– Я всегда буду на твоей стороне, ? Томас бережно взял её за руку, отложил смятую бутылку в сторону. ? Тебе необязательно прятаться в своём панцире. Рядом есть семья, тебе не надо пытаться бежать.
– Не начинай, ? Драгана выдернула руку. ? Я злюсь на отца, не попадай в этот список.
– Ты всегда на него злишься.
– Он не сказал нам правду. Лгал. Снова. Чего ещё мы не знаем? Чем это кончится для нас?
– Осуждаешь его, а сама поступаешь так же.
– Нет, ? воспротивилась она и покачала головой. ? Я не подвергаю твою жизнь опасности. С каких пор он работает на Совет? Если что-то пойдёт не так, они не оставят нас в покое.
– Отец просто передаст ключ, закончит все дела по храму Тары, а после сразу на поиски новой цели.
– И я даже знаю, какой.
– Неужели? ? Томас замер, но глаз несколько раз дёрнулся, как кукушка, когда большая стрелка достигла в очередной раз вершины. ? Ты боишься, что он быстрее тебя найдёт Библиотеку.
– Возможно, ? Драгана слабо дёрнула уголком губ. ? Он прав: я боюсь.
Признание оглушило Томаса, и он не стал продолжать разговор. Руки отчего-то вспотели, и он потёр согнутую шею, погружаясь в недобрые мысли. Раньше бы Драгана никогда не признала в подобном, даже если бы пытали, а сейчас так легко призналась и это лишило его возможности холодно проанализировать ситуацию.
Рабочие закончили выносить артефакты. Дмитрий прижимал к груди шкатулку с ключом, отец стоял перед саркофагом и слушал своего помощника. Томас терпеливо ждал, когда они уйдут, следя немного искоса. Он не собирался участвовать или разгребать последствия новых ссор.
Николай остановился рядом со своими детьми, смотрел на них сверху вниз, долгие секунды, и голубые глаза твердили, будто он хотел продолжить бесполезный спор, и Томас напрягся. Устраивать сцены при посторонних было чем-то новеньким. Поэтому свою реакцию он не знал. На удивление отец попросил их не задерживаться и скорее подняться на поверхность. Рядом с ними осталась Анна, её безмолвный братец ушёл. Томас спросил Драгану, как она себя чувствует. Казалось, сестра не собиралась двигаться с места. Повесив кулон на шею, она натянуто улыбнулась и пошла к выходу из храма.
Потихоньку уносили освещение. Охрана ждала их у подножия лестницы. Томаса смущала тишина. Почти все рабочие поднялись наверх, оставалось завершить только рутинную работу, собрать остатки оборудования, погрузить в грузовики и убраться из проклятого Леса.
Спустившись с последней ступени и ступив на дорожку, они небольшой группой направились к лифту, что уже ждал их. Томас шёл рядом с сестрой, позади Анна, и уже за её спиной два охранника с оружием наперевес.
Лазурная вода озера закипела, пар поднимался всё выше, как от гейзера. Зрелище выдавалось отличное, но не менее тревожное. За несколько часов беспрерывной работы никто не видел, чтобы озеро вело себя подобным образом. Послышался скрежет стекла. Обернувшись, Томас первым делом схватил Драгану под локоть, отступая к лифту.
Обсидиановые волки оживали, медленно разминались, будто боялись повредить свои кости. Острая шерсть стала переливаться, пригладилась, даже с расстояния стала заметна мягкость и перламутровые оттенки. Животные всё ещё выглядели неестественными, чёрное стекло скрипело, а они ещё вытягивались, бережно подходя друг к другу, обнюхиваясь и ласкаясь. Вскоре скрежет превратился в шелест листвы, словно жаркий летний день порадовал лёгким ветерком, и волки стали приседать, готовясь к прыжку. Вожак пригнулся, уши его прижались к голове, пасть опасно ощерилась.
– Бежим! ? крикнул Томас, и посильнее сжал руку сестры.
Стая сорвалась с места, оглушая топотом лап. Чёрные клыки безобразно громко клацали, защитники храма неумолимо приближались к нарушителям. Пар от озера стелился по земле и обжигал дыхательные пути. Послышался крик одного из охранников. Залп выстрелов. Томас бегло посмотрел назад, заметив, как несколько волков набросились на пока ещё живого человека, раздирая того на куски. Периферией зрения он заметил, как несколько волков отделились от общей группы. Скользнули вдоль берега озера, нападая на оставшихся рабочих, стремившихся убежать. Но слишком поздно. Душераздирающие крики требовали остановиться, постараться помочь, но все инстинкты кричали бежать вперёд, не замечая дикой боли в боку.
Анна остановилась. Вода послушно вторила движениям её рук и сбила с ног волков разрушительной волной, выиграв им время. Пар поднялся выше. Кожа горела и покрылась испариной. Томас бежал изо всех сил, не отпуская сестру. Тяжело дыша, Драгана подстраивалась под его темп, чтобы не отстать.
До лифта оставалось несколько метров.
Один из прожекторов упал на землю и разбился. Источники света выходили из строя из-за воды, что больше не слушалась чародейку. Стихия ожила и собиралась в огромный шар, готовясь атаковать.
Волки приблизились на опасное расстояние.
Анна притормозила, Томас попытался её остановить, но уцелевший охранник толкнул его вперёд. Земля завыла от магии, краем глаза он увидел, как появляется руническая связь и останавливает стаю. Защитный барьер переливался нитями из рун, сдерживал поток обрушившейся на него воды. Анна сразу последовала за ними.
Забравшись в лифт, охранник привёл механизм в движение. Драгана рухнула на пол, жадно напитывая лёгким кислородом, чародейка упала рядом с ней. Силы почти оставили её.
Стая прорвала защиту и ринулась к ним с большей скоростью. Прыткость обсидиановых волков поражала. Их зубы продолжала клацать, разрывая металлическую конструкцию. Охранник продолжал выпускать обойму в магических защитников храма. Лифт зашатался.
Анна поднялась с пола, почти перевалилась за перила и заставила свою магию подбросить их до самого верха, отбрасывая волков. Томас вытащил сестру из лифта, помог чародейке. Никто не мог произнести ни слова. Страх сдавил их глотки, плотными лентами, не позволяя говорить или прийти в себя. Стая завыла, вода вышла из озера, зашипела и впиталась в землю. Последние световые установки обрушились и рассыпались, прежде чем упасть.
Храм Тары, величественное строение, засветился изнутри, красуясь витражами и превратился в прах. Волки завыли ещё нещаднее, вернулись к пепелищу, где стоял храм, словно старались занять свои места, как прежде. Когда вожак стаи вошёл в центр, они сели вплотную, подняли длинные острые морды к куполу пещеры и завыли в последний раз, прежде, чем обратиться в ничто.
Коридор уводил их от происшествия. Одинокие лучисы освещали путь кусками. Из последних сил вся группа шла так быстро, как могла. Не веря в то, что произошло. За спинами послышалось падение чего-то мелкого, и крошка достигла их ног. Они обернулись и увидели, как потолок пещеры обваливается. Анна, полностью исчерпав свои силы, не могла их спасти от обвала, и они сорвались с места, цепляясь за жизнь, как никогда. Горная порода рушилась им на головы. Томас чувствовал, как мелкие камушки бьют его по спине, а побольше обгоняют, намекая, что в эти догонялки им не победить. Второй охранник оступился, упал, и его поглотила пучина земли.
Впереди замаячил свет от прожекторов. Схватив девушек за локти, Томас толкнул их вперёд и прыгнул сам, не надеясь на спасение. Их подхватил поток магии брата Анны, барьер спас от волны пыли и каменных осколков.
Вырвавшись из пещеры, они оказались под ночным небом. Если бы не искусственные источники света, они бы не смогли разглядеть дальше собственного носа. Неужели они пробыли под землёй так долго? Драгана, трясясь всем телом, оттолкнула руки, пытавшиеся ей помочь. Она села в джип и потребовала покинуть этот Лес сегодня, Томас поддержал её. Вернуться домой, принять ванну и больше никогда не возвращаться в подобные места, не зависимо, какие сокровища мог найти.
Леса Тары снова меньше, чем за сутки сменили погоду. Ночь стояла тёплая, звёзды горели ярко, лёгкий ветер танцевал меж листвы деревьев и слегка убаюкивал. Лето только-только коснулось этих мест.
Глава 6 ? Библиотека Первых царей
Драгана
Золотой гримуар.
Правда записанная Кишь.
Их манил не голод, а сила. Собственной крови Санкаарам больше не хватало. Но сначала они боялись гнева Матери, и старались не переходить черту. И, почуяв, как собаки страх, враги Санкааров начали новый сезон охоты.
Борго не позволял себе думать об отчаянном шаге тридцать шесть лет. Но опасность вернулась на их земли, и он дал своё согласие.
Санкаары разозлили Матерь. Кровь потекла по их губам. Чужая кровь, на этот раз.
Из всех транспортов, Драгана ненавидела именно поезда. Несмотря на крепкое здоровье её укачивало, а стоящая в вагонах духота, лишала последних сил. Но это был единственный способ добраться до границы Мёртвых земель. Асфальтированные дороги обрывались за триста километров, и только железная дорога уцелела.
После Лесов Тары, она не хотела заезжать домой. В ближайшем городе к Лесам она отоспалась, проверила последние зацепки, истязая себя за ложь и воровство, и сразу отправилась к цели.
Драгана выкупила двухместное купе, чтобы ей никто не мешал. Через два часа она прибывала в городок Миртрер, последний оплот жизни перед безжизненной пустыней, где девятнадцать лет назад случилась большая трагедия. Археолог Совета мечтал найти Библиотеку Первых царей, и убедил всех, что сделает это, но крупно ошибся. Конечно, он не был полной бездарностью и потому нашёл тайник, но не проверил на защиту и другие опасные заклинания. Полез проверять, и уничтожил, двести километров в диаметре, земли Роменклава, отравив и прибрежные воды.
Ей тогда исполнилось пять лет, и она хорошо запомнила ярость отца, которую он обрушил на Совет. После, на каждую раскопку на территории Роменклава требовалось особое разрешение от всех членов Совета и царей. Драгана помучилась с бумагами, но получила заветный конверт, что возила в блокноте, где собирала все записи за последние три года.
Заперев дверь, она уселась на мягкий диван, закрыла окошко и залезла в рюкзак, вынув дневник отца. Заполнен тот был на половину, и хватит его ещё на многие годы, но держать его в руках было невероятно тяжело. Драгана прикусила губу, зная, что поступила ужасно, не вернув отцу его вещь, но поговорить с ним так и не вышло, а ей нужны были его сведения.
Разбираться в записях Николая было куда проще, чем в его дневниках, но голову поломать пришлось. Кто бы не прятал Библиотеку, он использовал опасную магию. И Драгана не знала, готова ли она прикоснуться к прошлому страны.
Две карты перед ней изобиловали пометками. Одна ещё девятнадцатилетней давности, и современная, где Драгана отмечала все возможные дорожные узлы, что существовали до трагедии, даже просёлочные дороги.
Проводница оповестила, что через двадцать минут поезд прибывает, и Драгана поторопилась собраться. Кожаный рюкзак, изготовленный на заказ, последние шесть лет ездил с ней во все экспедиции. Потёртая коричневая кожа, делала его особенным, и он нёс на себе историю, такую важную для неё. Подкладка была сшита особенным образом, скрывала в себе невидимые замки, и, если не знать, никогда не найдёшь. Именно за подкладку она спрятала: карту, где почти откровенно указала точное положение Библиотеки и два блокнота.
Из дорожной сумки, Драгана достала чистые вещи. Духота в поезде и необычно жаркий месяц весны, выжимали досуха. Штаны, и плотная футболка, а сверху накинула синюю рубашку. Расчесав длинные медно-каштановые волосы, она заплела их два тугих колоска. Впереди ждала долгая дорога, и она хотела покинуть Миртрер, как можно быстрее и незаметнее, чтобы не увязался хвост. Люди городка не очень любили гостей, особенно тех, кто отправлялся к Мёртвым землям.
Её встретила лучшая подруга, нетерпеливо отбивающая ритм носком ботинка по перрону. Ника коротко постриглась, потому что проспорила Томасу, но это сделало её ещё миловиднее. Русые волосы были уложены, а большие карие глаза впились заискивающим взглядом, и Драгана только кивнула, в награду получила улыбку и благостное: «Да-а!».
– Ты оставишь сумку здесь? ? Ника пристально рассматривала спину, пока Драгана засовывала ненужные вещи в камеру хранения. ? Ты сказала брату, что у тебя получилось?