Сестра с мужем были удивлены, когда Роман рассказал о своих планах, но Лиза не настаивала на том, чтобы Анна погостила в её доме ещё немного. Андрей не вмешивался.
Лиза дала одну из своих сумок, сложила туда кое-какие вещи: фотографии родственников, самой Анны, три толстых книжки, которые сестра ещё не читала, и простой мобильный телефон, купленный давным-давно в качестве запасного. Лиза попросила кузину подождать и ушла в спальню. Анна подумала, что сестра даст ей какой-то одежды – у них был один размер – на случай, если новые эксперименты увенчаются успехом, но Лиза принесла ещё несколько фотографий.
– Это старые снимки, – сказала она. – Их напечатали вчера. Прости, я не решалась отдать тебе раньше…
Анна взяла фотографии, с которых смотрела девочка-школьница в красной куртке и торчащей из-под неё клетчатой юбке. На одном фото она сидела на качелях, на другом – залезла с ногами на лавку и корчила рожицу, на третьем – обнимала свой потёртый, облепленный наклейками школьный ранец.
– Ей здесь десять. Других фотографий у меня нет. Мы с Ольгой в последнее время редко видимся.
Анна поблагодарила сестру.
– Андрей стал странно на тебя смотреть. Знаешь, он на всех баб пялится, – высказала Лиза и опустила голову. – Ромка, может, придумает, как тебе помочь.
Анна поняла, что кузине тяжело было держать в доме призрак давно умершей сестры. Лиза её уже оплакала и отпустила и относилась к их встрече, как к чему-то временному. Анна надеялась, что Роман найдёт способ вернуть её туда, откуда она не должна была возвращаться.
***
Роман жил в маленькой двухкомнатной квартире, окна которой выходили на подъезды соседнего дома и крохотные, заросшие кустами палисадники. В большой комнате стоял диван, небрежно прикрытый пледом, напротив него располагались кресло и комод со стареньким телевизором. Платяной шкаф примыкал к книжному, где книги занимали всё пространство: лежали во всех положениях, выглядывали изо всех щёлочек, а несколько были обращены обложками к стеклу, и казалось, если открыть дверцу, то они непременно свалятся на пол. На шкафах стояли забитые книгами полки, а между полками и потолком были втиснуты потрёпанные научные журналы прошлых лет. Вторая комната была приспособлена под лабораторию, в ней царил порядок: все колбы имели маркировку и занимали строго определённые места, на коробках и папках виднелись хорошо читаемые наименования; на рабочем столе лежал ноутбук, из чёрной подставки для канцелярии торчали остро оточенные карандаши, ручки и скрепки, а на углу белели чистые листы. Именно в этой комнате-лаборатории Роман и поставил для двоюродной сестры раскладушку.
Анна целую неделю наводила в доме порядок, чтобы преобразить эту берлогу. Она нашла в шкафу давным-давно позабытые мелочи вроде новых кухонных полотенец, подаренных к пасхе, старого бордового покрывала и парочки фигурок в целлофановых упаковках (эти пластмассовые щенята когда-то давно не пришлись по вкусу, но теперь украшали пустые полки в ванной и кухне). Готовила она из того, что находила в морозилке, и того, что кузен приносил из магазина. Своей усердной работой по хозяйству она старалась отплатить брату за всё, что он для неё делал.
За неделю Роман расправился с делами и взял отпуск на месяц, чтобы поработать над средством, которое могло бы помочь его родственнице. Он много думал, как вернуть Анне тело, говорил с ней на эту тему, делился соображениями, теориями, готовил отвары и пробовал ими омывать прозрачное тело, но все его попытки заканчивались провалом. Спустя две недели он заговорил о медиуме.
– Я помню бусы из янтаря и приятный женский голос, – вымолвила Анна. Это воспоминание и подтолкнуло Романа обратиться к доброй медлительной старушке.
Татьяна приехала на неделю. Роман разобрался, как раскладывается кресло, а из рабочего стула и табуретки с кухни соорудил для гостьи уголок, где она могла разложить свои вещи. Были испробованы разные ритуалы, специальные ванны и благовония. Соседи начали жаловаться на головную боль от резких запахов и рекомендовали Роману отправить свою тётушку к другим родственникам: к сестре, например, у неё ведь частный дом!
Медиум трудилась почти круглосуточно, оставляя на ночь возле призрака заговорённые свечи, но дело не двигалось. Анне не становилось лучше.
Вечером, когда добрая женщина покинула дом, Роман вкрадчиво заговорил с сестрой о её воспоминаниях.
– Ты помнишь белую комнату и чёрную фигуру в ней, – он задумался, стоит ли раскрывать все детали провалившегося эксперимента самой подопытной.
– Да, я тебе рассказывала, – и Анна повторила про чёрные одежды на том человеке, откинутый капюшон, неестественно чёрные глаза и перстень с переплетением серебряных колец на чёрном фоне, который будто бы призывал вернуться из засасывающих болот небытия. Чёрный и белый – вот цвета, которые запечатлелись в памяти. Яркий свет лампы и силуэт в чёрном. Белые стены и рука с чёрным перстнем.
– Этот человек был в той комнате. Я не думал, что ты его вспомнишь. Его отстранили от эксперимента в самом начале. Твоя душа ещё не материализовалась.
Роман говорил отрывисто, ему не хотелось связываться с высокомерным типом, о котором никто ничего не знал. Коллеги и про других чародеев не могли сказать многого, все сведения ограничивались специфическими сайтами во Всемирной паутине и историями знакомых и дальних родственников, которым эти чародеи якобы помогли. Мага в чёрных одеяниях порекомендовал кто-то из начальства; даже коллеги, любящие посплетничать, не знали, кто привёл этого человека.
Роман вспомнил, как шёл на обед, а маг увязался следом. Назревал разговор с этим выскочкой, и ускользнуть было некуда. Валур взял кофе, Роман вместо полноценного обеда схватил салат с мясом – и сытно, и долго сидеть в столовой не придётся.
Это было в тот самый день, когда мага отстранили. Роман подумал, что Валур попросит замолвить за него словечко и вернуть в эксперимент, но маг дал свою визитку, сказал, что давно занимается воскрешениями, и бросил напоследок: «Звоните, если ваша наука окажется бессильна». После этой фразы Роман чуть не выбросил визитку вместе с недоеденным салатом.
– Ты хочешь позвать его? – поняла Анна.
– Я больше ничего не могу предложить. Я сделал всё, что мог. Тот маг ушёл слишком рано, а ты его помнишь. Твои воспоминания о медиуме – это воспоминания пробудившегося сознания. Душа уже материализовалась, ты почти пришла в себя. Думаю, его надо позвать.
Анна попросила Романа рассказать об этом человеке. Она чувствовала, что брат не хочет к нему обращаться, но никакого другого выхода из сложившейся ситуации не видит.
Роман описал мага общими словами: неприятный тип, слишком высокого мнения о себе, своём даре и своей «карьере».
– Я доверяю тебе, ты мой брат, я знаю, что ты желаешь мне выздоровления. Звони тому человеку, если считаешь нужным.
Анне опротивело полупрозрачное состояние. Если уж не удаётся вновь стать ветром, то пусть будут испробованы все способы материализовать тело. Ей захотелось увидеть в зеркале своё прежнее отражение, она ведь была красива когда-то. Тёмные волосы и светло-голубые глаза – этот контраст ей очень нравился. Впрочем, Анна уже была согласна на любую внешность, просто не хотелось больше прятаться.
***
Маг обещал приехать завтра же с самого утра, чтобы не терять драгоценного времени. Он признался, что ждал звонка, и выразил готовность рассмотреть нюансы этого дела.
Анна разволновалась, но Роман заверил, что сможет договориться с начальством и найдёт для новых экспериментов свободную палату. Опыты с людьми проводят редко, палаты пустуют. Она спросила, почему Роман не стал проводить опыты с ней в стенах института, где, возможно, есть все необходимые помещения, приборы, медикаменты и прочее, но брат уклонился от ответа.
Ночью ни Роман, ни Анна не могли спать, обоих одолевали мысли. Каждого – свои. Анна слышала, как кузен ворочается на скрипучем диване, и когда перевалило за полночь, вышла из своего угла и предложила Роману посидеть в кухне, не включая электрической лампы, только при свете маленького фонарика и при плотно занавешенных шторах, чтобы никто из любопытных соседей не разглядел в окне неприметной квартирки привидения.
Роман зажёг свечу, сунул её в стеклянную банку (потому что подсвечников у него не имелось) и заварил чаю. Анна увидела, что брат вымотался, пытаясь ей помочь. Под его глазами залегли лиловые полосы, их не скрывали ни полутьма, ни очки в массивной тёмно-коричневой оправе. Его что-то мучило, Анна сказала, что готова его выслушать, и он начал свою исповедь.
Роман думал, что станет частью великого открытия, рассчитывал на участие в какой-то конференции и на признание среди коллег. Прорыв в науке – вот к чему он стремился, но эксперимент провалился. Никто не допустил бы к участию в той самой конференции призрака. Серьёзные люди сочли бы, что им пытаются выдать за открытие оптическую иллюзию. Не такого результата ждало научное сообщество. Им нужен был воскрешённый человек, а не его душа. Всё записывалось на видео с разных точек, на несколько камер, но этого не хватало! Руководитель проекта показывал вышестоящему начальству эти видеозаписи, их сочли мастерски слепленной подделкой.
Роман говорил и говорил о том, почему же нельзя считать эксперимент удавшимся, сокрушался о своей жизни и нереализованных мечтах о блестящей карьере. Анна смотрела на своё прозрачное тело и молчала. Он ждал от неё поддержки, а ей самой хотелось услышать что-то ободряющее. Она попыталась подобрать слова, чтобы его утешить, ведь ему всего двадцать восемь, и у него всё впереди. Он допил чай, покрутил пустую чашку, вздохнул и выговорил, что его подкосила неудача не только в карьере, но и в личных делах.
Анна больше не могла слушать о том, как течёт жизнь, о встречах и расставаниях, об удачах и неудачах, а просто хотела посидеть в тишине и подумать, зачем вернули именно её. Почему не воскресили кого-то, кто умер совсем недавно? Этот вопрос она и задала Роману, когда он только собрался вывалить на неё свои сердечные проблемы.
– За рубежом уже проводили такой эксперимент, он прошёл удачно, но информация доступна лишь узкому кругу лиц. Надо было показать, что мы можем больше!
– Почему выбрали меня?
Роман не заметил горечи, прозвучавшей в вопросе. Он просто выдал информацию, которой располагал.
– Нужен был кто-то из родственников тех, кто подписался участвовать в эксперименте, чтобы не возникло проблем, если всё пройдёт удачно. Мы рассматривали две кандидатуры. Был ещё мужчина сорока шести лет, но его сочли слишком старым.
Анна сослалась на усталость. Этот разговор затянулся на несколько часов и отнял много сил. Утро наступало на пятки уходящей ночи.
Роман после разговора с сестрой немного успокоился, но так и не смог сомкнуть глаз. Анна заснула. Он заходил её проведать, хотел извиниться за поток откровений. Не стоило высказывать сестре слишком много. Ей ни к чему были все эти подробности, связанные с экспериментом. Роман тяжело вздохнул, отложил очки и лёг на диван. Его мучил ещё один вопрос. С финансами было туго. Совсем недавно он расплатился с кредитом за хороший ноутбук, который ему был необходим для работы. Отпускные пошли на оплату трудов медиума. Подработок не намечалось, премий тоже. Магу придётся платить, и Роман подумал о сестре. Лиза подрабатывала в интернет-магазине и получала копейки, Андрей зарабатывал прилично, но все его доходы шли на нужды семьи. Настёне требовались репетиторы, кружки и модная одежда. Лиза совсем недавно интересовалась, может ли Роман помочь с приобретением путёвки для родителей в санаторий, и он едва наскрёб половину от названной суммы.
Утром Роман встал совершенно разбитый и кое-как навёл в комнате порядок. Везде было чисто, но по простой обстановке маг сразу поймёт, что вознаграждение за это дело будет ничтожным. Наверное, стоило позвать его в дом сестры, там и мебель посовременнее, и техника хорошая.
Роман спохватился, что вот-вот придёт гость и разбудил Анну. Вскоре и вправду раздался звонок. Маг явился в условленное время, ни на минуту не опоздал.
– Вы знаете о результатах эксперимента? – спросил Роман, как только тот разулся.
– Лишь то, что он прошёл неудачно, – ответил Валур, проходя в комнату, и сел в кресло, которое Анна накрыла старым бордовым пледом. Роман уже и забыл, что хранится в его шкафу.
– Примерно так. Поэтому я обратился к вам за помощью. Может, чаю? – спросил он, желая показать этому человеку, что больше не считает его выскочкой.
– Нет, спасибо, – Валур не любил отвлекаться на чаепития и прочую ерунду, которая к делам не относится. – Возвращение умерших – дело непростое, а воскрешение умершей очень давно – дело вдвойне затруднительное.
– Нет, нет, – возразил Роман, – воскрешать Анну не надо. Она сейчас здесь, в другой комнате. – Увидев, что маг удивлён, он пояснил: – Во время испытаний была возвращена только душа. Сейчас Анна выглядит как привидение.
– В моей практике не встречалось подобных случаев, – высказал Валур. – Напомните мне детали. Как давно она умерла? Причина?