Вообще-то у звездолёта был номер – ДР-857. «Дальний разведчик». Бывший дальний разведчик. А принадлежал он махровому авантюристу по имени Джим.
Стремясь разбогатеть, он сменил массу профессий, хватался за любое дело, ввязывался в любую аферу, лишь бы это приносило деньги. Имея отвратительный характер, он постоянно со всеми ссорился и ругался, подозревал других в жульничестве и жульничал сам, откровенно обманывал компаньонов и в бешенстве кидался на тех, кто платил ему той же монетой. За глаза его называли «пес без тормозов», и жил он по принципу: «Сначала бей, а уж потом спрашивай, зачем заходили».
Естественно, это сказывалось на доходах, точнее, на отсутствии таковых, а его голубая мечта – пробиться в «приличное общество» – так и оставалась мечтой, понемногу превращаясь в этакую морковку, что мотается перед ослиной мордой и до которой никак не дотянуться, несмотря на титанические усилия. Однако сам Джим во всех бедах винил исключительно окружающих.
За время своего существования человечество ничуть не изменилось, и каждый стремился хоть ненамного возвыситься над остальными, а для этого любые средства хороши. Самый простой способ – сколотить приличный капитал. А деньги есть, и девки любят. К сожалению, жизнь – лотерея, и все, желают они того или нет, в ней участвуют.
Джиму казалось, ещё немного – и из-за ближайшего угла выскочит с распростертыми объятиями сама госпожа Фортуна. Стал же миллионером какой-то идиот, случайно забрёдший в казино.
Увы, Фортуна – дама легкомысленная. Большинство остаётся без этих самых миллионов и с тоской озирает окрестности, пытаясь обнаружить хоть какой-нибудь денежный ручеёк. Лучше всего деньги получать в наследство от богатеньких родственничков. Однако круг этот довольно-таки узок и к расширению явно не стремится. Неплохо живут банки и различные посреднические фирмы. Здесь, по его мнению, деньги возникали прямо из воздуха. Конечно, есть риск, что они могут растаять, словно лопнувший мыльный пузырь. Но вся наша жизнь – риск, спокойно спит только покойник. Прилично зарабатывают первопроходцы при освоении далёких диких планет, одно плохо – дело это трудное, подчас опасное, а рисковать своим здоровьем не хочется. Неудачникам же остается просто работать, так сказать, «пахать».
Джим, естественно, пахать не хотел, но упустил свой шанс поправить дела.
Служба Внутреннего Космоса производила дополнительный набор, и открывшаяся вакансия в инспекции контроля над внеземными полетами давала возможность занять вполне приличное место под солнцем. На безопасность денег никогда не жалели, и казалось, что дела начинают складываться самым превосходным образом. У него завелись полезные связи, и он уже начал делить знакомых по степени их важности, но, попался на примитивном вымогательстве и был вынужден уволиться.
Поняв, что на Земле ловить нечего, он приобрёл на свалке, названной каким-то шутником распродажей, списанный звездолёт. Вполне исправный аппарат, при современной скорости развития техники, безнадёжно морально устарел и воспринимался молодыми пилотами как нечто доисторическое. Слегка его подремонтировав, Джим вступил в ассоциацию «Космических дальнобойщиков», теоретически занятых доставкой различных попутных грузов в открытом космосе, а на самом деле промышляющих контрабандой. А так как выражение «дрянь свинячья» звучало почти в каждой фразе командира этого летающего антиквариата, то и за кораблём в конце концов закрепилось такое же название.
В целях экономии экипаж пришлось урезать до предела. Кроме командира, на борту находились всего два человека: механик и специалист по компьютеру и связи. Главное, что от них требовалось, это беспрекословное выполнение любых приказаний и умение держать язык за зубами.
Сутулый и худой Том родился в глухой провинции и первую половину своей сознательной жизни провёл, больше занимаясь коровами, чем учением. Волею судеб он очутился в большом городе и понял, что без приличной специальности не проживёшь. Закончив с горем пополам ускоренные курсы механиков, он никак не мог подыскать себе подходящую работу: и не очень утомительную, и с хорошей оплатой. Не имея ни больших способностей, ни влиятельных родственников, он считал себя обделённым судьбой и вечно ныл, завидуя всем и каждому.
Ци – маленький, молчаливый, помешанный на какой-то карме азиат – прекрасно разбирался в программировании, хотя справедливости ради следовало отметить, что компьютеры, как в принципе и вся военная техника, работали надёжно. Так что работы у него оказалось немного, и от нечего делать он свои бзики переводил в двоичную систему.
Джим подобрал эту парочку в одном из баров, где собирались бывшие пилоты, техники и прочие типы, хоть каким-нибудь боком причастные к полётам в космос. После короткой беседы, перешедшей в длительную попойку, он предложил им работу. Продолжительное безденежье, отрицательно сказываясь на умственных способностях, значительно упрощает процесс взаимопонимания, и, несмотря на дурную славу командира «Дряни», на другой день они стартовали с Земли.
Первый полёт сложился не очень удачно: несколько рейсов на соседние планеты принесли сущую мелочь – далеко не то, к чему они стремились. Им хотелось столько денег, чтобы можно было плевать на всех, делать всё, что душе угодно, и не следить за счётом в банке, который обычно таял с космической быстротой. К тому же приходилось сильно рисковать, ведь если их перехватят ребята из Управления Космобеза, это грозило конфискацией корабля и тюремным сроком.
Поняв, что в пределах Солнечной системы ловить нечего, Джим задумал произвести рывок в дальний космос, выскочить как можно дальше, туда, куда до сих пор никто не рисковал выходить, вдруг отыщется что-либо стоящее.
Однако старая развалюха для такого серьёзного дела не годилась и Джим продал свой корабль какому-то любителю древностей. Взял в банке кредит, воспользовался старыми связями и приобрел почти новый «Дальний разведчик», списанный в связи с переводом Службы Космической Безопасности на современные звездолёты.
Вот теперь можно и рискнуть. «Дрянь свинячья-2» отправилась в неизведанное.
Время шло. Джим взглянул на приборы. Остатков горючего едва хватало на обратную дорогу.
«Неужели опять пустышка, – со злостью подумал он. – Нет, буду тянуть до последнего».
Прошли ещё сутки, оба члена экипажа заметно нервничали.
– Пропадём, – хныкал Том.
– Плохая карма, – качал головой программист.
– Заткнитесь, свиньи! – рявкнул Джим и устало закрыл глаза: – «Придётся поворачивать».
– Сэр, посмотрите скорее сюда! – неожиданно завопил Ци.
Они кинулись к экрану и увидели небольшую планету.
Сделанные предварительные анализы атмосферы показали, что она чрезвычайно похожа на Землю.
Им неслыханно повезло: под ними проплывали девственные территории, пригодные для заселения огромной массы людей. Лично их безраздельные владения, и они давали совершенно уникальную возможность взобраться сразу на самую верхушку общества, стать знаменитыми и богатыми. Требовалось лишь уточнить маленькую деталь – существует ли на планете разумная жизнь. В принципе это их мало интересовало, но хотелось обойтись без дополнительных трудностей.
К великой радости, за три дня, проведенных на орбите, они, используя самые мощные средства наблюдения, не обнаружили ни единого признака цивилизации: ни искусственных сооружений, ни ползающих или летающих механизмов, а в эфире на всех прослушиваемых частотах стояла полная тишина. Оставались сущие пустяки: высадиться на планете и снять небольшой рекламный видеоролик для потенциальных покупателей.
Высадку произвели ранним утром, когда местное розовое светило лениво показалось над горизонтом. Планета казалась мирной. Впереди предстоял длинный день, и Джим рассчитывал до захода солнца окончательно покончить с этим делом.
Они приземлились на огромном, разноцветном от ярких цветов лугу. Командир с механиком вывели из грузового отсека спасательный бот, уселись в него и отправились на разведку.
Ци остался на центральном посту фиксировать полёт на видео и заодно протестировать дополнительные пробы почвы и воздуха. Он быстро покончил с анализами, достал из тайника и вставил в дисковод диск с мудрёной надписью: «Перепрограммирование ПК на самопрограммирование и самообучение с выходом на интеллект».
По инструкции вносить изменения в программу строжайше запрещалось, и узнай Джим, чем занимается молчаливый азиат, то запросто оторвал бы ему голову. Но Ци всегда мечтал о неспешной беседе с умным собеседником о «вечном и бренном», особенно когда кругом одни болваны, и давно, потихоньку от остальных, впихивал в компьютер различную информацию по религии, философии и оккультным наукам, разбавляя этот коктейль художественной литературой. К тому же он тешил себя надеждой, что в будущем компьютер сам позаботится о себе, предоставив человеку возможность в полной мере наслаждаться созерцанием и философскими размышлениями. И вот настал долгожданный день.
Но ещё древние заметили, что мечты сбываются редко. Напротив, частенько затраченные усилия приводят к непредсказуемым, а иногда и к совершенно противоположным результатам.
А Джим и Том летели над планетой. Светило чужое солнце, внизу расстилался чудесный пейзаж: озёра, реки, невысокие холмы, поросшие такими же невысокими деревьями. Единственно, что иногда резало глаз, так это небольшие участки старых, высохших кустов. Коричневые, слегка блестящие, эти переплетения веток, сучков, шипов редкими тёмными пятнами нарушали чарующую красоту планеты.
Джим поймал себя на мысли, что именно такого райского уголка ему не хватало всю жизнь, и решил присмотреть местечко, которое он оставит для себя.
– Садимся, – приказал он. – Вроде всё тихо. Теперь пощупаем наше богатство.
Бот плавно приземлился, и оба искателя приключений вылезли наружу. Трава слегка пружинила, дул тёплый ветерок, изумительно чистый воздух кружил голову.
– И-го-го! – как безумный завопил Том и принялся скакать вокруг бота. – Наше. Всё наше. И за это нам дадут денежек. Много денежек. Таких зелёненьких. Таких хрустящих. И плевать на всех. Они мне ноги лизать будут. И пятки. И ни одна свинья не скажет: рылом не вышел.
– Сдурел, – хмыкнул Джим, но и его переполняла безудержная радость. Да за право поселиться среди этих прекрасных лесов, возле кристально-чистой воды можно грести деньги не то что лопатой, а огромным бульдозером.
Если распорядиться находкой разумно, то все мыканья, бедность и унижения позади. Теперь-то уж он разъяснит грязным вонючкам из комиссии по этике, кто прав, а кто хороших людей обижает. И горе любому, кто рискнет встать у него на пути. Такой шанс выпадает раз в жизни, да и то не каждому, и за него он готов драться хоть со всем светом.
Тем временем Том заскочил в бот, вернулся оттуда с винтовкой и флагом, который воткнул в землю. Приложив руки к головам, новоявленные «планетовладельцы» промычали гимн, а Том несколько раз выстрелил в воздух, изображая салют. Джим притащил вторую винтовку, и грохот выстрелов разорвал тишину в клочья.
Вскоре им надоело палить впустую в воздух, и они начали озираться вокруг, пытаясь отыскать какую-либо мишень. Ничего существенного рядом не оказалось, один сухой кустарник. Механик слазил в бот, достал несколько банок из-под пива, нацепил их на ветки, и стрельба возобновилась с новой силой. Летели банки, летели щепки.
Неожиданно подул ветер. Кусты начали угрожающе раскачиваться, словно пытались дотянуться до стрелков. Небо потемнело. Резко разболелась голова.
– Погода меняется! – крикнул Джим. – Уходим!
Они юркнули в люк, и бот поднялся в воздух.
– Эй, на корабле, мы возвращаемся.
– Жду, – ответил Ци.
Он неохотно оторвался от своего увлекательного занятия, вытащил диск и взглянул на экран наружного обзора. Над планетой бушевал настоящий ураган.
– Ничего себе! – удивленно протянул он.
– Всякое негативное действие вызывает такое же негативное противодействие, – чётко произнес компьютер.