– Устроим! – воскликнул Ваня, помогая помощнику заряжать новую ленту. – Только осторожнее будьте, под наши пули не киньтесь!
Следующий короткий рывок состоялся после пары неприцельных очередей в сторону пришельцев, которых будто не становилось меньше. До окопа, ранее занятого танком, добрался довольно быстро. От неожиданного взрыва позади и пары пуль в землю у самых ног Дима упал, будто на подбитых ногах, однако быстро опомнился и заполз в укрытие очередной группы солдат.
– Ты ещё что тут забыл!? – возмутился чей-то голос перед Димой.
После пропажи отсюда повреждённого танка позицию первоначально отдали небольшому отделению, которое состояло из пулемётчика, пары стрелков, гранатомётчика с РПГ-7 и огнемётчиков. От последних здесь прибавились ящики с незнакомыми продолговатыми трубами. С началом боёв выносить раненных с окопов поблизости стало трудно из-за концентрации огня на санитарах. Этому способствовало как расстояние, так и рельеф: полностью открытый для стрельбы с противоположной стороны. Поэтому свободная часть траншеи наполнилась раненными, а среди обитателей появился санитарный инструктор. Он-то и окликнул нежданного гостя. Отвлекаться на него Дима не стал и сразу направился к противоположному краю, где продолжал растрачивать боезапас старый советский пулемёт.
– Серёга! – на подходе к краю бросил Дима и тут же опустился за насыпь, загнанный очередью в свою сторону.
– Ты-то что тут забыл!?– поинтересовался пулемётчик, узнавший друга.
– Мы сейчас санитаров поведём к вертушке. Нужно будет твоё прикрытие.
– Сделаю. – кивнул Сергей и выпустил ещё пару очередей.
После пары попыток поддержать перестрелку и смены магазина Дима глянул за спину. Как раз к ним спустились долгожданные санитары и Стас. Выбираться вперёд они не спешили, ожидая напарника.
– Всё, Серёга! – воскликнул Дима и хлопнул того по плечу. – Мы пошли!
– Давай, удачи!
Их окоп и выступ реки, который здесь был ближе, чем на остальных участках, разделяли тридцать метров усыпанного снегом пустого пространства. Скрыться здесь было негде и ближайшим укрытием окажется берег речки, образующий низину с обледеневшим водоёмом.
– Все готовы? – спросил Стас, когда к их группе присоединился Дима.
Услышав от всех утвердительный ответ, он высунулся из окопа слегка сильнее и скомандовал, указывая на нужный участок берега:
– Тогда по очереди выползаем отсюда и ползком к тому берегу! Ни в коем случае не останавливаемся, друг за другом не движемся!
– Я первый! – неожиданно для самого себя бросил Дима и принялся выползать.
Он даже не успел сообразить, как оказался посреди открытого со всех сторон поля. Передумывать было поздно: вместо страха им двигала мысль, что пилоты в вертолёте ещё могут быть живы, что им обязательно нужно рискнуть, чтобы их спасти! А чтобы рисковать было проще, нужен был пример, которым Дима и решил стать. Над головой продолжали свистеть пули, чьи отправители находились с обеих сторон. Вместе с осознанием полного отсутствия укрытий это отлично подгоняло участников группы.
В себя Дима пришёл только лёжа на берегу реки. Вместе с ясным сознанием вернулось и дыхание, ставшее прерывистым и частым, будто последний вдох он сделал в танковой траншее. Сердце продолжало колотиться с бешеной частотой, от чего солдата бросало в жар.
Дожидаться остальных не стал. Как только дыхание более-менее успокоилось, продолжил ползти вдоль берега в сторону упавшего вертолёта. По песку он старался не двигаться: боялся подставиться; в центр реки тоже старался не лезть: лёд только-только покрыл реку, а провалиться в воду и стать ещё одной обузой для напарников не хотелось, да и переохлаждение на пользу не пойдёт. Старался двигаться на маленьком удалении от берега.
Вскоре из-за изгиба берега показалась сбитая машина. Нос был погружён в воду, кабина едва погружалась в воду, остальное было выше и то и дело ловило пули с обоих сторон. Лопасти уже не двигались. Одна из, на первый взгляд, узких пластин, поднимавшая в воздух многотонную машину, красовалась огрызком и отсутствием почти половины полотна. Двигаться к вертолёту было страшно: и без того тонкий лёд мог сильно ослабнуть от упавшей машины, да и она упала не особо близко к берегу. Из-за этого Дима двигался с большей осторожностью, подзабыв про скорость.
Ускориться решил, когда в корпус, чуть ниже основания несущего винта, врезался неизвестный снаряд, слабо взорвавшийся при попадании. Тут же место основание винта, часть обшивки с вражеской стороны и верхнюю часть купола охватило пламя. Казалось, что горел сам материал, или на нём прочно закрепили тонкий слой сверхгорючего материала.
Пока Дима приближался к намеченной цели, дверца в верхней части купола открылась и из неё показался мужчина в комбинезоне ВКС и шлеме. Плечо пробито пулей, на шлеме красовался след от рикошета, а стекло с противоположной стороны было покрыто сплошной сетью от попаданий, виднелось и одно отверстие. Раненный сначала намеревался вылезти, однако передумал, взглянув, что тогда ему придётся спускаться прямиком в воду. Когда Дима добрался, осторожно поднялся и помог пилоту выбраться. Оказавшись в безопасности, слегка оттянул раненного от машины и оглянулся: остальные уже подходили.
– Второй жив? – спросил у пилота солдат, пытаясь найти у того аптечку.
– Не з-з-знаю… – с запозданием выдал спасённый и скривился от боли. – Голова рас-скалывается…
– Ничего, медики уже идут.
Санитары не заставили себя долго ждать и уже меньше, чем через минуту, санинструктор вместе с подчинёнными руководил спасением жизни пилота. Дима успел лишь боковым зрением заметить, как молодой санитар пытался остановить кровотечение.
– Уже достал… – заметил Стас, когда подполз к Диме.
– Второй остался.
Уже вдвоём вернулись к сбитой машине. Предстояла вторая часть: вытащить пилота, который, судя по всему, без сознания. Первым добрался и дёрнул за ручку с наружной части кабины Стас. Следом приблизился Дима, тут же потянулся к телу пилота. Тот никак не отреагировал на открытие двери и чужие прикосновения, свободно поддаваясь усилиям спасателей. Подхватив под руки, Дима вытащил тело и уложил на лёд. Казалось, что этого они спасти не смогли. Сорвал перчатку, приложил руку к артерии на шее. Сквозь окутавший руку холод почувствовал, как под пальцами слабо пульсирует тёплая кожа пилота.
– Живой. – сообщил Дима, обустраивая голову так, чтобы освободить дыхательные пути.
Из наружных повреждений у пилота – более молодого, чем первый – была только основательная ссадина почти на всю ширину нижней части лба. Руки и ноги со стороны казались целыми, однако Стас не исключал возможность переломов.
– Значит спасли. Пошли. – скомандовал он, подхватывая тело под ноги.
Стараясь держать голову в нужном положении, Дима тоже подхватил тело под плечи и потащил к санитарам.
– Этот без сознания. Может, сотрясение. – на подходе к санитарам сообщил Стас.
К этому времени медики уже разобрались с первым спасённым и тот лежал в стороне, укутанный в подобие плаща. Взгляд метался по окружающим объектам, иногда задерживался на санитарах.
– Отлично… – отозвался на слова сержанта санинструктор, мимолётно осмотрел поступившего. – Пока прикройте, постараемся быстрее.
Отдав приказы подчинённым, достал из кармана бронежилета индивидуальную рацию и проговорил в динамик:
– Я «Зелень-двадцать первый», вынули последнего. Не помешает снайперская помощь.
– Понял, «Зелень»… – коротко отозвался гортанный голос. – Поспеши.
Как только Дима и Стас выбрались на песчаную часть берега, сержант затих.
– Стой… – скомандовал он и притих, вслушиваясь в окружение.
– Что!? – с долей возмущения спросил Дима и взглянул на друга.
– Слышишь?…
– «Слышишь» что? – не понял тот и тоже попытался вслушаться, однако из-за грохота и треска догорающего пламени с вертолёта это было проблематично.
– Взрывы отдалились… – ответил Стас. – Теперь артиллерия друг с другом воюет.
– Осталось отдалить стрельбу… – ухмыльнулся Дима и пополз дальше.
Для стрельбы из-за возвышения, которым кончался берег, мест было мало. Вернее, высунуться могли где угодно, однако удобно стрелять получалось не из каждой точки. Более-менее подходящую Дима нашёл у корней поваленного дерева, на которые он опирал цевьё автомата.
Когда магазин подошёл к концу, спустился чуть ниже по склону берега и принялся перезаряжаться. За время перестрелки сложилось ощущение, что их попросту не замечают. Бросил взгляд на Стаса. Тот продолжал поливать противоположный край долины короткими очередями, прикрываясь от ответного огня краем холмика. Однако в ответ по ним никто не стрелял.
– Телятся наши медики! – крикнул Дима, оттягивая затвор АК-74М.
– А!? – переспросил Стас, посылая ещё одну очередь в сторону противника.