Я кивнула и спустилась в гостиную, где сняла семейное фото висевшее над камином, и засунула его к остальным вещам.
– Ничего не забыла? – заглянула тётя в гостиную.
– Только своего кота. Ты не видела его?
– Нет, не видела. Скорее всего он убежал в испуге и вряд ли вернётся.
– Насыплю я на всякий случай корма, вдруг вернётся, – направилась я на кухню, Зоя следом за мной.
– Я могу завтра заглянуть сюда, вдруг он и вправду вернётся.
– Хорошо, спасибо.
– Да не за что. Я была бы рада пушистому члену семьи.
Я насыпала корму в миску, а в другую налила оставшегося молока из холодильника. Мы загрузили сумки в багажник. Я в последний раз окинула печальным взором дом и прошептала:
– Прощай прежняя жизнь…
***
– Итак. Ты готова рассказать события той ночи? – спросил Стас, важно заседая по ту сторону стола. Мы находились в его кабинете в полицейском участке. Зоя сидела возле меня и сжимала мою руку. Так, как я несовершеннолетняя, на допросе должен присутствовать родитель или опекун. Моим опекуном, временно, стала Зоя.
– Готова, – ответила я и покрепче сжала руку тёти. – Нас разбудил грохот в прихожей. Я, не выходя из спальни слышала, как родители стали спускаться вниз, чтобы проверить что стряслось. Потом я услышала глухой стук и крик мамы… – мой голос обломился, и я стала тяжело дышать.
– Возьми, – Стас подал мне стакан воды. Я сделала глоток. – Так, ты услышала крик мамы… Что было потом?
– Я выбежала из комнаты и остановилась на лестнице. Дома стало подозрительно тихо. А когда я заглянула в гостиную, то увидела его и маму. Папу я не видела.
– Как он выглядел?
Я запнулась. Нет, я не могу сказать правду. Хотя если и скажу, мне всё равно никто не поверит. В такое вообще трудно поверить.
– Он был весь в чёрной мешковатой одежде, лица я не видела. Извините. Тут я ничем не смогу вам помочь.
– У него были татуировки?
– Я не видела. Я же сказала, что он был весь в чёрной одежде, оголённых участков тела я не видела. И лицо было спрятано… На голову был накинут капюшон и.… возможно маска на лице.
– Понятно, – следователь был явно разочарован. – Что делал этот человек в чёрном?
Человек… Эта тварь явно не человек.
– Мама лежала на полу, и он был возле нее. Что-то делал, будто осматривал её.
– Гм… а что было дальше?
– Дальше? Я окликнула его.
Зоя ахнула.
– Зачем? Почему ты не спряталась и не вызвала полицию?
– Я должна была отвлечь его внимание от мамы, ведь он что-то с ней делал.
– Он набросился на тебя?
– Нет. Я побежала в свою комнату, он бросился за мной. Я забаррикадировала дверь, он стал ломиться. Я не знала, что делать и тогда пришла в голову идея.
– Какая?
– Не трудно было догадаться, что если бы я осталась там, то была бы уже мертва. Так что мне ничего не оставалось делать. Я прыгнула в окно.
Зоя зажала рот рукой.
Стас кивнул, переваривая информацию.
– Продолжай.
– Я спрыгнула с окна и ударилась об землю. Потом послышался грохот. Убийца выбил дверь. Я еле встала и побежала, скорее всего убийца последовал за мной, а…
Я замолчала, пытаясь что-то вспомнить. Но ничего так и не вспомнила, дальше была темнота.
– А потом я очнулась возле тётиной двери…
Повисла тишина.
– Ты хочешь сказать, что дальше ничего не помнишь?
– Да. Я.… я не помню, как добралась до дома. Можно ещё воды? – меня затрясло.
– Да, конечно.
Я осушила второй стакан.
– Аня, постарайся вспомнить.
Я зажмурила глаза.
– Простите, я не могу.
– Ну что ж. Давай – ка мы прогоним всё сначала, и я по задаю тебе вопросы.
– Хорошо. Скажите, а кто вызвал полицию?
– Соседи услышали шум и вызвали полицию.
Ещё полчаса я просидела в отделении, а потом ждала Зою.