь. Надеюсь, Амелис скоро найдется. У нее много хвостов.
— Она ведь живет в тридцать пятом общежитии?
Линдон непонимающе глянул на друга. Зачем это ему?
— Да, — ответила куратор. — Но посторонних туда не пускают. Да и зачем вам туда понадобилось?
— Что вы, совершенно незачем, — Джейк звучал как всегда убедительно. Но в отношении его Линдон отлично умел читать между строк. Джейк что-то задумал.
***
В парке у тридцать пятого общежития болталось много народу. Слышались детские крики, бодрые разговоры и шум с волейбольной площадки. Стояла солнечная погода. Линдон, сунув руки в карманы джинсов, отирался неподалеку от парочки девушек, которые сидели на лавочке и то и дело бросали в его сторону заискивающие взгляды, отводя их каждый раз, когда он их ловил. Он ждал Джейка, который, видимо, не понимает значения слова «важный» в словосочетании «важное задание», ради которого они сюда приехали, потому что вот уже сколько времени беззастенчиво флиртует с двумя девицами у игровой площадки. Не то чтобы это было чем-то непривычным, но они здесь ради дела, а не развлечений!
— Ты закончил заниматься ерундой? — сварливо осведомился Линдон, когда Джейк, наконец, подошёл к нему. Новообретенные обожательницы игриво смотрели ему вслед, как будто с нетерпением ожидая его возвращения.
— Расслабься, — ответил он. — Будешь так хмуриться, появятся морщины.
— Это не смешно! Что нам делать теперь?
— Мы наведаемся в комнату Амелис, — просто ответил Джейк, как будто это было бы так же легко, как для него — вскружить голову малолетним дурочкам.
— Ты шутишь? И как ты собираешься пройти через охранника, пропускную систему с камерами и запертую дверь, в конце концов?
— Очень просто. Я войду по приглашению. Вот от них, — Джейк кивнул на девчонок, которые мечтательно следили за каждым его движением. — Ты понравился рыженькой. Так что, пожалуйста, постарайся быть милым. И прекрати уже так хмуриться!
Линдон направился за Джейком, угрюмый и возмущенный, что-то бормоча себе под нос. Уж чего он точно не умел, так это изображать беззаботный вид и веселиться, когда на самом деле его что-то беспокоит. Поэтому за импровизированным столом в комнате девушек — Мэри и Кэти — все внимание на себя пришлось перетянуть Джейку, лишь бы те не разбежались, завидев выражение лица Линдона — такое озадаченное, как будто он планировал у себя в голове чье-то убийство или, по меньшей мере, высчитывал число Пи.