– А ты откуда такой красивый?
Рада беспардонно смотрела на его синяк.
– Да оттуда.
– И фингал оттуда?
– Нет, отсюда. Вот, ударился.
– Да нет, не мог ты сейчас удариться. То есть удариться ты, конечно, мог, но ты раньше ударился… Или ударили тебя. Ударили, да?
– Тебе не все равно?
– Нет… То есть все равно. Просто любопытно… Да ты не переживай, я же не смеюсь, как раз наоборот, синяки украшают мужчину. Из-за чего хоть подрались?
– Да вот, машину неудачно угнал, – соврал Демьян.
Шустрая эта Рада, говорливая, и так вдруг захотелось ее напугать.
– Эту машину? – слегка растерялась она.
– Ну да.
– А зачем угнал?
– Любопытной Варваре… Домой еду.
– Откуда?
– Из мест не столь отдаленных.
– Освободился, что ли?
– Точно. Домой вот еду.
Демьян задумался. Действительно, отмотал он срок, возвращается в родное Приволье. Без Ларисы. Как будто и не было ее никогда. Транзитом прошел от зоны до этих мест, никого не прихватил на своем пути. Нет у него женщины, но в Приволье ждет его Катя, которую он когда-то любил. Да и сейчас он ее любит, потому что нет больше никакой Ларисы. И мужа у Кати нет. Пятеро детей у нее на руках, но ничего, ему не страшно. Он будет жить и воспитывать их как своих. Пахать будет и сеять, так как очень соскучился по родной земле. И в доме у них с Катей будет достаток, потому что работать он умеет. И любит…
– А сидел за что? – не унималась Рада.
– За изнасилование.
– Да ладно!
– Я понимаю, статья позорная. Только судили меня за убийство. Поэтому братва не предъявляла…
– Я знаю, в зоне насильников не жалуют, – кивнула Рада. – Брат рассказывал, что с ними делают… Тебе повезло, если не предъявляли…
– Это ты о ком? – усмехнулся Демьян.
– О тебе.
– А о себе ты думаешь? – Он заблокировал двери, но вовсе не для того, чтобы пленить Раду. Вдруг она со страху попытается выскочить из машины. – Я бабу изнасиловал. А потом ее убил.
Но ее, оказывается, так просто не проймешь. Страх, конечно, в ее глазах блеснул, но любопытства и жажды приключений в них все-таки больше.
– И что?
– А если я тебя сейчас изнасилую?
– Ну и?
– А потом убью.
– Да? Не надо убивать. Я тебе так отдамся… Ну, не сейчас, потом… Если хочешь… Хочешь, ко мне домой поедем? Я одна живу… А ты женатый?
Демьян озадаченно поскреб затылок. Ну, видел он глупых баб, но таких дур еще не встречал. Убийцу и насильника в дом к себе зовет. И еще про семейное положение спрашивает, потому что виды на него имеет.
– Уже нет.
– Я тоже в разводе… Я сначала с ним развелась, а потом он уже умер. Этиловым спиртом отравился. Алкаш, блин… Хорошо, что развелась, а то бы черной вдовой назвали…
– А что, до этого мужа еще кто-то умирал?
– Да нет. Но у нас в деревне так принято, если муж умер, значит, черная вдова…
– Дурная у вас какая-то деревня.
– Какая есть, вся наша, только мужиков мало…
– Я знаю одну деревню, туда племенных быков из Голландии привезли, голштинской породы.
– Так что, и нам голландцев завозить? – засмеялась Рада.
– Не знаю. Русский мужик водку пьет, а голландский – траву курит. Вопрос, что лучше?
– Не знаю, у нас траву не курят.
– Значит, не все еще пропало…
– Лучше таких, как ты, завозить. Насильников. А то у наших и не стоит! – в голос засмеялась женщина.
– Беда.
– Не то слово.
Рада вдруг стихла и озадаченно посмотрела на Демьяна.
– А ты правда ее убил?