Брачные игры

— Как это? — удивилась Настя, аккуратно раскладывая на парте пенал, линейку и общую тетрадь на пружинке.

— Матан, — Изольда тряхнула собранными в хвост дредами. — Друзья со старших курсов рассказывали — это трудный и непонятный предмет. Из-за него в первую сессию полкурса вылетает! Гусь валит только так!

— Что за гусь?

— Этот, — Изольда ткнула ручкой в сторону «профессора»: он закончил делать записи на доске и, сцепив руки за спиной, мрачно оглядывал студентов.

Сразу после звонка Гусь без вступлений приступил к теме лекции. Он рассказывал о пределах и бесконечно малых, рисовал на доске значки и многоэтажные формулы. Полотно доски ехало вверх, унося с собой новые и новые записи. Поначалу Настя пыталась понять, о чем идет речь, но вскоре махнула рукой и механически записывала в тетрадь формулы и комментарии Гуся — бессмысленный набор слов. Ничего, дома не спеша перечитает конспект и разберется. Она же не полная дура, все-таки с золотым аттестатом школу окончила!

Гусь говорил полтора часа без перерыва. К концу лекции Настя вымоталась, словно бежала вчерашний кросс по физкультуре. Изольда, напротив, выглядела бодрой.

— Фигня, — сказала она. — Я думала, будет сложно, а мы эту тему в школе изучали. Сейчас большой перерыв, пойдем в Квадрат обедать?

— Пойдем! — согласилась Настя.

Она не ела с тех пор, как позавтракала бабушкиными сырниками в семь утра, да и перспектива провести перерыв между парами в одиночестве абсолютно не радовала. Настя ни за что не осмелилась бы позвать одногруппницу с собой, а тут — удача! — Изольда сама приглашает!

— «Квадрат» — название кафе? — уточнила Настя, шагая за Изольдой по переполненному коридору.

— Намного круче! Там — вся культурная жизнь биофака. И, конечно, еда.

Квадратом, как выяснилось, называлась рекреация на втором этаже. Один ее угол занимала витрина, усеянная вытертыми наклейками от бананов и яблок. За поцарапанным стеклом лежали шоколадные батончики, чипсы, бутерброды и чебуреки в прозрачных упаковках. К витрине лепился прилавок, его протирала женщина-продавец в голубом фартуке. От прилавка тянулась очередь из студентов и, к удивлению Насти, преподавателей: только что продавец вручила Максиму Сергеевичу пластиковую тарелку с чебуреком.

— Некоторые обедают в столовке Башни, но туда идти неохота, — говорила Изольда, доставая кошелек. — Да и ребята здесь тусуются. Ты будешь пиццу с колбасой и кофе?

— Буду, — сказала Настя, предвкушая жгучую «пепперони», и протянула Изольде деньги.

Изольда сунула ей в руки стаканчик с пакетиком кофе «3 в 1» и картонную подложку с круглой лепешкой, густо посыпанной сыром. Сквозь сыр проглядывали куски докторской колбасы. «Пицца» была обернута прозрачным целлофаном. Изольда протиснулась сквозь толпу студентов в середину рекреации, к черным столам на высоких ножках.

— Что это? — брезгливо спросила Настя, разглядывая «пиццу».

— Надо разогреть, — объяснила Изольда, указывая вправо: у стены стояли грязно-белые стойки с микроволновками. — Не ресторан, но вполне съедобно.

Пока целлофан пузырился в микроволновке, Настя глазела по сторонам. За столом четверо молодых людей, все как на подбор с длинными волосами, уплетали жирные чебуреки. Поодаль от них девушка в плиссированной юбке и цветастой кофте с рукавами-раструбами читала конспект. Прямо на полу, облокотившись на стену, сидел крупный блондин с копной волос до пояса. Он что-то рассказывал парню в черной шляпе и рубашке с воланами.

— Сурок, Видар! — позвала Изольда, перекрикивая шум. — Идите к нам!

К столу подошла пухлая девушка в бежевой рубашке и льняной юбке в пол. Ее темные волосы были коротко стрижены, а справа над ухом висела длинная прядь, заплетенная в косичку. Нижнюю губу девушки пронзала сережка в виде кольца, на вздернутом носу сидели очки в золотистой оправе. Под руку она держала смуглого молодого человека в черной футболке с эмблемой факультета и синих джинсах.

— Сурок и Видар, мои друзья, — представила пару Изольда, распиливая пластиковым ножом «пиццу»: подогревшись, она сделалась резиновой.

Настя уставилась на парня и девушку, не решаясь спросить, кто из них Сурок, а кто Видар. Еще подумают, что она совсем бестолковая.

— Сурок — это я! — эмоционально выпалила стриженая девушка. — Вообще-то я по паспорту Олеся, но терпеть не могу это дурацкое имя! А он — Артур!

Он тоже «терпеть не может это дурацкое имя»? Настю так и подмывало задать этот ехидный вопрос, но она сдержалась и криво улыбнулась — с чужими людьми ей всегда делалось неловко. Молодой человек, привлекательный, с выпуклым носом и густыми черными бровями, наклонил голову в знак приветствия.

Настя собралась представиться, но среди этих неординарных людей называться просто Настей, обычной, скучной Настей было как-то неуместно. Ей ужасно захотелось выдумать себе новое имя и влиться в эту необыкновенную компанию.

— Я Кларисса, — представилась Настя.

Она внезапно вспомнила имя, вычитанное пару лет назад в подростковом ужастике. Имя звучало достаточно загадочно, ничуть не хуже, чем Изольда или Видар. Изольда, вгрызаясь ножом в «пиццу», приподняла бровь, но ничего не сказала.

— Будем знакомы! — Видар говорил с легким, но приятным акцентом.

Сурок подсела к Изольде, извлекла из вязаного рюкзака увесистый учебник по ботанике и завела нудную беседу о предстоящем зачислении на кафедру высших растений. Настя осталась наедине с Видаром. Она смущенно пилила ножиком «пиццу», но с таким же успехом можно было пробовать отрезать и кусок стола. Видар спросил:

— Ты первокурсница? Не видел тебя раньше на биофаке.

— Да, в этом году поступила, — Настя провела ножом по «пицце», кусок поддался и, наконец, отрезался.

— Как учеба, нравится?

— Да, здесь… необычно.

— Согласен. Ты знаешь, на какую кафедру пойдешь?

Они вообще способны разговаривать о чем-то, кроме уроков?! Вопрос поставил Настю в тупик: ни о кафедре, ни о работе после окончания биофака она не задумывалась, но подобный ответ вряд ли понравился бы ее новому знакомому.

— Я пока выбираю, — туманно ответила Настя. — А ты?

— В пятом классе выбрал, — Видар сверкнул неправдоподобно белыми зубами. — Я учусь на четвертом курсе на кафедре геоботаники, пишу курсовую по экосистеме болот…

Настя ела «пиццу» и вполуха слушала разглагольствования Видара. Наверное, это хорошо, что они на биофаке такие увлеченные. Сама она скучала до зевоты.

— …хожу походы, преподаю в летней биологической школе, увлекаюсь ролевыми играми, — перечислял Видар. — Как ты относишься к Толкиену? Я как раз ищу пару на игру.

— Ммм… — промычала Настя: ни палатки, ни фэнтези не были в сфере ее интересов. — Честно говоря, я люблю комфорт: отопление, душ, горячая вода… А Толкиен… Нет, мне по душе русская классика, Тургенев там…

— Жаль. Впрочем, классику я уважаю так же, как и фэнтэзи.

— Ой, Видарчик, время! — вклинилась в беседу Сурок. — Ритка Подосинина билеты на «Вереск» отдает! Она ждет нас возле метро!

— Везет! — с легкой завистью сказала Изольда. — У нее два всего? Я сто лет фолк вживую не слушала…

— Ага, два! — Сурок надулась от гордости. — Ритка последние где-то выцепила, ты знаешь, она и не такое может! Чао-какао, ребятки! — И Сурок поволокла Видара из Квадрата.

Видар щекотал Сурка, а она заливисто хохотала и висла у него на шее. Настя с грустью смотрела им вслед: их с Валериком роман смотрелся со стороны гораздо более сдержанным. Если уж честно, и не со стороны тоже — Валерик в принципе редко проявлял эмоции, не позволял обнимать себя, хохотать и целоваться в общественных местах.

— Забавные, — сказала Настя Изольде. — Давно они встречаются?

— Встречаются? Нет, что ты, они друзья. Сурок вообще замужем.

Настя растерялась. Как можно быть замужем и при этом обниматься с другим парнем? Мама с бабушкой всегда говорили, что брак — это ответственность. И потом, Сурку на вид больше восемнадцати не дашь.

— Замужем? — Настя округлила глаза. — Сколько ж Сурку лет?

— Девятнадцать лет. Они с парнем живут, не расписаны в ЗАГСе.

— А, — фыркнула Настя, — какой же это брак! Мои родные считают, нужно обязательно оформлять отношения, иначе получается не семья, а полная чушь! Свидетельство о браке — гарантия, что люди не разойдутся и готовы разделить друг с другом всю свою жизнь!

— Ой, не воспринимай это так серьезно, — усмехнулась Изольда. — Мы вот в летней школе даже спим в палатках вповалку: мальчики, девочки, преподы, женатые, разведенные… И никто не напрягается. Не усложняй простые вещи. Важны не бумажки, а чувства!

Настя решила не продолжать этот бессмысленный спор, но, возможно, Изольда была права? У всех современные свободные отношения, а она сама застряла в прошлом? Но разве плохо хотеть официальный брак, а не эти… полусерьезные «контакты» как у Сурка с ее «мужем»? Когда люди не расписаны в ЗАГСе, их отношения не имеют истинной ценности, так, временные договоренности. Эти «союзы» легко разрушить! Или она, Настя, излишне старомодна? Но в таком случае друзья Изольды могут счесть ее странной и не принять в свою компанию! Пожалуй, есть смысл пересмотреть свои взгляды на отношения!