Даня замахал руками, мол, идите, догоню, и снова посвятил все свое внимание Светику-семицветику.
Дома Нина никого не обнаружила.
Стояла ужасная духота.
Нина тут же повернула ручки на всех окнах, впуская в квартиру майский вечер.
Родители всегда закрывали наглухо все, что можно, перед уходом. «Боже мой! Да кто к нам на двенадцатый этаж полезет? Голуби-бандиты?» – постоянно смеялась Нина. Но родители все равно делали по-своему: боялись, что молодая, глупая и уже обожаемая всей семьей кошка может попасть в беду. «У меня так у подруги в детстве кот умер, – как-то рассказала мама. – Представляешь, ее родители в жару тоже окна оставили открытыми, ушли на работу. Она, подруга моя, просыпается и видит… страшная вещь… болтается тельце… страшная вещь!»
– Ну, привет, Любовь, – Нина присела, чтобы погладить ласковую белую кошечку, совсем еще тоненькую по своей молодости, которая терлась о ее ноги. – Где все?
Любовь мяукнула и высунула на долю секунды язык. Про родителей она ничего не знала, но вполне ясно давала понять, что голодна.
Нина прошла на кухню, а за ней проследовал топот кошкиных лапок.
– Ну, Любовь, ты как слон! Конечно, любовь же чувство большое, да? Значит, и тяжелое. Ты соответствуешь, все правильно.
На тумбе около холодильника лежал белый лист бумаги:
«Ушли в гости, Нинуль. Не теряй. Собери все вещи, завтра электричка рано.
P. S. Люблю.
P. P. S. Еда в холодильнике».
Любовь недовольно мяукнула и ткнулась мокрым носом Нине в лодыжку.
Записку от мамы Нина положила туда же, откуда взяла, накормила бедную кошку и выглянула в окно.
«Боже мой! Наконец! Свобода! Ах, боже мой, как хорошо!»
Когда за окном зачирикали птицы, Нине захотелось захохотать от счастья.
Подхватив наевшуюся Любовь, Нина упала в кресло в гостиной, включила телевизор (никаких уроков!) и, совсем не обращая внимания на фильм, стала думать о предстоящем лете.
Дача, шумящий лес прямо за окном, речка, вода в которой к середине лета становится теплее свежезаваренного чая…
Большой участок в деревне рядом с сосновым бором Нинины бабушка и дедушка получили много лет назад, задолго до ее рождения. Мама всегда любила рассказывать, что дедушка сам строил и дом, и баню. В детстве Нина смотрела на них и думала: «Это как так – сам? Совсем сам?»
Прошло уже много лет, бабушка с дедушкой состарились, Нина повзрослела. На том участке родители, дела которых давно пошли в гору, построили просторную летнюю дачу, но Нина все еще, смотря на маленький домик из сруба с голубыми ставнями, который родители не стали сносить и который одиноко стоял в самой глубине участка, там, где начинался сосновый бор, с восторгом думала: «Своими руками сделать нечто монументальное… то, что стоит уже двадцать лет… или больше… Разве это не чудо?»
Щелкнул дверной замок. О чем-то по-доброму споря, в квартиру вошли родители. Все еще держа Любовь на руках, Нина показалась в коридоре и прислонилась к стене.
– Сколько букетов тебе сегодня подарили? – спросил папа. Он давно – в целях самозащиты – стал относиться насмешливо к тому, что Нину (господи, совсем малышка ведь еще!) с четырнадцати лет окружают ухажеры.
– Нисколько. Я исчезла раньше, чем меня успели осыпать комплиментами и завалить цветами.
– Вот и хорошо, в доме уже ваз нет, – сказала мама, обмахивая лицо руками. – Господи, как жарко в конце мая… Так, вещи собрала?
– Нет… – Нина зевнула. Прохлада вечера и мурчание кошки действовали на нее успокаивающе.
– А что делала? – мамин голос донесся из ванной, где она мыла руки.
– Ленилась… Мам, не волнуйся, все успею.
Поздно ночью, собирая вместе с мамой чемодан, Нина спросила:
– А вы когда приедете?
– В конце июля. Когда мне отпуск дадут, – сказала мама, аккуратно сворачивая Нинины джинсы.
В комнате горела только настольная лампа. За окном шумела листва. На кровати, свернувшись клубочком, давно спала Любовь.
– Даню с Тусей сразу на вокзал привезут или мы их заберем?
– Заберем… Так, вроде все собрала… подожди, платье же твое летнее высохло!
– Какое? – спросила Нина.
Мама уже скрылась в гардеробной и оттуда крикнула:
– Ну какое, какое… любимое твое! Которое ты заляпала мороженым… – Пока мамы не было, Нина быстро достала из-под подушки два комплекта нижнего белья, которые купила совсем недавно, и положила под только что сложенные джинсы. – Вот это! – мама показалась в дверях комнаты.
– Точно! Хорошо, что вспомнила.
– Только оно помнется у тебя… давай переложим по-другому, сейчас…
– Нет! Не надо! – Нина отчаянным рывком попыталась остановить маму, но опоздала. Она уже подняла джинсы и заметила белье.
– Это что? – спросила мама.
Нина густо покраснела.
– Я увидела в интернет-магазине… красивое… мне захотелось…
Мама молча сложила все обратно и закрыла чемодан.
– Красивое. Зачем прятала?
У Нины заалела даже макушка.
– Если хочешь, могу записать тебя к гинекологу. Нужно? – мама поставила чемодан к дверям, повернулась к Нине и внимательно на нее посмотрела.
Нина покачала головой, разглядывая пол.
– Ложись спать, завтра электричка рано, – сказала мама и вышла.
Нина тут же прижала прохладные ладошки, от которых отхлынула кровь, к горящим щекам.