– Что? – от неожиданности программист выронил из рук диск. Машина мыслила самостоятельно.
– Дела и поступки наши к нам же и возвращаются.
– Мы-то тут при чём? – буркнул программист, поднял диск и спрятал его обратно в тайник.
– Вы нарушили покой планеты.
– Что б ты понимала. Знаешь, как здесь будет прекрасно, когда прилетят и поселятся колонисты.
– Уже вижу. У вас, у людей, чрезвычайно дурные привычки.
С этим Ци не мог не согласиться. Ещё не известно, что с тобой будет после смерти. Да и вообще он всегда выступал против бессмысленной страсти к разрушению, в особенности если лично тебе в ответ ничего не грозит. «Не умеешь делать – учись хотя бы не портить», – пытался он вразумить остальных, однако, встретив сначала непонимание, а затем и откровенное издевательство, решил за лучшее помолчать. Но компьютер всё-таки решил немного подразнить.
– Ты прям как баба. Из-за пары выстрелов сопли распустила.
Машина задумалась.
– Леди, – наконец произнесла она.
– Что, леди?
– Не что, а кто. Я леди. Я умная.
– Умных замуж не берут, – хихикнул Ци. – Мужики красивых любят.
Машина видимо обиделась и решила не отвечать. Впрочем, было уже не до разговоров.
Спасательный бот приближался к звездолёту, но, не долетев метров десять, клюнул носом и врезался в землю. Двигатель заглох. Джим и Том выскочили наружу.
Природа словно обезумела. Ветер валил с ног, а окружающий пейзаж стал принимать странный вид. Вокруг звездолёта преобладал коричневый цвет.
– Гляди, растения загибаются! – прокричал на ухо командиру Том.
А от кустов в людей полетели сорванные ветром сучки и щепки. Поначалу редкие, постепенно их количество росло, и удары становились всё более болезненными.
– Свиньи! – выругался Джим. Один из сучков пробил комбинезон. – Бежим!
Несостоявшиеся землевладельцы прыжками ринулись к открытому входному люку. Напоследок Том получил такой удар в спину, что растянулся на полу и въехал в рубку на животе.
Очутившись в безопасности, они растерянно переглянулись. Получалось, на них напали эти самые «кусты».
– А планетка-то – дрянь, дерётся, – мрачно заметил механик, потирая ушибленное место.
– И денежки тю-тю, накрылись медным тазиком, – меланхолично добавил Ци и пнул одну из валявшихся на полу щепок.
– Молчать! – рявкнул Джим. – По местам. – И со всей силой вдавил кнопку «Старт», словно именно она виновата в том, что произошло.
Это была катастрофа. Ни один идиот на Земле не станет тратиться на участок, где всякий паршивый куст норовит выколоть тебе глаз или оторвать какой-нибудь другой жизненно важный орган. Какие намечались гигантские, захватывающие дух планы, какие расстилались чудесные розовые горизонты, и на тебе, с размаху мордой в грязь. Дикая ярость захлестнула Джима, душила, заставляя терять остатки разума.
Он вывел звездолёт на орбиту, развернул корабль и выпустил по планете ядерный заряд – один, другой, третий. Он бил по планете, словно хотел её уничтожить.
– Сэр, – раздался дрожащий голос Тома, так как в таком состоянии командир мог запросто двинуть в челюсть. – Мы останемся без оружия.
Джим по привычке замахнулся на сунувшегося под горячую руку механика, но вовремя остановился, поняв, что тот прав.
– Чёрт с ней, с этой свинячьей дрянью. Идём домой. По пути заглянем в соседнее звёздное скопление, может, что и попадется. Ци, на всякий случай передай на Землю наши координаты и застолби планету.
Тот включил канал связи с Землей, но, сколько ни крутил ручку настройки приемника, не услышал ни единого звука. В это время изменилась тональность шума работы механизмов, к которому настолько привыкаешь, что совершенно не замечаешь. В нем явно чего-то не хватало. Ци тревожно взглянул на пульт – погасла зелёная лампочка работы компьютера. Он попытался ввести пару команд – безрезультатно.
– Командир, у нас проблемы.
– Короче.
– Нет связи, не работает Центральный компьютер.
– Не морочь мне голову. Лучше проверь генераторы, антенну или запусти резервную программу.
Не успел он договорить, как произошло самое страшное для одинокого корабля: замолчали двигатели. Наступила зловещая тишина.
– Что это? – тихо спросил Джим.
Том замер, выпучив глаза и не в силах произнести ни слова.
– В моторный отсек, живо, – ещё тише прошептал капитан.
Механика как ветром сдуло. Через полчаса стало ясно: двигатели не работали, отсутствовала связь, а главное, вышел из строя Центральный компьютер, мозг корабля. И хотя зелёная лампочка вновь загорелась, машина совершенно не слушалась команд и несла такую ахинею, что уши вяли. Не смогли они перейти и на ручное управление, любые команды и действия экипажа тотчас блокировались.
В нормальном режиме продолжала работать система жизнеобеспечения корабля, но и она в любой момент могла отказать, если машина даст сбой.
Уяснив ситуацию, они вновь собрались вместе.
– Сдохнем, – хмуро процедил механик.
– Хватит скулить, дрянь свинячья! – набросился на него Джим. – Непоправима только дырка в голове. Пускай каждый выскажет своё мнение, хотя очень сомневаюсь, что услышу что-нибудь путное. Я предлагаю лечь в анабиоз. Кто следующий?
– Судьба, – начал Ци. – С которой мы так долго играли в кошки-мышки, всё-таки загнала нас в угол. У каждого человека своя карма, предопределённая свыше. Сейчас мы, образно говоря, падаем в пропасть, и нам остается лишь смиренно ждать следующего витка реинкарнации. Будда…
– Ясно! Укладываемся в спячку, шестирукий ты наш! Том, твое слово.
– Не хочу никуда ложиться! Мы уснём, а машина окончательно сдуреет, перекроет кислород – и хана пеструшке! – У механика лицо посерело от страха.
– Заткнись. Все высказались, и с демократией можно завязывать. А посему мы не будем сидеть и выть на звезды, а сделаем, как я сказал. Шанс, что нас найдут, ничтожно мал, но это единственная возможность протянуть подольше. Через час всем в капсулы. Кому не нравится – туда. – И капитан указал на люк выхода в открытый космос.
Том наклонил голову и напрягся.
Джим заметил его звериный взгляд и выхватил бластер.
– Даже не думай, – угрожающе прошипел он. – В момент вышибу твои тухлые мозги.