Среди теней и мутной воды

Он все-таки смог уснуть. Ближе к трем часам ночи усталость взяла свое, и Тони провалился в тяжелый, без сновидений, сон. Организм, истощенный перелетом, переживаниями и бессонницей, просто отключился, как перегоревший предохранитель.

Проснулся он поздно. Солнце уже стояло высоко, и сквозь щели в ставнях в комнату пробивались яркие полосы света, в которых танцевали пылинки. Тони открыл глаза и несколько секунд не понимал, где находится. Потолок был чужим — темные деревянные балки, паутина в углу. Потом память вернулась: Япония. Дом на обрыве. Побег.

Он сел на кровати, потер лицо руками. Тело ломило, будто он всю ночь таскал тяжести. Он потянулся к телефону на полу — экран загорелся, высветив 12:11, 14 сентября 2021 года. Полдень. Он проспал почти девять часов.

— Итак, нужно немного убраться дома, — сказал он вслух. Голос был хриплым, будто чужим.

Тони встал, потянулся, хрустнув суставами, и отправился в ванную. Она была маленькой, но функциональной: старая ванна на ножках, раковина с треснувшей плиткой, зеркало в потемневшей оправе. Вода из крана шла сначала ржавая, потом стала прозрачной. Он умылся, почистил зубы, чувствуя, как возвращается хоть какая-то ясность в голову.

Потом он начал убираться. Тони всегда был довольно чистоплотным — Лиза часто подшучивала над ним, называя его "аккуратным японцем", и в этой шутке была доля правды. Он не мог жить в грязи. Это было сильнее него.

Он нашел в кладовке старые тряпки, ведро и швабру. Вытер пыль со всех поверхностей — с комода, с подоконников, с фотографий в рамках. Каждую фотографию он снимал, протирал стекло, смотрел на лица. Родители. Он сам, маленький. Какие-то люди, которых он не знал. Он вешал их обратно, аккуратно, на те же места. В ванной он поставил свой шампунь на полку, рядом — стакан с зубной щеткой. Мелочь, но она делала это место чуть более своим.

Время шло незаметно. Он мыл полы, вытирал подоконники, даже попытался разобрать хлам в кладовке, но бросил — слишком много, слишком пыльно, слишком чуждо. Когда он закончил, взглянул на телефон. 21:13. Он убирался почти девять часов. Странно, но усталости он не чувствовал. Только тупую, ноющую пустоту где-то внутри.

— Нужно вынести мусор и дойти до магазина, — сказал он себе.

Он собрал мусор — осколки чашки, коробку от пиццы, пустые бутылки — рассортировал по пакетам, как полагалось в Японии, и вышел из дома. Вечерний воздух был прохладным, но не холодным. Небо на западе еще розовело, но с востока уже наползала темнота.

Тони спустился по тропинке и, оказавшись на улице, невольно окинул взглядом пляж. Он искал там что-то. Кого-то. Вчерашнюю Нами — или, может быть, потерянного себя. Пляж был пуст. Только волны накатывали на песок, оставляя пенные следы, которые тут же стирались следующей волной.

Он дошел до ближайшей мусорки — площадки с контейнерами для разных типов отходов. Аккуратно разложил пакеты по своим контейнерам: пластик, стекло, горючие отходы. Выпрямился и заметил движение на крыше соседнего дома.

Кот. Большой, черный, с белым пятном на груди. Он сидел на самом краю крыши и смотрел вниз. На Тони. На деревню. На мир. Его желтые глаза были полуприкрыты, но в них читалось что-то... древнее. Будто этот кот видел всё, что здесь происходило, за последние сто лет. Тони смотрел на него секунду, потом отвернулся и пошел дальше.

По дороге к магазину он снова проходил мимо детской площадки. Качели, на которых вчера качалась девочка, медленно двигались. Туда-сюда. Туда-сюда. От ветра. Тони остановился, посмотрел на них. Девочки не было. Никого не было. Только скрип — тихий, ритмичный, будто чей-то шепот.

— Пугающая тишина, — пробормотал Тони и пошел дальше.

Магазин светился в сгущающихся сумерках, как островок тепла и жизни. Тони толкнул дверь и вошел. Внутри было все так же чисто и просторно. За кассой стояла Нами. Она подняла голову, увидела его и улыбнулась. Помахала рукой. Тони махнул в ответ и пошел вглубь магазина.

Он ходил по рядам, набирая продукты: рис, яйца, овощи, немного мяса, хлеб, молоко. Еще пиво — на этот раз две банки. Еще лапшу, на всякий случай. Корзинка наполнилась быстро. Он подошел к кассе и поставил ее на прилавок.

— Куда ты вчера ушла с пляжа, когда меня на балконе увидела? — спросил он, не здороваясь. Слова вырвались сами собой, прежде чем он успел подумать.

Нами замерла. Ее рука, тянувшаяся к сканеру, остановилась в воздухе. Она посмотрела на него, и в ее глазах мелькнуло что-то — удивление? Настороженность?

— С пляжа? — переспросила она.

Тони почувствовал, как что-то холодное скользнуло по спине. Он вдруг понял, что говорит что-то не то. Что-то, чего не следовало говорить.

— А, ладно, забей, — сказал он быстро. — Я, возможно, перепутал тебя с какой-то другой девушкой.

Нами смотрела на него еще секунду. Потом ее лицо разгладилось, и она покачала головой.

— Тони, мой тебе совет, — сказала она тихо, почти шепотом, и в ее голосе была странная серьезность. — Не верь ночью своим глазам. Здесь ходят старые легенды. Говорят, в этих местах есть вещи, которые принимают облик других людей. И существ. Но, конечно, это всё байки. — Она улыбнулась, но улыбка была натянутой. — И, возможно, ты и вправду не меня видел. Потому что я вчера была тут всю ночь.

Она замолчала и начала пробивать товары. Сканер пищал, цифры на экране мелькали. Тони стоял, не двигаясь. Слова Нами эхом отдавались в его голове.

Вещи, которые принимают облик других людей.

Я вчера была тут всю ночь.

Он смотрел на ее руки, ловко перекладывающие продукты, на ее лицо, спокойное и сосредоточенное. Она не врала. Или врала очень хорошо. Но зачем?

— С вас три тысячи четыреста йен, — сказала Нами, поднимая на него глаза.

Тони молча достал деньги, отсчитал. Она приняла их, отсчитала сдачу, сложила продукты в пакет.

— Спасибо, — сказал он.

— Приходи еще, Тони Танака, — ответила она. — И... будь осторожен. Ночью.

Он вышел из магазина. Слова Нами звенели в ушах, как колокольчик. Он шел домой по темной дороге, и ему казалось, что тени по обочинам шевелятся. Что кто-то смотрит на него из-за деревьев. Что море внизу шепчет что-то на языке, которого он не знает.

Дома он разложил продукты, поставил пиво в холодильник — тот, к его удивлению, работал, — и поднялся на второй этаж. Вышел на балкон. Закурил.

Море было спокойным. Звезды отражались в черной воде, как рассыпанные бусины. Пляж внизу был пуст.

Тони смотрел на него и думал: Кто же тогда шел по берегу вчера ночью?

Вернувшись в комнату, Тони постоял немного, глядя на кровать. Спать не хотелось. В голове все еще звучали слова Нами из магазина — вещи, которые принимают облик других людей — и он чувствовал, что не сможет просто лечь и закрыть глаза. Что-то тянуло его вниз, к морю.

Он решил, что хочет выпить баночку пива и посидеть у воды. Может, это поможет успокоиться. Может, шум прибоя заглушит мысли.

Тони накинул ветровку, сунул в карман сигареты и зажигалку, достал из холодильника банку пива — холодную, покрытую капельками конденсата — и вышел из дома. Ночной воздух был свежим, соленым. Тропинка к пляжу в свете телефона казалась знакомой, почти родной.

Пляж встретил его тишиной. Песок был сухим и на удивление теплым — прогрелся за день. Тони уселся прямо на песок, вытянул ноги, открыл банку. Пиво зашипело, пена поднялась к краю. Он сделал глоток, потом закурил. Дым поплыл в воздух, растворяясь в темноте.

Море дышало ровно. Волны накатывали на берег с тихим шелестом, будто кто-то шептал. Звезды отражались в черной воде, и горизонт был неразличим — небо и море сливались в одну бесконечную темноту.

Тони сидел и ни о чем не думал. Просто пил пиво, курил и смотрел в эту темноту. Это было почти медитацией. Почти покоем.

Потом кто-то нежно взял его за плечо.

Тони замер. Рука была холодной, но не ледяной — как мокрая ткань, как морская вода. Пальцы сжались мягко, почти ласково. Внутри всё оборвалось. Он не мог повернуться. Не хотел. Что-то древнее, животное, сидевшее глубоко в мозгу, кричало: не оборачивайся.

Но он обернулся.

Медленно, будто преодолевая сопротивление воды, он повернул голову. Рядом с ним, на песке, стояла Нами. Но это была не совсем она.

Лицо было тем же — те же темные волосы, тот же разрез глаз, те же губы. Но что-то было не так. Кожа казалась чуть бледнее, будто обесцвеченная. Глаза смотрели прямо на него, но в них было что-то... пустое. Как у куклы. И стояла она слишком прямо, слишком неподвижно, будто не дышала.

— Ты сидишь тут один, — сказала она. Голос был ее, но с другой интонацией — плоской, без эмоций. — Почему?

Тони сглотнул. Во рту пересохло.

— Не знаю. Устал. Хочется побыть одному.

Она наклонила голову набок. Движение было плавным, но каким-то неправильным — будто шея повернулась чуть дальше, чем должна была.

— Грустный одиночка с балкона, — сказала она. Это не было вопросом.

Тони почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Кто ты такая? — спросил он. Голос дрогнул, но он заставил себя смотреть ей в глаза.

Она улыбнулась. Улыбка была неправильной — слишком широкая, слишком ровная.

— Это не столь важно. Важно то, что Нами может завтра погибнуть.

Слова упали в тишину, как камни в воду. Тони смотрел на нее, и в груди что-то сжалось.

— Не шути так, — сказал он. — Что ты такое? Ты пришелец? Или призрак?

Он сказал это почти спокойно. Как будто ему было всё равно. Как будто он уже устал бояться. Может, и правда устал. После аварии, после Лизы, после всего — что еще могло его испугать?

Она посмотрела на него. В ее пустых глазах что-то мелькнуло — не эмоция, а скорее тень эмоции.

— Я и сама не знаю, что я и кто я, — сказала она тихо. — Знаю только, что завтра будет что-то плохое.

Она убрала руку с его плеча. Прикосновение исчезло, и Тони почувствовал, как холод возвращается.

— Зачем ты мне это рассказала? — спросил он.

Он обернулся, чтобы посмотреть на нее. Но двойника уже не было. Только пустой пляж, темное море и звезды. Будто ее никогда и не было.

Тони сидел, не двигаясь. Сердце колотилось где-то в горле. Он посмотрел на банку пива в своей руке. На этикетке было написано: содержание алкоголя 3%.

Он усмехнулся. Горько, почти истерически.

— Я, наверное, очень сильно напился, — сказал он вслух.

Он допил пиво, смял банку, затушил сигарету о песок. Встал, отряхнул джинсы. Ноги были ватными, но он заставил себя идти. Вверх по тропинке, к дому. К дому, который уже не казался ему просто старым зданием. Теперь он казался чем-то живым. Чем-то, что наблюдает.

Тони вошел внутрь, закрыл дверь на замок. Поднялся на второй этаж. Не стал выходить на балкон. Просто лег на кровать, не раздеваясь, и уставился в потолок.

Завтра будет что-то плохое.

Нами может погибнуть.

Он закрыл глаза. Сон не шел. Но он лежал, и слушал, как море дышит внизу, и ждал утра.

Новый день начинался как обычно. Солнце пробивалось сквозь щели в ставнях, рисуя на полу золотые полосы. Пыль танцевала в воздухе. Где-то вдалеке кричали чайки.

Тони открыл глаза. Потолок. Балки. Паутина в углу. Всё то же. Он полежал минуту, прислушиваясь к себе. Голова была тяжелой, но не болела. Тело ломило от сна в одежде.

Он потянулся к телефону. 10:35, 15 сентября 2021 года. Он встал раньше, чем вчера. Прогресс.

В памяти всплыли слова Псевдо-Нами — он сам назвал ее так в своих мыслях. Завтра будет что-то плохое. Нами может погибнуть. Тони поморщился, потер лицо руками.

— Пьяный бред, — сказал он вслух. — Три процента. Я просто устал. Просто переутомился.

Он не хотел в это верить. Не мог. Если начать верить в такие вещи, можно сойти с ума. А он и так был на грани.

Тони умылся, оделся, вышел из дома. Утро было ясным, теплым. Солнце припекало, и море внизу сверкало, как разлитое серебро. Он решил прогуляться по деревне. Просто пройтись, проветрить голову, посмотреть на людей.

Улицы были живыми. Наконец-то. Ходили люди — немного, но всё же. Пожилая пара медленно брела по дороге, о чем-то разговаривая. Мужчина в рабочей одежде нес ящик с инструментами. Женщина с сумкой через плечо шла в сторону магазина. Собаки — две или три — игрались друг с дружкой на площадке у дома, гоняясь друг за другом и радостно тявкая. Девочка качалась на качелях. Туда-сюда. Туда-сюда. Всё было на своих местах. Нормально. Обычно.

Тони шел и чувствовал, как напряжение понемногу отпускает. Может, и правда показалось. Может, он просто слишком много думает.

И тут что-то ударило.

Как током. Прямо в голову.

Мир вокруг замедлился. Звуки стали тягучими, будто пленка застряла в проекторе. Люди двигались медленно, как под водой. Собаки замерли в прыжке. Девочка на качелях застыла в воздухе. И в голове Тони что-то ускорилось — мысли понеслись, обгоняя друг друга, сталкиваясь, разрываясь. Давление. Сильное. Будто кто-то сжал череп изнутри.

Тони вскрикнул — или ему показалось, что вскрикнул, — и осел на корточки. Закрыл глаза руками. Боль пульсировала в висках, в затылке, за глазными яблоками. Он сжал зубы и ждал.

Потом отпустило.

Он открыл глаза.

Улица была пуста. Люди исчезли. Собаки исчезли. Девочка на качелях исчезла. Только качели медленно качались — туда-сюда, туда-сюда — хотя ветра не было.

Тони медленно встал. Ноги дрожали. Он огляделся. Деревня была той же — дома, дорога, деревья. Но теперь она была мертвой. Тишина стояла такая, что звенело в ушах.

— Эй! — крикнул он. Голос прозвучал глухо, будто в вате. — Есть кто-нибудь?

Никто не ответил.

Он пошел дальше. Медленно, осторожно. Ноги сами несли его к магазину — туда, где он был вчера. Где была Нами.

Магазин был виден издалека. И Тони сразу понял, что что-то не так. У входа стояли две полицейские машины, мигалки вращались, отбрасывая красно-синие блики на стены домов. Желтая лента ограждения натянута поперек входа. Люди в форме сновали туда-сюда.

Тони подошел ближе. Никто его не остановил. Он заглянул внутрь — дверь была открыта.

Внутри царил хаос. Полки были опрокинуты, товары разбросаны по полу — бутылки, пакеты, консервы. Кассовый аппарат валялся на боку, ящик с деньгами выломан. А в центре, на полу, лежало что-то длинное, накрытое черным пластиковым пакетом. Пакет был большой. Слишком большой для человека. И из-под него на пол медленно расползалась темная лужа.

Тони смотрел на эту лужу, и в голове у него что-то щелкнуло. Картинка перед глазами сменилась. Мокрый асфальт. Разбитое стекло. Кровь. Лиза. Ее лицо, застывшее, восковое.

— Нет, — прошептал он. — Нет, нет, нет.

Кто-то схватил его за руку. Полицейский. Молодой, с гладко выбритым лицом. Он что-то говорил, но Тони не слышал слов. Только гул. Как будто где-то далеко работал двигатель. Мысли текли медленно, как патока.

Полицейский вывел его на улицу. Усадил на скамейку. Тони сидел, смотрел на свои руки, на полицейские машины, на ленту ограждения. И тут вспомнил.

Нами может завтра погибнуть.

Он вскочил. Полицейский обернулся. Тони подошел к нему — тот как раз закуривал у патрульной машины, — и спросил, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Что случилось? Скажите, пожалуйста.

Полицейский посмотрел на него. Усталые глаза, морщины у рта. Он затянулся сигаретой и выдохнул дым.

— Очевидцы говорят, пришел мужчина. Решил ограбить кассиршу. А дальше началась какая-то чертовщина. — Он помолчал, будто решая, говорить ли дальше. — Тело девушки больше похоже на кусок мяса. Я такого не видел никогда. И надеюсь, не увижу.

Тони стоял в ступоре. Слова полицейского звучали где-то далеко, будто из-под воды. Тело девушки. Нами. Девушка с улыбкой, которая играла с ним в детстве. Девушка, которая сказала: не верь ночью своим глазам.

Снова ток. Удар в голову. Паника поднялась из живота, обожгла грудь, сжала горло. Тони осел на корточки. Закрыл глаза. Дышал. Раз, два, три.

Открыл.

Он был на пляже.

Песок под ногами. Шум прибоя. Ветер. Море. Тони стоял и смотрел на волны, и в голове билась одна мысль: Что со мной происходит? Как я тут оказался?

Он обернулся. Позади никого не было. Деревня виднелась вдалеке — маленькая, игрушечная, будто нарисованная. Он посмотрел на свои руки. Они дрожали.

И тут за спиной раздался голос.

Знакомый. Слишком знакомый. Мягкий, с легким французским акцентом. Голос, который он слышал каждый день на протяжении пяти лет. Голос, который он больше никогда не должен был услышать.

— Мы пришли сюда побыть вдвоем.

Тони замер. Он не повернулся. Не мог. Ноги вросли в песок, руки повисли, как плети. Сердце остановилось, потом ударило с такой силой, что зазвенело в ушах.

Он стоял и смотрел на море. Волны накатывали на берег, одна за другой, ровно, спокойно, будто ничего не произошло. Будто мир не перевернулся только что.

За спиной было тихо. Она ждала.

Тони не повернулся.

Глава 2: Вчера которого не было

Тони стоял, не в силах пошевелиться. Море шумело внизу, волны накатывали на песок, и этот звук был единственным, что напоминало о реальности. Всё остальное — мир, время, пространство — застыло.

За спиной было тихо. Она ждала.

Он обернулся.

Лиза стояла в двух шагах от него. Босая, в легком летнем платье — том самом, с мелкими цветами, которое он так любил. Волосы развевались на ветру, темные пряди падали на лицо. Она улыбалась — мягко, чуть насмешливо, как улыбалась всегда, когда заставала его за чем-то нелепым.

Живая. Настоящая. Здесь.

Что-то в груди Тони оборвалось. Он не думал. Не мог думать. Тело двигалось само — он шагнул вперед, обхватил ее руками, прижал к себе. Крепко. Отчаянно. Будто если отпустит — она исчезнет. Будто если не держать — растворится, как утренний туман.

Она была теплой. Пахла знакомым запахом — лавандой и чем-то еще, неуловимо-ее. Волосы щекотали его щеку. Он чувствовал, как бьется ее сердце. Или это было его собственное.

— Эй, ты чего? — Лиза рассмеялась, мягко отстраняясь. — Что с тобой? Мы вчера только приехали с тобой.

Тони не мог сказать ни слова. Горло сжалось, будто кто-то перекрыл воздух. Он смотрел на нее — на ее лицо, на ее глаза, на то, как она хмурила брови, разглядывая его с беспокойством.

Капли слез падали с его глаз. Он не замечал их. Просто стоял и смотрел.

— Тони? — Она коснулась его щеки. Пальцы были теплыми. — Ты меня пугаешь. Что случилось?

Он сглотнул. Раз, два. Собрался с мыслями. Голос, когда он наконец заговорил, был хриплым, будто чужим.

— Ничего. Просто... — он замолчал, не зная, что сказать. Что можно сказать? Я видел, как ты умираешь. Я хоронил тебя. Я сходил с ума без тебя. — Просто соскучился.

Она посмотрела на него долгим взглядом. Потом улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у него когда-то перехватывало дыхание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.