Рассказы

Впервые напечатан в журнале «Вестник Европы» (1885, № 5). При жизни автора перепечатывался в составе «Уральских рассказов».

Впервые напечатан в журнале «Вестник Европы» (1885, № 5). При жизни автора перепечатывался в составе «Уральских рассказов».

«Человек будущего» – первая часть своеобразной трилогии о Виталине. …Один человек не имел определенной цели и шел по Невскому для того, чтобы идти по Невскому… Двинулся – сказал я, – потому что в…

«Человек будущего» – первая часть своеобразной трилогии о Виталине. …Один человек не имел определенной цели и шел по Невскому для того, чтобы идти по Невскому… Двинулся – сказал я, – потому что в…

Пристрастие непобедимого прежде борца Фомы по прозвищу Сибиряк к коньяку превратило его в алкоголика…

Пристрастие непобедимого прежде борца Фомы по прозвищу Сибиряк к коньяку превратило его в алкоголика…

Эта книга не о прошлом и не о будущем, не об этом мире и не о потустороннем, не о реальном и не о вымышленном – эта книга о людях, ищущих счастье и себя в этой жизни. Её герои не просто дворники …

Эта книга не о прошлом и не о будущем, не об этом мире и не о потустороннем, не о реальном и не о вымышленном – эта книга о людях, ищущих счастье и себя в этой жизни. Её герои не просто дворники …

В ночь на 30 декабря 1948 года в Зурбагане началось восстание. Двое выдвинулись во время грозных этих событий – Ферфас и Президион, два воплощения идей «Всё для других» и «Всё для себя»…

«Ленур, вахтенный, стоявший на баке, исчез неизвестным образом, между четырьмя и шестью часами утра. Отсутствие его, при общей тревоге, длилось двое суток. „Фрегат“ под парусами шел к мысу Доброй…

«С тех пор как у проститутки Сашки провалился нос и ее когда-то красивое и задорное лицо стало похоже на гнилой череп, жизнь ее утратила все, что можно было назвать жизнью. Это было только странн…

«С тех пор как у проститутки Сашки провалился нос и ее когда-то красивое и задорное лицо стало похоже на гнилой череп, жизнь ее утратила все, что можно было назвать жизнью. Это было только странн…

«В то время небезызвестный ныне писатель Александров был наивным, веселым и проказливым подпоручиком в одном армейском пехотном полку, который давно вписал свой номер и свое название кровавыми сл…

«В то время небезызвестный ныне писатель Александров был наивным, веселым и проказливым подпоручиком в одном армейском пехотном полку, который давно вписал свой номер и свое название кровавыми сл…

«Поццуоли изнывало в истоме полуденного зноя. Я лежал в тени нависшего над морем утеса, положив под голову, вместо подушки, толстую кипу русских газет, только что полученных с почты. От Неаполита…

«Поццуоли изнывало в истоме полуденного зноя. Я лежал в тени нависшего над морем утеса, положив под голову, вместо подушки, толстую кипу русских газет, только что полученных с почты. От Неаполита…

«Конка медленно двигалась в гору по захолустной окраинной улице. Мы с приятелем, художником Краснецовым, ехали в Богородское убивать наступающий летний вечер. Вдруг Краснецов воззрился и поспешно…

«Конка медленно двигалась в гору по захолустной окраинной улице. Мы с приятелем, художником Краснецовым, ехали в Богородское убивать наступающий летний вечер. Вдруг Краснецов воззрился и поспешно…

«Да-с, господа, поставить правильно голос – это не фунт изюму, и не баран начихал, и не кот наплакал, и не таракан… я уж не помню, что такое там наделал таракан. А я испытал, знаете, это удовольс…

«Да-с, господа, поставить правильно голос – это не фунт изюму, и не баран начихал, и не кот наплакал, и не таракан… я уж не помню, что такое там наделал таракан. А я испытал, знаете, это удовольс…