Анна вбежала в спальню, залезла под ковёр, но их там не оказалось. Она метнулась к дочери, спрятала её в шкафу и велела не выходить оттуда, что бы ни произошло. Игорь влетел в детскую и набросился на Анну с кулаками. Она вывернулась и побежала в спальню за своим телефоном. Дом находился на отшибе, соседей поблизости не было, и разгневанный муж не позволил бы ей далеко уйти. Анна схватила телефон с комода, но Игорь уже занёс над её головой статуэтку, ударил, и она упала. После второго удара почувствовала страшную боль, а потом пришло спасительное ничто.
***
Анна рассказала свою историю и ощутила болезненную усталость: воспоминания вытянули слишком много сил. Лиза что-то ответила, но Анна снова провалилась в чёрную бездну, будто заснула на несколько секунд, а как только удалось разомкнуть веки, спросила отстранённо:
– Как моя мама?
Тянуло в сон, но она старалась вести себя так, словно её что-то интересует. Анна пыталась оправдать ожидания Лизы и её брата, ведь они так много для неё сделали.
– Она ушла почти сразу после тебя, – ответила Лиза. – Без тебя тосковала, вылезли старые болячки. Я навещала её, пыталась помочь, но мне и самой нужна была помощь.
Лиза опустила глаза. В глубине души она винила себя за то, что недосмотрела за родным человеком. Андрей закрутил интрижку, умерла Анна, и на тётку не хватило сил. Роман был далеко – учился в столице, сдавал экзамены. Он часто звонил и обещал приехать, как только освободится, но до самых тёткиных похорон так и не смог навестить родственников.
– Расскажи о тех, кто остался.
– Серёжка живёт с младшей сводной сестрой, он уже большой мальчик, двадцать первый год пошёл, но я редко звоню ему. У него свои интересы, ему не до нас. Он бросил местный институт, хочет учиться в столице.
– А как дядя Петя?
– Он болел, долго лежал в столичной клинике. Умер три года назад. Дэн иногда звонит, но с ним Ромка больше общается.
– Денис? Я его помню, я его видела, – произнесла задумчиво Анна, извлекая из памяти образы.
– Конечно, ты его помнишь, – сказала Лиза, – когда ты умерла, ему было восемнадцать, они же с Ромкой ровесники. Только проблемы у него бывают с законом. Последний раз Ромка его вытащил, но, похоже, он пошёл не той дорогой.
– Что он натворил?
– Не знаю. Брат молчит, Дэн тоже, а я не хочу в это влезать. Дэн ведь не такой, как мы.
– Лиза, не надо, – сказала Анна, – дядя его любил и воспитывал как родного.
– Не вижу я в нём родственника. Он чужой нам! – заявила Лиза.
– А как Яна?
– Ты что? Я с ней не общаюсь! Видеть её не желаю! Она же причастна к твоей смерти!
Лиза с жаром поставила чашку на стол, и содержимое чуть плеснуло наружу.
Яна несколько раз замечала на лице Анны синяки, но никому ничего не говорила. За пару дней до трагедии Анна столкнулась с родственницей на улице и высказала свои опасения. Она боялась, что однажды Игорь вконец озвереет и сотворит с ней или с дочерью что-то ужасное, и попросила никому ничего не рассказывать. Яна пообещала, что сохранит тайну. Она заговорила лишь незадолго до кончины Игоря. Он лежал в клинике далеко от родного города, итог уже был определён. Все знали, что ему не выкарабкаться. Лиза устроила Яне страшный скандал, обвинила в смерти сестры и закрыла для неё двери своего дома. И по сей день Лиза считала Яну предательницей. Только Роман продолжал общаться и поддерживать отношения со всеми родственниками, и благодаря ему семья не распалась на части.
***
Почти весь следующий день Анна дремала. Кузина поинтересовалась, показать ли фотографии, но она сослалась на плохое самочувствие и снова заснула.
Никаких мыслей в голове не рождалось, спускаться и слушать рассказы сестры о повседневных заботах не хотелось: в них жизнь била ключом. Анна вышла из комнаты-кабинета только вечером, побродила по второму этажу и снова вернулась на свой диван. За окном шумел ветер, тусклый фонарь освещал яблоню, на которой начинали зарождаться новые листья. Настя ушла гулять, Андрей смотрел спортивный канал в гостиной. Анна желала исчезнуть, раствориться в воздухе, слиться с ветром и улететь подальше от живых людей: в леса, поля, пробежаться по рекам и оставить на их поверхности лёгкую рябь, подняться к облакам и погреться в лучах солнца, наблюдая за птицами.
Анна услышала знакомый голос, вышла из своего убежища и вовремя остановилась: в гостиной топтался гость. Она выглянула очень осторожно, чтобы тот её не заметил.
– У меня только бутерброды, – говорила Лиза, – рагу ещё не готово.
– И бутерброд сойдёт, – ответил молодой мужчина в тёмно-синей ветровке и потёртых джинсах.
Лиза пошла в кухню и нарочито громко произнесла:
– Андрюш, у нас гости!
Гость подошёл совсем близко к лестнице, и Анна метнулась в кабинет. Закрывать дверь она не стала, чтобы не шуметь, а просто забилась в угол.
Это был Дэн. Анна его помнила. Он вырос и очень изменился, возмужал. Его волосы стали совсем светлыми. Лиза часто указывала и на это, когда говорила, что он совсем не такой, как остальные родственники. Все Стоевы были темноволосыми.
Она сидела на полу, не шевелясь, пока не заглянула Лиза.
– Дэн уже ушёл.
Услышав это, Анна перебралась на диван.
Лиза посетовала на его пустую голову, рассказала, что сейчас Дэн изредка приходит и клянчит еду, а ей совсем не хочется кормить не-родственника, в сердцах пожелала ему скорей жениться и уехать куда-нибудь подальше.
Анне показалось, что парень не заслуживал таких слов в свой адрес, но Лизе она не возразила. Кузина была слишком упрямой и вряд ли переменила бы своё мнение о ком-то или о чём-то после одного лишь разговора, а больше ничего Анна сделать не могла. Она поразмыслила и решила, что знает о Дэне слишком мало, чтобы делать какие-либо выводы.
***
Анна помогала Лизе с уборкой, иногда готовила. Настя была не против поучиться у женщины-привидения математике и другим наукам. Но больше девчонку интересовали кладбища, склепы, кресты, черепа и всё прочее, с этим связанное. Можно ли увидеть призрака ночью на кладбище? А в склепе? Она даже пригласила Анну в свою тусовку, но та отказалась. Нельзя было раскрывать, что в одном из домов этого маленького городка живёт привидение.
Андрей вечерами засиживался в кабинете, Анне приходилось ложиться при свете настольной лампы, потому что сил сидеть в кухне или где-то ещё уже не оставалось. Андрей пытался разговорить её, но Анна в столь позднее время слишком сильно хотела спать. Он болтал с ней по выходным, когда Лиза уходила к подругам, а Настя уматывала гулять.
Андрей смотрел на прозрачную женщину и прикидывал, получится ли снять с неё платье. Её можно было потрогать, она разговаривала, и по её словам становилось понятно, что разум у неё сохранился. В целом это привидение вызывало интерес. Он спросил, принимает ли она ванну и не нужно ли ей купить чего для этого. Анна ответила, что купаться ей необязательно. Тогда Андрей спросил, может ли она снять туфли. Будут ли они прозрачными туфлями-призраками или тут же растворятся в воздухе? Анна разгадала нездоровые намерения мужа сестры и строго рекомендовала заняться огородом. Была суббота, стоял май – самое время, чтобы посадить картошку. Андрей сказал, что та уже посажена, огород в полном порядке, и попытался задать ещё несколько каверзных вопросов, но Анна была холодна, как могильный камень.
Тем же субботним вечером она позвонила двоюродному брату и попросила срочно приехать. За окнами стояла темнота, соседские дома не выглядывали из-за высоких заборов, фонари не освещали улицу. Роман приехал через час. Лиза и Андрей его не ждали. Анна поговорила с кузеном наедине. Она умоляла брата взять её в свой дом, провести ещё какие-нибудь опыты.
– Мы всё испробовали, – развёл руками Роман.
– А вы не пытались вернуть меня обратно? – спросила Анна в отчаянии. Она была чужой в этом мире живых.
Роман поправил очки и отвернулся.
– Я ничего не чувствую! Мне не будет больно!
– Мы пробовали, – выговорил он.
– Пожалуйста, Ромка, – прошептала Анна, опустилась на старый диван, который служил ей кроватью, и снова взглянула на брата. – Лиза и Андрей не в силах мне помочь, но ведь ты можешь!
Роман вздохнул и согласился попробовать снова. Он обещал, что вскоре возьмёт отпуск, и как только уладит дела на работе, возьмёт её к себе.
– Забери сейчас, умоляю!
Анна пообещала, что днём не станет подходить к окнам – квартира Романа располагалась на втором этаже пятиэтажки.