– Ты сам захотел помогать, – Эллина сменила интонацию на свою обычную – строгую.
– Не знаю, что на меня нашло! – сказал я. – Когда важные люди исчезли из моей жизни, только ты меня спасла. Поэтому я подумал, что тоже должен для тебя что-то сделать… Но это слишком! Развяжи меня!
Человек закрученным лицом уже растекался по полу, как разноцветное мороженое.
Эллина отстегнула мне ноги, затем руки. И опять всё её лицо было залито розовой перламутровой жидкостью. Она струилась из её глаз, текла пузырьками из ноздрей и висела капельками на губах.
Я немного оправился от шока, и мне стало жаль, что вспылил. И правда: сам ведь вызвался…
– Неловко спрашивать… – сказал я. – Почему у тебя текут розовые слёзы? Изо рта и из носа…
Эллина показала мне лезвие ножа:
– Думаешь, муляжей так просто убить? Их вообще ничем нельзя убить, кроме этой жидкости.
Девушка стёрла слизь с правой щеки и показала, как она тянется между пальцами:
– Я называю это просто – «липкость»… Если муляж рядом и он агрессивен, то мои железы выделяют розовую слизь. Она для них смертельна. Главное, чтобы попала в кровь. Поэтому я их режу. А так бы просто ходила и плевалась в них.
– Значит, убить их можешь только ты, – догадался я.
– Верно, – подтвердила Эллина.
Я помял запястья. Их сильно натёрли ремни, пока я дёргался в кресле.
– Всё равно не въезжаю в твой лор. Откуда все эти муляжи? И почему их убиваешь именно ты?
Эллина отошла от растекающегося тела, чтобы не испачкать ботинки.
– Напомни, мы были с тобой знакомы до всего этого?
Я пожал плечами:
– Лично нет, но я много раз тебя видел. Ну и знал, как тебя зовут.
– Я не та девушка, которую ты знал, – сказала Эллина. – Я реакция на опасность. Как иммунитет. Произошло вторжение – мир защищается. Понимаешь?
Я помотал головой:
– Не особо… Значит, ты не настоящая Эллина? А где настоящая? Она жива?
– Да! – девушка сделала такое лицо, будто услышала какую-то чушь. – Она перед тобой! Она никуда не делась. Просто её личность временно подавлена. Мной. Но я не другая личность. Я – функция…
– Чёрте-что, – нахмурился я.
Эллина направилась к двери:
– Ладно, пошли отсюда. Покажу тебе кое-что интересное.
Глава 4. Иммунитет вселенной
В небе ярко сияли звёзды. Мы сидели на одной из пустующих рамп скейт-парка. Нас окружала тишина, но в моём воображении сами собой возникали звуки роликовых досок: быстрый рокот колёсиков и ритмичные стуки.
Эллина спряталась в толстовку от холодного ветра: натянула рукава на пальцы, а воротник на подбородок. Только глаза торчали из-под капюшона. Я мысленно сравнил её с черепахой и невольно улыбнулся.
– Ты видишь? – спросила девушка.
– Вижу что?
Эллина вытянула руку:
– Это должно быть видно всем. Присмотрись. Тебе не кажется, что над площадкой есть прозрачная кривая линия?
Я посмотрел внимательнее:
– Не вижу. Хотя, погоди… Что-то есть. Когда прищуриваюсь, вижу. Она такая вертикальная, да? Не пойму, вижу или нет.
Мне на миг показалось, что в темноте проступает неровная полоса в форме молнии. Но может, я просто «поймал зайчиков»?
– Ты знаешь про вспышку, которая здесь была? – спросила Эллина.
– Когда взорвалась подстанция? – вспомнил я.
– Не было здесь никакой подстанции!
– О! Вот оно! – вскрикнул я, разглядев искажение пространства. Над площадкой висела выпуклая ломаная полоса. Через неё всё виделось, как через кривое стекло. Чтобы увидеть её, нужно было расфокусировать взгляд.
Эллина повернулась ко мне:
– Это шрам от разрыва реальности.
– Что? – я приподнял брови.
– Здесь слабое место нашей Вселенной, – объясняла Эллина, словно это было что-то обычное. – Реальность всегда лопается здесь. Примерно через каждые двадцать лет происходит разрыв. Это сопровождается яркой вспышкой и грохотом. Всего пару секунд, а потом она срастается обратно. И кажется, что ничего не произошло.
Я задумчиво потёр подбородок:
– После такого обычно следует «но».
Эллина кивнула:
– Ты видел это самое «но». В нашу реальность врываются муляжи. Не спрашивай откуда. Я не знаю, на что похоже место, из которого они приходят. Это и не важно. Главное, что они здесь чужие. И цели у них не мирные. Муляжи сначала невидимы, но, рассредоточившись по городу, они обретают плоть и начинают убивать людей.
– А для чего им это? – спросил я.
– Не знаю. Мне кажется, они забирают у людей что-то нужное для себя… – девушка вынула из рюкзака свою записную книжку и кинула мне на колени. – Посмотри сюда. Этот дневник вели до меня… Двадцать и сорок лет назад.
Я открыл блокнот. Первые страницы были заполнены мелким некрасивым почерком. Картинки у автора этих записей получались куда лучше. Он весьма талантливо изобразил ползучее чудовище внизу страницы. Это было существо, представляющее собой бесформенный комок бугров и складок на двух мощных ногах. Оно не имело головы и рук. Вся его кожа была покрыта бесчисленными мелкими отверстиями, из которых торчали тонкие щупальца с острыми кончиками. Автор назвал этого монстра «Бегуном».