– Можно. Только там дорога плохая.
– Ну, «Рендж Ровер» на то и внедорожник… Если через Луковку, то на пути в райцентр никто не попадется… А как Лариса в этот «Рендж Ровер» попала?
– Я не знаю. Может, это не она была…
– Она, она… Черный джип. Никто мне про черный джип не говорил. Никто ничего не видел. А ты видела… Если бы он в деревню въезжал, его бы видели. Значит, он где-то рядом был… И как Лариса в этот «Рендж Ровер» попала?.. Я так понял, она впереди ехала?
– Да, блондинка была впереди, на пассажирском сиденье. А за рулем – какой-то мужчина. Только я не уверена, что с ним Лариса была…
– Номера какие? – запальчиво допытывался Демьян. – Наши номера или московские?
– Не обратила внимания. Там надпись на капоте была, я на нее смотрела. Думала, как у меня: «Ланд Ровер», а там «Рендж Ровер». Пока прочла, время ушло…
– Но ехали в сторону Москвы?
– Без понятия. Ты же знаешь, какая там дорога.
– Но там же внедорожник, он пройдет… Лариса связана была?
– Нет, не похоже… Я ее руки видела. Она руками голову поддерживала. Как будто плакала. Только лицо ладонями не закрывала. Думала о чем-то, тяжело думала… Говорю же, может, и не она это была…
– Она это была… Ты же знала, что я ее ищу! Почему не сказала? Может, ты не хотела, чтобы я ее нашел?
Катя не выдержала его взгляда, отвела в сторону глаза.
– Зачем это мне?
– Ну, мало ли… Не будет Ларисы, и муж твой успокоится.
И сам Демьян станет свободным, но это он не сказал. Ни к чему.
– Не говори глупостей!
– Глупостей не говорить?.. Да я столько этих глупостей натворил, пока Ларису искал. На Жигуля наехал, на грубость нарвался… Если бы ты сказала, что видела Ларису, я бы не стал к Жигулю ехать. И он бы к нам не поехал. И в мужа твоего стрелять бы не стал!
– Хочешь сказать, что это я во всем виновата? – вяло возмутилась Катя.
– Ты виновата. И я виноват. Мы оба виноваты…
– А если это не Лариса в джипе была?
– А кто еще?.. И в Москву везли!.. Точно руки не связаны были?
– Ну, вроде бы…
Что, если это Бабуин вычислил Ларису, приехал за ней сюда, выследил и выкрал? Неужели он снова увез ее в свой притон… Вряд ли такое возможно, все-таки три года прошло.
– Знаешь, ты сама в Рязань поезжай, а я в Москву отправлюсь. Есть у меня кое-какие соображения…
И точки у него на рынках есть, где картофель продается. Система сбыта налажена на зависть другим фермерам, есть квартира, где живут его люди, там он и остановится. И начнет искать Лешего, чтобы через него выйти на Бабуина. Если Лариса у этого ублюдка, то он вырвет ее из его поганых лап…
Демьян отправился домой, переоделся, стал готовить машину к выезду, но в Москву так и не отправился. Появился капитан Игнатов, а с ним – два оперуполномоченных из района.
– Гражданин Уваров? – хмуро спросил один из них, плотный, коренастый, с грубым лицом и густым с хрипотцой голосом.
Его официальный тон не предвещал ничего хорошего, да и участковый прятал глаза.
– Да, Уваров я. А что такое?
– Капитан Удальцов, уголовный розыск… Где вы сегодня находились в районе между восемью и девятью часами утра?
– Не надо пытать меня, капитан. Да, это я стрелял в Жигулева и в его отморозков. Мне скрывать нечего, я действовал в пределах допустимой обороны…
– Значит, вы стреляли…
– Вот именно. Преступление раскрыто, капитан. Поздравляю. Только это не преступление.
– Да? А почему тогда от вас перегаром несет?
– Выпил малость вечером, а что, нельзя?
– Нельзя в состоянии алкогольного опьянения оружие при себе иметь. А у вас оружие было. Кстати, где оно?
– В машине.
– Оружие, из которого вы убивали?
– Из которого я отстреливался…
– Значит, вы ни в чем не виновны?
– Нет.
– Тогда почему скрылись с места преступления?
– Юру Комарова в больницу отвозил. Эти сволочи в него стреляли, в область его отправили в тяжелом состоянии. Не факт, что выживет… И с ним еще трех подстреленных бандитов увез. Они в райбольнице, они вам скажут, как было дело… – криво усмехнулся Демьян. – Скажут, что ни в чем не виноваты… А Ломов скажет, что виноваты. И Комаров скажет… Они Комарова подрезали, он в кювет съехал, из машины вышел, а Жигулев из ружья в него пальнул. Что мне оставалось делать?
– Разберемся… Сейчас мы проедем в отделение, там вы, гражданин Уваров, и дадите показания…
Наручники на Демьяна надевать не стали, но в райотделе милиции его заперли в камере для временно задержанных, в «обезьяннике», что находился напротив дежурной части.
Он ждал вызова на допрос, но в тот день им занимался только судмедэксперт – взял кровь для проверки на алкоголь, зафиксировал ранения, полученные в перестрелке. Демьян потребовал отправить его в больничную палату, поскольку нуждался в стационарном лечении, но вместо этого ему предоставили камеру предварительного заключения, где он и провел ночь.
На допрос его вызвали на следующий день, после обеда, ближе к вечеру. Следователь с отечным лицом неторопливо просматривал бумаги. На Демьяна он даже не взглянул, но жестом пригласил его присесть. Важный, сосредоточенный, и, конечно же, очень умный, ну просто комиссар Мегрэ.
Следователь представился. Советник юстиции третьего класса Касаткин Павел Емельянович. Демьян постарался запомнить это имя: интуиция подсказывала, что это не последняя их встреча.
– Вчера вы, гражданин Уваров, признались, что стреляли в гражданина Жигулева.