Русская классика - ТОП 50 лучших книг
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Девять авторов — девять жизней, девять судеб представляют на Ваш суд свои произведения самых различных жанров и направлений. Стихи представлены социальной, бытовой, пейзажной, любовной лирикой и фэнтези. Проза, также, представлена в самых разных жанрах и рассчитана на обширную читательскую аудиторию. Желаем Вам приятного времяпрепровождения.
«Дурень» — безымянный герой пишет письмо возлюбленной, которой то жалуется, то угрожает. И неизвестно, чего он действительно хочет.
Читателю предлагается окунуться в атмосферу русского лета, запечатленного классиками, проникнуться уединением, ностальгией, мечтательностью и простыми радостями, которые приносит с собой сезон. Эта книга будет интересна всем любителям отечественной классики и тем, кто хочет вдохновения или просто расслабиться во время отпуска или выходных.
СЕРГЕЙ АКСАКОВСемейная хроникаПервый отрывок из «Семейной хроники». Степан Михайлович БагровТретий отрывок из «Семейной хроники». Женитьба молодого БагроваАЛЕКСАНДР КУПРИНОлесяКуст сирениСентиментальный романМИХАИЛ ПРИШВИНВ краю непуганых птицВопленицаКолдуныАНТОН ЧЕХОВНа дачеДачникиОт нечего делатьКрыжовникДачное удовольствиеДачные правилаДачницаИВАН БУНИНАнтоновские яблокиНа дачеОсеньюКОНСТАНТИН ПАУСТОВСКИЙЖелтый светРезиновая лодкаПодарокКороткие рассказы о природе
Новатор театра, сам Чехов причислял свои пьесы, скорее трагические, к жанру комедии – что и по сей день вызывает споры литературоведов и критиков. Уводя сюжет драматических произведений в подтекст, Чехов направляет всю мощь своего импрессионистического метода на описание действительной жизни в ее печальных и забавных проявлениях, которые непрерывно следуют друг за другом: мгновения одиночества и любви, праздничных и денежных забот. И главным героем становится время, которое неизбежно проходит и незаметно ведет человека к его концу.
Вниманию читателя представляется книга одного из самых скандальных и провокационных русских мыслителей Серебряного века Василия Розанова. «В темных религиозных лучах» – книга, первое издание которой было уничтожено цензурой и которая впоследствии была переиздана Розановым в виде двух книг – «Темный лик» и «Люди лунного света». Настоящее издание представляет реконструкцию оригинального замысла автора с учетом позднейших добавлений и дано в двух частях – «Купол храма» и «Свеча в храме». Василий Розанов не только при жизни, но и по сей день вызывает неприятие со стороны людей совершенно противоположных взглядов, прежде всего за его «богохульные» и «скандальные» размышления о христианстве. Розанов «хулил» христианство, но его «хула» была религиозной. «… вопрос, на который Розанов требует ответа – это вопрос о совместимости христианства с жизнью» (А. Тесля)
«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы Кржижановского – ярчайший образец интеллектуальной прозы, они изящны, как шахматные этюды, но в каждой из них ощущается пульс времени и намечаются пути к вечным загадкам бытия.
"Жил в городе сапожник Мартын Авдеич. Жил он в подвале, в горенке об одном окне. Окно было на улицу. В окно видно было, как проходили люди; хоть видны были только ноги, но Мартын Авдеич по сапогам узнавал людей. Мартын Авдеич жил давно на одном месте, и знакомства много было. Редкая пара сапог в околодке не побывала и раз и два у него в руках. На какие подметки подкинет, на какие латки положит, какие обошьет, а другой раз и новые головки сделает. И часто в окно он видал свою работу. Работы было много, потому что работал Авдеич прочно, товар ставил хороший, лишнего не брал и слово держал. Если может к сроку сделать – возьмется, а нет, так и обманывать не станет, вперед говорит. И знали все Авдеича, и у него не переводилась работа. Авдеич и всегда был человек хороший, но под старость стал он больше о душе своей думать и больше к богу приближаться. Еще когда Мартын у хозяина жил, померла у него жена. И остался после жены один мальчик – трех годов. Дети у них не жили. Старшие все прежде померли. Хотел сначала…
Студия «МедиаКнига» представляет один из лучших образцов русской классической литературы мирового уровня от великого русского писателя Дмитрия Мамина-Сибиряка – «Три конца» – лучшее произведение автора по оценкам критиков. «Конец» – (устаревшее) «район» города.«Уральская летопись» даёт яркую и вполне верную характеристику горнозаводного дела на Урале, всё написанное автором… не только вполне похоже на то, что было на Урале в описываемое время, но и в достаточной мере знакомит и с тем, что есть и теперь» И. Г. ОстроумовКнига прочитана популярным артистом театра и актера кино – Михаилом Росляковым."В открытое окно кухни, выходившее во двор, наносило табачным дымом: это караульщик Антип сидел на завалинке с своей трубкой и дремал. Чтобы сорвать на ком-нибудь собственное неловкое положение, Домнушка высунулась в окошко и закричала на старика: – Чтой-то, Антип, задушил ты нас своей поганой трубкой!.. Шел бы в караушку али в машинную: там все табашники! – Ну, ну… будет, кума, перестань… – ворчал антип, насасыва…
«…есть пьеса умершего писателя, происхождение которой, а равно и ее замечательная судьба способны возбуждать, может быть, несколько больший интерес, а между тем о существовании этой пьесы, кроме меня, кажется, никому и ничего из литературных людей не известно…»
Впервые напечатано в журнале «Современный мир», 1910, номер 9, сентябрь, под заглавием «Встреча», с подзаголовком «Пьеса», и одновременно отдельной книгой под названием «Дети», с подзаголовком «Комедия в одном действии», в издательстве И. П. Ладыжникова, Берлин (без обозначения года издания).
Пьеса написана М. Горьким не позднее лета 1910 года.
В ноябре 1910 года М. Горький писал М. М. Коцюбинскому: «Посылаю Вам на память „Встречу“ – может, читая, улыбнётесь разок» (Архив А. М. Горького).
Начиная с 1923 года, пьеса включалась во все собрания сочинений.
Печатается по машинописному тексту, подготовленному автором в 1910 году для издательства И. П. Ладыжникова (Архив А. М. Горького).
Захватывающий графический роман, который является отражением современной реальности и поражает своею актуальностью. Он погружает нас в непредсказуемый мир героя, который на протяжении истории преодолевает своих собственных демонов и ищет свое место в обществе.
Наше первое знакомство со сказкой происходит в детстве когда затаив дыхание, мы слушаем, как мама читает нам о Царевне-лягушке и Золотой рыбке, Царе Салтане и Спящей царевне. Вместе со сказкой мы учимся добру и состраданию, пониманию того, что мир бывает не только жесток, но и справедлив и всегда приходит на помощь к тем, кто в этой помощи нуждается. Став взрослыми, мы сами читаем эти сказки нашим детям, заново оценивая их красоту и поэтичность. И конечно, детство каждого русского человека невозможно представить без замечательных сказок А.С. Пушкина. Аудиоверсия избранных из них ждет вас в этой аудиокниге.
Сказка о попе и работнике его Балде
Сказка о рыбаке и рыбке
Сказка о царе Салтане
Сказка о мертвой царевне и семи богатырях
Сказка о золотом петушке
©&℗ ИП Воробьев В.А.
©&℗ ИД СОЮЗ
В книгу «Мышонок Пик. Сказки о животных» входят самые известные сказки Виталия Бианки, потомственного орнитолога и замечательного детского писателя-натуралиста. «Мышонок Пик», «Приключения Муравьишки», «Лис и Мышонок» и другие интереснейшие истории расскажут детям увлекательным сказочным языком о настоящем мире животных. Каждая сказка полна добра и захватывающих приключений, а её персонажи ведут себя как настоящие лесные герои. Писатель предлагает маленьким читателям окунуться в удивительный мир родной природы, раскрывает интересную жизнь её обитателей, учит любить и беречь окружающий мир.
Для детей до 3-х лет.
«Поццуоли изнывало в истоме полуденного зноя.
Я лежал в тени нависшего над морем утеса, положив под голову, вместо подушки, толстую кипу русских газет, только что полученных с почты.
От Неаполитанского залива веяло ароматом моря, отдыхавшего после вчерашней бури. Кто знает море, вспомнит этот запах, поймет меня и позавидует мне.
С берега веяло лимоном и розами…»
ПЕРВЫЙ СБОРНИК РАССКАЗОВ И ПОВЕСТЕЙ АЛЕКСАНДРА КУПРИНА В АВТОРСКОМ ОФОРМЛЕНИИ!
Произведения Александра Куприна считаются классикой русской литературы и входят в списки «обязательно для прочтения». Его изящный, эмоциональный и эстетичный стиль сразу же узнается среди сонма рассказов других писателей.
Эта книга – дань уважения творчеству незаслуженно непопулярного писателя и признание в любви к его мистическим сюжетам. Обложка и две внутренние иллюстрации от популярного молодежного художника.
В издание входят: «Олеся», «Последний дебют», «Гранатовый браслет», «Ночная фиалка», «Куст сирени», «Забытый поцелуй», «Психея», «Аль-Исса», «Чары», «Столетник», «Суламифь».
Андрей Белый (Борис Николаевич Бугаев) (1880–1934) – одна из ключевых фигур Серебряного века, писатель-символист, мистик и экспериментатор.
Петербург в одноименном романе – мучительный и завораживающий, город-сон, город-галлюцинация, он же является и главным героем произведения. На фоне величественной архитектуры сталкиваются людские судьбы. Революционеру Николаю Аполлоновичу Аблеухову поручено страшное дело – убить своего отца-сенатора.
По замыслу автора – это заключительный аккорд мифа о Петербурге, творимого на протяжении целого столетия гениями русской культуры: Пушкиным, Гоголем, Достоевским, Мережковским. Город на Неве описан Белым как символ того шаткого состояния, в каком оказалась Россия в начале XX столетия.
Изначально роман назывался «Лакированная карета», название «Петербург» автору подсказал Вячеслав Иванов.
Текст написан ритмической прозой, в которой угадываются поэтические тропы.
Набоков называл роман третьим шедевром мировой литературы XX века – после «Улисса» Джойса и «Превращения» Кафки.…
Переезжая из провинции в столицу, человек может меняться с удивительной скоростью. Вот и наш герой-провинциал, направляясь в Петербург, еще в дороге начинает испытывать досаду на таких же, как он: никуда-то от этих понаехавших не скрыться! А затем и ритм большого города начинает делать свое дело. Рестораны, театры, встречи, якобы важные дела – в мельтешении которых никак не ухватить то, что действительно важно. А что важно? Долгие поиски смысла в деятельной пустоте приводят героя в больницу для умалишенных. Возможен ли иной путь?
Полный вариант заголовка: «Улей : на 1811 год № I, месяц январь : часть I : помесячное издание».
Знаменитый Антон Павлович Чехов (1860–1904) первые шаги в русской литературе делал под псевдонимами Антоша Чехонте, «Человек без селезенки», «Брат моего брата», как автор юмористических рассказов и фельетонов, которые издавались в сатирических московских журналах «Будильник», «Зритель» и др. и петербургских юмористических еженедельниках «Осколки», «Стрекоза» и вошли в первые книги начинающего автора. Именно первые сборники А. Чехова – «Шалость», «Сказки Мельпомены», «Пестрые рассказы», а также рассказы, печатавшиеся в журналах «Осколки», «Зеркало» и др., – включены в это издание, раскрывающее и эту грань таланта признанного во всем мире писателя. Книга представляет наиболее полное собрание юмористических рассказов и фельетонов А.П. Чехова.
Полный вариант заголовка: «Статистическое описание Российской империи в нынешнем ея состоянии с предварительными понятиями о статистике и о Европе вообще в статистическом виде, / Сочиненное екстраординарным профессором Евдокимом Зябловским. Кн. 2, ч. 5».
«Илька поднялась, подкралась к окошку и увидела. Увидела она огромную колымагу. Задние колеса втрое больше передних и обиты толстым железом. А перед колымагой катаются, переваливаются с брюха на спину громадные крысы – мягкие, жирные, запутались в красных постромках и пищат. А из колымаги лезет, ищет приступочку костлявой старушечьей ногой страшная, длинноносая – нос на двоих рос, да еще кривой – горбунья, злая фея Карабос. Горб узкий, высокий и трясется…»
А.И. Куприн (1870–1938) – один из самых известных прозаиков XX века, реалист, мастер психологического анализа. В книгу включены произведения, события в которых происходят в Крыму.
«Маленький, но отчаянной храбрости паровой катеришка „Герой“, который ежедневно бегает между Ялтой и Алупкой, пыхтя, как зарьявшая собака, и треплясь, точно в урагане, в самую легкую зыбь, пробовал было установить пассажирское сообщение и с Балаклавой. Но из этой попытки, повторенной раза три-четыре, ничего путного не вышло: только лишняя трата угля и времени. В каждый рейс „Герой“ приходил пустым и возвращался пустым. А балаклавские греки, отдаленные потомки кровожадных гомеровских листригонов, встречали и провожали его, стоя на пристани и заложив руки в карманы штанов, меткими словечками, двусмысленными советами и язвительными пожеланиями…»
«…Прежде всего в Самаре бросается в глаза общий характер её архитектуры. Тяжёлые, без каких-либо украшений, тупые и как бы чем-то приплюснутые дома заставляют предположить, что и люди, живущие в них, тоже тупы, тяжелы и приплюснуты жизнью.
Затем, всматриваясь в прохожих на улице, видишь, что большинство из них представляют собою субъектов, одетых в звериные шкуры, крытые тёмными сукнами, и что они обладают особого устройства носами, сразу останавливающими на себе взгляд внимательного наблюдателя…»
Условные завещательные распоряжения и подназначение наследника (субституция) (ст. 1011 т. Х ч. 1 и примечание к ней). Сборник кассационных решений Правительствующего Сената (составил Г. В. Бертгольдт)
«Громадный Париж со своими предместьями уже был охвачен союзными войсками от впадения Марны в Сену и опять до Сены при Пасси. Перемирие было заключено; громы сражения умолкли на левом фланге: высоты Бельвиля, Менильмонтана и Монлуи, занятые союзниками и уставленные пушками, грозили разрушением столице Франции; войска, их защищавшие, начали уже отступление, – но еще битва кипела по другую сторону канала д'Урк и на Монмартре, куда не достигло еще известие о перемирии…»
Эзольда вперила глаза в темноту сада, раскинутого около замка. И вдруг королевский сад исчез. Вместо него Эзольда увидела городскую площадь. Толпы народа заполняли ее. Посреди площади шел человек, просто одетый, с посохом в руках. За ним бежала толпа с громкими восторженными криками…
«Трое рослых татар, с заступами в руках, молча уравнивают упругую землю – съезд к парому. Один возится на самом пароме, расковыривая ломом доски, еще один – мешая ему – метет паром измызганной метлой, ими тихо командует статный юноша в лиловой тюбетейке – у него очень белое лицо, большие грустные глаза и ярко-красные губы. Я сижу на скамье у ворот постоялого двора, любуюсь тихо-умной работой татар, голубями, – на душе у меня удивительно хорошо, точно я сам сделал всё это: солнце, небо, землю и всё, что на ней. Недурно сделал и тихонько радуюсь…»