Эпоха застоя

Вообще-то, Зубру не стоит жаловатся на жизнь. Ему посчасливилось родиться во времена торжества технологий. Общество дает ему все необходимое, а взамен требует не слишком много, поскольку практиче…

Давайте поговорим о времени, когда страна будто замерла в одном долгом вдохе. Когда желание стабильности оказалось важнее развития, а власть, спасающаяся от хаоса, сама создала систему, от которо…

В мире восемьдесят пятого года все пошло точно как и рассчитывалось: грубая игра американского гегемона вылилась во встречное столкновение двух систем, в котором мир от термоядерного апокалипсиса…

Потратив двадцать дней, император Серегин установил дипломатические контакты с имперско-советскими русскими государствами в семи мирах, что в дальнейшем должно иметь далеко идущие последствия. А …

«Жигули-копейка» и лак «Прелесть», индийское кино и песни Высоцкого, олимпийский Мишка и чешские трамваи, шаманы с гитарами и фарцовщики... Книга «Застой: эпоха Брежнева» это документальная хрони…

Апогей - это не кличка собаки, а точка наивысшего подъёма в каком-либо действии. Герой всё ещё пытается продлить, застопорить, увековечить апогей своих отношений с женой. Готов на всё, хоть под к…

Наш современник Виктор Антонов стал своим в двадцатом веке – он запросто общается с писателями Иваном Ефремовым и братьями Стругацкими, с Косыгиным, Шелепиным, Семичастным, да и «наш дорогой Леон…

Продолжение популярного цикла, начатого романами «Целитель. Спасти СССР!» и «Целитель. Союз нерушимый?». Михаил Гирин, по собственному желанию очутившийся в «эпохе застоя», ведет двойную жизнь – …

Минуло едва полтора года, как Михаил Гарин, пожилой инженер-айтишник, переселился в самого себя, юного Мишу. Он пишет программы, невиданные в 1975-м, и совершает открытия, делится послезнанием с …

Несколько лет Михаил Гарин, инженер-айтишник из 21 века, живет в 70-х годах века двадцатого. Пишет компьютерные программы, совершает открытия, чуть ли не мешками посылает в Политбюро «подметные п…

Приключенческая повесть. 70-е годы, поздний брежневский застой. Интеллигентные московские семьи живут в своем мирке. Они погружены в личные события: любовные чувства, супружеские измены, разбитые…

И вот перед Серегиным и его командой открылся канал в переломный девяносто первый год. Только это не август, а начало декабря, за несколько дней до роковой Беловежской встречи, зафиксировавшей од…

В девяносто первом году Серегин и его команда предотвратили роспуск Советского Союза, преобразовав его во Вторую Империю, нейтрализовали банду Ельцина-Горбачева, подавили самодельную самостийност…

Наш современник Виктор Антонов стал своим в двадцатом веке – он запросто общается с писателями Иваном Ефремовым и братьями Стругацкими, с Косыгиным, Шелепиным, Семичастным, да и «наш дорогой Леон…

Несколько лет Михаил Гарин, инженер-айтишник из 21 века, живет в 70-х годах века двадцатого. Пишет компьютерные программы, совершает открытия, чуть ли не мешками посылает в Политбюро «подметные п…

Вниманию читателя представлен материал для тестирования остаточных знаний у студентов и итоговой/промежуточной аттестации учебной дисциплины «Отечественная история». Предложенная информация, несо…

Чем жили люди «от мала до велика» в старинном провинциальном рабочем городке в конце 60-х – начале 70-х годов прошлого века, куда к тому же после отсидки сгоняли угрюмых ссыльных? Утлый мирок обы…

Леонид Брежнев – одна из самых ярких фигур в советской политической истории. Однако отношение к нему самое разное. Для кого-то он – олицетворение эпохи застоя. Его обвиняют в срыве экономических …

Сей труд бывшего русского туркестанца посвящен плюрализму мнений и новому мышлению.

Эта книга – о времени, когда страна будто замерла в одном долгом вдохе. Когда желание стабильности оказалось важнее развития, а власть, спасающаяся от хаоса, сама создала систему, от которой пото…