Классическая проза

Алексей Толстой писал эту повесть вдали от России, тоскуя по Родине и русскому языку – и вложил в неё всю теплоту своих детских воспоминаний. «Детство Никиты» приглашает читателей в мир, где безз…

После катастрофы остаётся не только пепел. Остаётся память — обрывочная, шумная, человеческая. «Шёпот времени» — это цикл драматических историй о людях, оказавшихся в последней точке между жизнью…

Роман, оказавший серьезное влияние на всю американскую литературу. Классика XX века. «Когда я умирала» – жесткий и лиричный хор семейной одиссеи, где смерть становится началом долгого, мучительно…

Эта история про трофейный наган, у котого тоже есть своя судьба, история память.

Вы все еще верите, что ваш роман прочтут миллионы? Что издательства выстроятся в очередь, а критики назовут вас «новым Толстым»? Отбросьте ваши наивные иллюзии, откройте глаза. Достоевский сегодн…

За серым забором больницы стоит корпус, который все обходят стороной. Внутри — синие халаты, запах аммиака и железные решётки на окнах. Пациенты живут по своим правилам, а каждый шаг в коридоре з…

В спокойную жизнь обеспеченной семьи приходит подарок, который нельзя назвать дорогим по цене, но невозможно забыть по смыслу. За ним стоит человек, годами любивший молча, без надежды и без права…

В КНИГЕ ПРИСУТСТВУЮТ АВТОРСКИЕ ИЛЛЮСТРАЦИИ В мире, где Аномалия перекроила реальность, Яргомж стал ловушкой. Исполины пируют на крышах, Туманники стали новой вершиной пищевой цепи, Щелкуны заглат…

В КНИГЕ ПРИСУТСТВУЮТ АВТОРСКИЕ ИЛЛЮСТРАЦИИ В мире, где Аномалия перекроила реальность, Яргомж стал ловушкой. Исполины пируют на крышах, Туманники стали новой вершиной пищевой цепи, Щелкуны заглат…

Нине говорили: «У девочки талант, дайте дорогу». Но дорог у мамы было три: работа, магазин, дом. А детей — трое. Грамота с золотой каёмочкой пожелтела на холодильнике. Пианино в магазине продали …

Лиза, рыжеволосая бунтарка с глазами, в которых пляшут искры, отказывается быть «куклой» в мире правил и запретов. Её бунт начинается с простого чёрного маркера и рисунка на школьной стене — могу…

Книга состоит из четырёх рассказов и одной басни. Фото на титульном листе моё и соавтора, моего мужа. Фотографии, которые я использовала в рассказах взяты из личного архива, на них - Станислав Во…

Лиза, рыжеволосая бунтарка с глазами, в которых пляшут искры, отказывается быть «куклой» в мире правил и запретов. Её бунт начинается с простого чёрного маркера и рисунка на школьной стене — могу…

Сборник притч пронизанные жизненной мудростью, для поиска себя и устойчивого понимания мира вокруг себя. теплота понимания может вас удивить.

Сборник притч пронизанные жизненной мудростью, для поиска себя и устойчивого понимания мира вокруг себя. теплота понимания может вас удивить.

Их детство до войны и взросление позже, когда мир только начал собираться по крупицам. Том 3 переносит нас в годы, где личные драмы не менее разрушительны, чем военные действия. Мы следим за бабу…

Лонг-Айленд, 1924. Молодой писатель Николас Грин попадает в дом Джеймса и Кэтрин Дэвенпорт и становится свидетелем их странной, мучительной любви. Джеймс болен: память угасает, и он сознательно о…

Бишкек начала 2000-х. Пыльные улицы, маршрутки с открытыми дверями, киоски, где каждый день идёт борьба не за успех — за выживание. Егор Грязнов начинает обычным торговым представителем: папка с…

Сегодняшнего дня случилось необыкновенное приключение. Я встал поутру довольно поздно, и когда Мавра принесла мне вычищенные сапоги, я спросил, который час. Услышавши, что уже давно било десять, …

Городок Б. очень повеселел, когда начал в нем стоять *** кавалерийский полк. А до того времени было в нем страх скучно. Когда, бывало, проезжаешь его и взглянешь на низенькие мазанные домики, кот…