Оценить:
 Рейтинг: 0

Не твой

Год написания книги
2020
Теги
1 2 3 4 5 ... 14 >>
На страницу:
1 из 14
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Не твой
Виолетта Роман

Он никогда не был моим, а я его. Я любила его за доброту, а он оказался жестоким чудовищем, растоптавшим мою жизнь. Он лишил меня мужа, лишил средств к существованию, заставил встать перед ним на колени. Он считает, что сломал меня. Но на самом деле, это сделаю я, ведь нас связывает намного больше, чем взаимная ненависть.

Содержит нецензурную брань.

Виолетта Роман

Не твой

Том первый

Пролог

– Ну че ты, лярва, особое предложение нужно? – я почувствовала тычок в плечо, а потом, двое амбалов Греховского буквально внесли меня в темное подвальное помещение его загородного дома. Страх сковал каждый орган, я не могла даже пошевелиться. Представленная моему взору картина заставляла кровь стыть в жилах.

Посредине комнаты лежал мужчина, его тело было в позе зародыша. Двое избивали несчастного ногами. После каждого удара от жертвы исходили гулкие звуки, похожие на жалобные стоны.

– Ладно, Кирпич, заканчивай. Хватит с него. У нас тут развлечение получше. Жену хирурга по кругу пустить, да Маринке обряд посвящения провести, – заржал тот, что держал меня справа. Помню, Греховский называл его Соболем. И, словно по команде, в следующую секунду в комнату вошла высокая блондинка с ярко розовыми губами. Скинула с плеча джинсовку, и, оставшись лишь в короткой юбке и топике, уселась на стоящую в углу комнаты софу.

– Кто первый, мальчики? – произнесла с улыбкой, заигрывающе наматывая локон волос на палец. Мне стало не по себе. Прикрыла глаза, боясь расплакаться.

– Пошла вперед, – снова почувствовала тычок в спину и едва не упала, споткнувшись о лежащего на полу. После соприкосновения с моей ногой, он медленно поднялся, и, покачиваясь, вышел из комнаты.

В окровавленном месиве вместо лица я узнала Дениса Качка, новенького в группировке Греховского. По всей видимости, он только что, как и Маринка, прошел обряд посвящения в банду. Горькая улыбка скривила губы. Они то знают, на что идут. Более того, эти сумасшедшие хотят всего происходящего. А вот я что тут делаю?

– Давай, красотка, покажи нам сиськи! – заржал Соболь, вытирая слюнявый рот рукавом куртки. К горлу подкатила тошнота. Неужели – все? Конец? Вот так грязно и мерзко закончится моя жизнь? Неужели, Грех исполнит свое обещание? Почему этот человек так ненавидит меня? Почему не оставит в покое, а продолжает ломать?

– Раздевайся, с*ка, – прорычал бандит, устав ждать от меня послушания. Резко приблизившись, он схватил меня за волосы и стал тянуть за них. Я попыталась выбраться из его хватки, но он отвесил мне хлесткую пощечину. Из глаз покатились слезы, я всхлипнула.

– Хватит брыкаться! – выставил нож. – Писану поперек рожи, будешь красоваться, – ухмыльнулся ублюдок.

Я застыла. Не могла даже вдохнуть, не то, чтобы пошевелиться. Резкое движение его руки, блеск стального лезвия в свете лампы и ткань блузки жалобно затрещала, падая на пол.

– Че ты с ней церемонишься? Давай быстрей. Я после тебя, Кирпич! Пока Маринкой занят. Потом поменяемся, – прорычал второй.

– Думаю, с этой я надолго, – протянул довольный Соболь, разрезая мой лифчик на спине. Я попыталась отстраниться, придерживая руками ниспадающий предмет белья, но уже спустя секунду, мужские руки больно толкнули меня, ударив о стенку. Он приставил нож к моей шее, вдавив всем телом в холодный бетон.

– Строишь из себя целку? – прорычал ублюдок, свободной рукой трогая мои ноги. Хотелось кричать. Плакать. Выть и молить Бога о помощи. Но я стояла неподвижно, продолжая смотреть в полные безумия глаза своего палача.

– Соболь, отпусти девку, – раздалось за спиной. Этот голос был холодным и твердым, таким же, как и лезвие, угрожающее моей жизни. Но глубоко внутри я выдохнула. Все в комнате замерли. Даже Кирпич с Маринкой активно трахающиеся на старой скрипучей кровати перестали делать это. Все как один посмотрели на вошедшего в подвал шефа.

– Грех, какого?! – зашипел Соболь, даже не думая выпускать меня. Я была для него долгожданной добычей. С первого дня этот ублюдок мечтал залезть мне под юбку.

– Я не разрешал ее бить. И трогать не разрешал, – продолжил Грех совершенно ровным голосом. Но те, кто его знал, понимали, что этот его тон предвещает ужасные беды

– И какого х*ра эту с*ку нельзя трогать? А? Из-за нее погиб Серый! Ты сам вручил ее мне и разрешил наказать! – он вдавил мне в горло лезвие, я почувствовала, как по телу потекла струйка крови.

В этот момент я понимала, что все кончено. Прикрыла глаза, напоследок представив образ мужа и сына. Пусть они будут со мной, когда мое сознание начнет меня покидать. Но в следующую секунду в тишине комнаты раздался оглушительный выстрел, и я больше не чувствовала нож. И руки Соболя не ощущала. А когда распахнула глаза, то увидела своего обидчика, лежащим на полу с зияющей дыркой во лбу. Меня затошнило. Прикрыв рукой рот, я тщетно пыталась сдержать рвотные позывы.

– Марина, – обратился Грех к девушке. – Приведи ее ко мне.

Марина стала судорожно одеваться. Кирпич так и сидел неподвижно, глядя пустым взглядом на тело убитого друга.

– Я убью тебя, тварь, – прорычал мужчина, поднимая голову. – Я тебя на части разорву, слышишь?

– Кирпич, остынь, – Марина подошла, накинув мне на плечи жалкие останки моей блузки.

– Пошли, – взяв меня под руку, повела наверх, в спальню Греха. Практически весь путь мы шли молча. Я до сих пор не могла прийти в себя, хотя понимала, спокойствие и контроль – единственное, что меня сможет сейчас спасти. Практически у дверей его спальни Марина вздохнула

– Не повезло тебе. Соболь был грубый, но не жестокий. Грех разорвет тебя. Насколько я слышала, девки от него целыми не уходят.

***

Он стоял у окна, повернувшись спиной к двери. Глядя сейчас на него, я никогда бы не подумала, что передо мной тот самый Гера Греховский, которого я любила. Исполинского роста зверь, облаченный в образ человека. Двухметровый убийца, чудовище. Каждую секунду, каждое мгновение – дико напряженный, готовый сорваться в бой. Что могло сделать его таким? Как он мог из добродушного паренька, чьи голубые глаза вселяли в мою душу надежду на лучшее, превратиться в это?

Расчетливый, жесткий. У него каждое действие, каждое слово имеет свой тайный смысл. Он знает каждый твой шаг наперед! Гера бросил меня восемь лет назад. Заставил собирать себя по кускам. А теперь вернулся и разрушил мою жизнь снова. И я ненавижу его за это.

Словно почувствовав мои мысли, он обернулся в пол-оборота. Его русые волосы, ниспадающие на лицо, были влажными – мужчина только что из душа. В глазах не было ни одной эмоции, впрочем, как и всегда. От этого, Грех казался мне еще более пугающим.

– Чего встала? Раздевайся, – бросил лениво. Сделав пару шагов навстречу, остановился.

–Ты ведь не думала, что я буду с тобой более нежным, чем Соболь?

Я не думала. Давно уже стараюсь не думать, не анализировать. Потому что запуталась и не вижу выхода из этого жуткого лабиринта. Я продолжала смотреть на него, прижимая к груди остатки одежды.

– Ты убил своего амбала, ради чего? Тебе ведь плевать на меня, я для тебя как грязь, – припомнила его недавние слова.

Я посмотрела на Греха со всем имеющимся в душе презрением. Может, он и самый опасный здесь – решает, кому жить, а кому нет. Но я никогда не склонюсь перед ним и никогда этому человеку не увидеть в моих глазах теплоты.

–Ты стал отморозком, Грех. Лишил меня всего. Думаешь, что еще можешь сделать мне больно?

Я бросила на пол одежду, выпрямилась, и, гордо задрав подбородок, произнесла.

– Делай что хочешь, мне плевать. Теперь плевать.

В его глазах промелькнула боль. Маленькая искорка под тонной темноты злости и гнева. Она просачивалась сквозь броню. Грех пытался ее спрятать за бокалом виски, который сейчас поднес к губам. Но я заметила момент его слабости. Сейчас он впервые напомнил мне прежнего Греха. В душе зародилась надежда. Совсем крохотный огонек, но я уцепилась за него.

А вот Греховскому это не понравилось. Резко приблизившись, он схватил меня. Сжал мое горло до красных пятен перед глазами. Повернул меня так, чтобы я видела наше отражение в огромном зеркале на стене.

Грех коснулся губами моей шеи, заставив поежиться. Слишком нежно для него и от этого еще страшней. А потом он провел вниз пальцем по шее.

–Ты думаешь, представляешь для меня ценность? Думаешь, я стану слушать твои бредни? – его голос был по- садистски довольным. Он шептал эти слова, продолжая истязать мое тело касаниями своих пальцев. Гера размазывал кровь по бледной коже живота, заставляя меня дрожать от страха.

– Я тот, кто убил твоего муженька. И свекра твоего тоже пришил я. А теперь я сделаю тебя своей. На колени… – прорычал, надавив мне на плечи. Я увернулась от его рук и отбежала в сторону. По щекам неумолимо текли слезы.

–Нет – процедила сквозь зубы, посмотрев на него исподлобья.

– Ты не сделаешь этого! Слышишь?!
1 2 3 4 5 ... 14 >>
На страницу:
1 из 14