Члены правительства открыто заявляют, что у них нет промышленной политики, и они, якобы, готовы выделить денег на стоящий проект. А просто раздавать деньги, повышая заработные платы учителям и врачам, пенсий и пособий, они не хотят, утверждают, что произойдет раскрутка инфляции, хотя, они прекрасно понимают, что причины инфляции кроются в политике самого правительства.
Ксения. Ты уверен, что они действительно прекрасно осознают причины инфляции, или только предполагаешь? Не слишком ли высоко ты их ценишь?
Поликарп. Но это же видно и невооруженным глазом. Посмотри, кто заинтересован в раскручивании инфляционных процессов, и все становится ясно. Сырьевые монополии и само правительство. Ведь сырье, то есть нефть, газ, металлы они продают за валюту, а оборудование и зарплату оплачивают в рублях, поэтому, чем дешевле рубль, тем им выгоднее. Правительство получает выгоду оттого, что в бюджете предусмотрены фиксированные выплаты, а налоги взимаются в процентах. Пенсии, стипендии, пособия и другие выплаты, в результате инфляции, сокращаются, теряя в своей реальной покупательной способности.
Ксения. Вообще, по уровню инфляции в стране и по тому, как распределяется «природная» рента, а на самом деле государственная, можно судить о том, насколько власть отдалена от интересов народа. Уж очень далеки они от народа! И не надо изучать многотомные труды, чтобы понять, каковы взаимоотношения в стране власти и народа, а просто смотришь каков уровень инфляции, и в чьих интересах используется «природная» рента, и многое становится понятным.
Поликарп. Да, для России вопросы использования природной ренты и инфляция с каждым днем становятся все более острыми, и это грозит стать жизненно важным для сегодняшнего правительства, как бы оно ни хотело замолчать или преуменьшить их значение. Ни в одной стране мира не распоряжаются так национальным достоянием, как это происходит в России. Вот что по этому поводу пишет Вячеслав Житняк в статье «Нефтедобыча с человеческим лицом»: «Россия – единственная страна, в которой рента поступает в отдельные частные руки. Все крупные нефтедобывающие страны инвестируют свои нефтедоллары в различные научные программы, развивают инфраструктуру и туризм. Например, Арабские Эмираты отдали природную ренту своим гражданам и освободили экономику от налогообложения. В результате доходы, не связанные с нефтью, превысили доходы от нефтедобычи, а в пустыне выросли современные города».
Смотри, какой молодец, этот Вячеслав Житняк, смело написал. И ведь прав! Недра являются общим достоянием народа, а барыши стригут несколько олигархов, и государство этому потворствует. Когда взимают налоги с народа, то кричат, что государство заботится об общем процветании страны, а когда распределяют доходы от продажи углеводородного сырья, то народу говорят, что он здесь не при делах и должен сам зарабатывать себе на жизнь.
Ксения. Поликарп, все эти примеры более справедливого распределения «природной ренты» имели бы смысл, если бы правительство прислушивалось к мнению народа и учитывало его интересы, а не только интересы узкой группы олигархов. Если бы правительство инвестировало деньги, полученные от продажи углеводородного сырья, в российскую экономику, а не в американскую, если бы народ видел взаимосвязь между существующим государственным устройством и своим уровнем жизни.
Поликарп. Если, если! А мне нравятся наши олигархи. Живут широко, денег не жалеют, себя ни в чем не ограничивают. Хотят, футбольный клуб купят, хотят, яйца Фаберже. Чем они хуже членов правительства, которые покупают ценные государственные бумаги других государств. Архитектор приватизации господин Чубайс наших олигархов вообще назвал локомотивами российской экономики.
Ксения. Это он выдал желаемое за действительное. Вот только непонятно – локомотивами чьей экономики они являются? В России основные фонды изношены на 60—80 процентов. «Многие отрасли экономики уже на грани коллапса. Промышленные фонды процентов на 75—80 изношены. Из 100% видов продукции по 82% идет снижение», и это пишет та же Елена Панина. Во многих, да почти всех отраслях мы никак не достигнем уровня производства 80-х годов. Заработная плата наемных работников не превышает реальный прожиточный минимум, но не тот заниженный, который устанавливает правительство. А по их словам, без наших олигархов, народ давно бы вымер как мамонты. Меня другое удивляет, как народы других стран, где не то, что нефти, угля нет, умудряются прилично жить.
Поликарп. Ты говоришь прямо как Александр Дугин.
Ксения. Поликарп, а кто это такой, Александр Дугин? Я с ним знакома не была.
Поликарп. Руководитель Центра геополитических экспертиз. Его статью в газете «Труд» от 23 ноября я тебе показывал. Там он довольно смело заявил, что олигархи не только обескровливали государство, реальный сектор экономики, промышленность, но и средний и мелкий бизнес. Симбиоз олигархов-монополистов с коррумпированной бюрократией контролировали все или почти все.
Ксения. Вспомнила я эту статью. Только Александр Дугин почему-то решил отнести все это в прошлое, опираясь на заявление Кремлевских политтехнологов о «равной удаленности» олигархов от власти. Но, если бы Дугин не льстил власти, а оценивал ситуацию беспристрастно, то мог бы заметить, что крупные монополисты, именно в последнее время увеличили свои состояния в разы.
Он считает, что олигархи появились в результате ослабления советской, а позже и российской государственности, хотя в действительности олигархи – это и есть плод советского государства. Именно всеохватывающее и бесконтрольное государство, пытаясь вырваться из сложившегося кризиса, и не имея противодействия со стороны общества, создало олигархов, передав им большую часть государственной собственности. Поэтому предлагаемые Дугиным методы борьбы с олигархами через укрепление государства путем создания эффективного государственного аппарата, состоящего из людей безупречно стойких к коррупции, не более чем наивные фантазии. Существующее сегодня государство и есть олигархическое, а поэтому все фантазии насчет «державного ордена», движимого «национальной идеей», фантазии не только пустые, но и вредные.
Поликарп. Я вижу, ты очень агрессивно настроена против олигархов. Может быть, они тебя чем-то обидели?
Ксения. Поликарп, ты меня не правильно понял. Я не против олигархов как личностей, а против олигархии как явления, которое ведет страну к очередному кризису и коллапсу. Мне не нравится, когда заставляют платить за товары и услуги с помощью различных монополистических ухищрений значительно больше, чем они стоят.
Поликарп. А что ты предлагаешь?
Ксения. Не мы первые столкнулись с таким явлением, как олигархия. Имеется и международный опыт, который сводится к одному – необходимо всячески противостоять монополизации и олигархии, так как олигархический капитал использует государство для извлечения дополнительных монопольных прибылей, а общество в результате этого деградирует. И, если мы не будем противостоять олигархии, то нас не спасет никакая филантропическая деятельность, на которую так уповают некоторые граждане, не понимающие сути экономических законов.
В Америке еще 100 лет назад были приняты жесткие антитрестовские правила и антимонопольное законодательство, которое эффективно действует и по сей день.
Поликарп. У нас в России так же имеются антимонопольные законы и органы.
Ксения. Имеются-то имеются, но вполне мирно уживаются и с монополистами, ввиду сращивания государства и крупного бизнеса, а часто это одно и то же, эти законы не работают. Если даже руководитель Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев, на одном из заседаний Государственной Думы заявил, что «вся причина бензиновых «страданий», – это на 80% рост цен на углеводороды на мировом рынке и на 20% – монополизация внутреннего рынка крупными нефтекомпаниями. Это спровоцировало в стране стремительную инфляцию, которая грозит перейти за грань, запланированную правительством на данный бюджетный год, и позволило нефтедобытчикам (читай олигархам) уже за неполный 2004 год выкачать из карманов россиян десятки миллиардов рублей. То есть, государственный аппарат оказывается не способным справиться с влиянием олигархов на всю экономику страны, и открыто в этом признается.
Поликарп. Но, помимо государственных чиновников у нас есть еще и депутатский корпус, и депутаты не молчат, а депутат Госдумы Сергей Глазьев как раз выступил с предложением провести референдум по вопросам: защита социальных гарантий, о справедливом распределении сверхприбыли от эксплуатации природных ресурсов и о защите прав граждан избирать губернаторов. Он решил исправить ошибки власти через референдум.
Ксения. С одной стороны, можно сказать, затея беспроигрышная, но такая же и бесполезная. Попытка исправить власть с помощью референдума больше похоже на истерию, чем на серьезное мероприятие. Несмотря на всю серьезность поставленных вопросов о восстановлении социального государства, справедливого распределения так называемой природной ренты и выборов губернаторов и депутатов Госдумы
Разве Президент и депутаты Госдумы не понимают, что замена выборов губернаторов народом на их избрание местными думами по представлению Президента есть сворачивание демократии? Прекрасно понимают. Да только считают это не выгодным и неудобным для себя. А поэтому и напускают словесный туман. «Сегодня в России выстраивается властная вертикаль в соответствии с вызовом времени». Что это за вызов времени, знают только они. Или: «Нам необходима сильная исполнительная власть». Здесь они не лгут. Им действительно необходима сильная исполнительная власть, так как дальнейшее господство олигархии приведет или к развалу страны, или к смене власти.
Поэтому не передача островов и не заявление министра иностранных дел России являются главными событиями ноября, а принятие закона о замене прямых выборов губернаторов на их избрание региональными законодательными собраниями по представлению президента, так как этот закон меняет политическую ситуацию в стране и усиливает влияние центральной бюрократии и связанных с ней олигархов.
Поликарп. А как народ отнесся к этому закону?
Ксения. А кто его спрашивал, народ-то! И как его спросить, его же много? Правда, некоторые политические деятели и отдельные депутаты выступали на митингах в Москве против принятия данного закона. Но, тут же показали выступления лидеров партии «Единая Россия», которые заявили, что они хотят, чтобы россияне жили счастливо и долго, чтобы в стране было больше справедливости, а данный закон к этому и ведет. И народ сразу успокоился.
Поликарп. Я с тобой полностью согласен в оценке этого закона. Слушая их, складывается такое впечатление, что они только вчера родились, и не знают, что формы государственного устройства уже давно известны. Их не так много. И в основном это парламентские республики с самыми широкими демократическими правами у народа. И даже там, где формально сохранились монархии, реально власть принадлежит парламенту. А России опять навязывают авторитарный режим в угоду крупному капиталу, якобы, более способный бороться с явными и надуманными угрозами.
Некоторые из защитников закона о назначении губернаторов, как председатель Комитета Совета Федерации по делам федерации и региональной политике Александр Казаков в статье «Федерализму ничего не грозит» договорился до того, что демократия не сводится к общенародным выборам глав регионов. Да, не сводится. Но выборы являются одним из основных столпов демократии. Без выборов нет демократии. И все эти разговоры об улучшенной управляемости, дееспособности вертикали исполнительной власти сводятся к усилению центральной бюрократии и олигархов, опекающих ее. Все их доводы свелись к одному – хороший царь лучше плохого депутата или избранного губернатора. Благо, что еще про розги, как эффективный способ воспитания, не вспомнили.
В связи с этим мне припоминается заметка Вики Веселовой в одном из ноябрьских номеров «Уральского рабочего». (Берет газету и читает):
– «Многие, например, жаждут стабильности и покоя, но отыскать такое место не могут. Да как же мы не замечаем очевидного»? – удивляется Вика – «Чем не зона спокойствия обычная зона, в смысле колония»? И после этого Вика основательно доказывает преимущества колонии. И кормят там сытно, и лечат, и в баню их водят, и профессию там можно получить, а на воле за все надо платить, а дома не всегда есть что поесть. А в конце заметки и обнаруживается весомый аргумент в защиту назначения губернаторов: «Причем если условия на зоне создают граждане начальники, то на воле – мы сами, мы с вами».
Вывод напрашивается сам собой. Назначенные губернаторы, то есть, начальники, организуют нашу жизнь лучше, чем мы сами. Ну, а раз наши начальники ничего кроме зоны организовать не могут, то мы и будем жить в условиях зоны. С каким-нибудь веселеньким названием, типа – «российская демократическая зона».
Ксения. Центральной бюрократии действительно необходима сильная исполнительная власть, так как дальнейшее господство олигархии приведет к социальной напряженности в виду непрекращающегося разграбления страны, к росту народного недовольства, к укреплению оппозиции. Что для них весьма не желательно. И ради того, чтобы подготовиться к этому социальному взрыву, а еще лучше предотвратить его, и проводится данная реформа. Только не надо питать иллюзий, что московская бюрократия будет развивать регионы и заботиться о населении этих регионов.
Поликарп. Да, особенно нелепо выглядят все эти утверждения об усилении исполнительной власти и выстраивании единой вертикали власти на фоне последних событий на Красноуральском химзаводе, где рабочие не получали заработную плату целых одиннадцать месяцев.
Что же мешало государству, как собственнику этого оборонного предприятия, регулярно выплачивать заработную плату рабочим, и не доводить их до отчаяния? Ничего! Кроме того, что данное государство защищает интересы олигархов, которые тысячами нитей связаны с бюрократией, и им нет дела до рабочих Красноуральского химзавода. Так зачем, спрашивается, усиливать бюрократическое государство, которое не платит зарплату рабочим государственных предприятий по одиннадцать месяцев?
Ксения. Можно много теоретизировать о государственном строительстве, об экономике, о нерадивых управленцах и безответственных чиновниках, о коррупции, тем более, если вы регулярно получаете приличные оклады, но факт остается фактом, и сегодня мы видим, что происходит усиление государства, которое противостоит большинству народа.
Поликарп. В целом ноябрь 2004 года был весьма насыщен событиями и конец ноября мог порадовать нас смелыми и решительными выступлениями депутатов пятого Съезда Всероссийской партии «Единая Россия», но этого, к сожалению, не случилось. Что мы наблюдали на последнем Съезде партии «Единая Россия»? Одни телодвижения. Были внесены изменения в устав партии, упразднены «лишние» партийные органы и ряд обладателей партблетов наделен новыми полномочиями, обсуждены реформы в социальной сфере, проблемы регионов, обозначены задачи партии, отмечена работа, которая уже была проделана. А какова же цель всей этой суеты кроме дополнительных окладов, чиновничьих мест и укрепления власти чиновника? Где же идеи? Где оценка политической и экономической ситуации в стране? Где тот идейный багаж, который и составляет основу политической партии как выразителя интересов определенного класса? Ничего этого мы не увидели. А все эти заявления по поводу повышения благосостояния граждан не больше чем пустые фразы. В истории человечества не было ни одного тирана, и ни одной, самой реакционной партии, которые бы вершили свои злодейства, не прикрываясь интересами народа.
Ксения. Поликарп, но ведь была на Съезде и критика в адрес чиновников и бюрократов со стороны лидера партии Бориса Грызлова.
Поликарп. Это, скорее всего, было сделано для проформы с целью заработать дополнительные очки у народа. Да и выглядело это весьма комично.
Ксения. Поликарп, что это мы все о правительстве, да о партиях, ведь и у нас в Екатеринбурге ноябрь был весьма насыщен событиями. Сколько было недовольства в связи с ноябрьским повышением цен на хлеб, мясо, молоко, колбасы. Последнее повышение цен на продукты питания не оставило равнодушным даже директора Института экономики УрО РАН Александра Татаркина, которое, по его мнению, ничем не обосновано.
Поликарп. Вот так всегда у наших академиков экономистов – не обосновано, а растут. У них еще с коммунистических времен сформировался подход, которому они следуют до сих пор – если практика противоречит теории, то ошибочна практика, а не теория.
«Все дело в самой порочной системе ценообразования, – заявил в „Уральском рабочем“ А. Татаркин – сложившейся у нас в стране». Никак академик не поймет, что не система виновата. И цены растут не потому, что кто-то заблуждается, и стоит им объяснить, как все исправится, а потому, что это кому-то выгодно. Но пока, видимо, назвать виновных у академика еще не набралось духу, хотя, можно отметить, что за последние пятнадцать лет прогресс наблюдается. Появилась даже некоторая дерзость в высказываниях: «Я скажу начистоту, антимонопольные структуры у нас практически бездействуют, – говорит академик. – Да, они должны заниматься поиском компаний-беспредельщиков на рынке, которые повышают цены без достаточных на то экономических оснований».
Ксения. Интересную политэкономическую «теорию» трактует А. Татаркин, и особенно в понимании ценообразования. Это, скорее всего, чисто уральский вариант понимания политэкономических законов.
Поликарп. Действительно, что за ахинея! Кому независимые компании должны представлять экономическое обоснование своей ценовой политики? Здесь, видимо, академик подразумевал себя. И как это себе А. Татаркин представляет компанию, которая, несмотря на рыночные цены, взяла и увеличила цены на свои товары, и эти товары продолжают покупать? Если бы господин Татаркин, соизволил подумать, то он, скорее всего, догадался бы, что ни одна компания не может стать монополистом без участия государственных чиновников. И это очень хорошо прослеживается именно в деятельности энергетических комиссий, о которых так долго и путано, рассуждает академик. Ни одна энергетическая комиссия не может пересмотреть тарифы без согласия чиновников. Поэтому его столь пафосный призыв к антимонопольным структурам искать компании-беспредельщики, просто бессмысленный и наводит на ложный путь.
Кстати, наш академик попутно, может быть даже случайно, ввел в политэкономию новое понятие – беспредельщики, которое взято из блатного мира, и конечно добавляет высказываниям академика некоторой экстравагантности, но в экономике ничего не объясняет.
И последнее. Пора бы, Александру Татаркину, академику, директору Института экономики УрО РАН, освобождаться от путаных и ложных представлений в политэкономии, и идти на поводу у государственных чиновников. Никогда, и это уже не раз доказывалось в классической политэкономии, повышение заработной платы, в том числе и бюджетникам, не являлось источником инфляции. Меняется структура потребления тех, кто живет на заработную плату, что, в свою очередь, ускоряет оборот товаров, а, значит, и всей экономической системы. Только бесконтрольная денежная эмиссия, обесценивающая рубль, и повышение цен на товары и услуги так называемых естественных монополий, почти в полной мере зависимых от государственных чиновников, развивают инфляционные процессы в стране.
Ксения. Поликарп, ты не совсем справедлив по отношению к академику. Ведь, говоря о взвинчивании цен после новогодних праздников, он отметил: «Как правило, виновато в этом бывает уже само государство».
Поликарп. Если не придавать значения выражению «как правило», то можно и согласиться с Александром Татаркиным.
Ксения. Поликарп, не слишком ли много политики в нашей сегодняшней передаче? Может лучше про реактор, про советский лунный трактор.
Поликарп. Про реактор и про трактор есть, кому рассказать, а у нас информационно-аналитическая передача, а не программа «новости».