– Тебе лучше сесть, – неожиданно произносит Чертов.
– Что?
– Ты выглядишь как человек, который вот-вот рухнет в обморок. А я на прошлой неделе выбил плечо, могу не успеть поймать.
Я смотрю прямо ему в глаза и не могу понять, издевается он или нет.
– Я не упаду.
Чертов выдвигает стул и бросает на меня красноречивый взгляд.
– Сядь, – приказывает он.
Меня прошивает насквозь от его тона рабовладельца. Я машинально делаю шаг к стулу, но все же прихожу в себя. Пугаюсь не его, а того, как легко он умеет запугивать. Подчинять. Буквально одна интонация в голосе – и в красках понимаешь, что ты пыль под его ногами.
Я не успеваю сделать хоть что-то, Чертов обхватывает мое запястье и притягивает к себе. Я вдруг чувствую жар его сильного тела, но это длится всего мгновение, мужчина перенаправляет меня на стул. Именно перенаправляет, не швыряет или бросает, но силой показывает мое место.
– Я облегчу тебе задачу, Татьяна. – Чертов упирается одной ладонью в спинку стула и наклоняется ко мне. – Я знаю, что ты всего лишь фиктивная жена. Лавров платил тебе, чтобы ты изображала…
– Я не брала его деньги.
– Пусть не платил. – Он усмехается, показывая, что ему плевать. – Ты страдала бесплатно…
– У меня не было выбора!
– Его и сейчас нет. – Чертов подносит ладонь к моему лицу и отбрасывает прядку волос. – С другой стороны стола лежат бумаги, которые тебе показывал Артем. Дотянись до них и подпиши.
Нет тут ни миллиметра для сопротивления. Это каток, а не человек. Он дает мне всего ничего пространства, чтобы я могла подтянуть к себе бумаги, и неотрывно смотрит, как я ищу ладонью ручку. Я наконец обхватываю ее и делаю проклятые росчерки там, где показывает Чертов. Он не отходит от меня, и его опасная близость действует лучше всяких угроз. Тут подпишешь что угодно и даже последнее отдашь.
– Что-то еще? – Я до боли упираюсь в край стола, чтобы отодвинуться от Чертова как можно дальше. – Что от меня еще надо?
– Не задавать вопросы.
– То есть я все-таки останусь в доме? Меня не отпустят?
Я запоздало прикусываю язык, и то на секунду.
– Я не могу не задавать вопросов, я тогда свихнусь…
Я отворачиваюсь от Чертова, чтобы заткнуться и привести дыхание в порядок. Он недолго стоит над душой, но все же отодвигается. Обходит стол и присаживается на него с другой стороны. Я слышу каждый его шорох, а хочу слышать только свой пульс.
– Лавров трогал тебя? – спрашивает он, хороня все мои попытки успокоиться. – Вы спали?
Я мотаю головой.
– А кто-то из его парней?
– У тебя есть Родий, допроси его. Я не хочу говорить об этом.
– Родий мертв.
– Что… Как?
Я смотрю на Чертова через плечо, а на его лице не дергается ни один мускул. С таким выражением можно о погоде беседовать.
– Ты совсем не понимаешь, кто ты? – Чертов усмехается и заостряет взгляд, словно не верит мне и ищет второе дно в моих словах. – Ни одного предположения, почему Лавров выбрал тебя?
– Я случайно попалась ему на глаза. Он прилетал в Волгоград по делам, а моя знакомая отмечала день рождения в пафосном ресторане. Там он и заметил меня.
– Это он так сказал?
– Меня вывели из того ресторана силой и посадили в его машину.
– Что было в машине?
– Он приставал. – Я ежусь. – Смеялся и говорил, что как раз такая ему и нужна. Что мы будем отлично смотреться в кадре, что я почти так же хороша, как он.
– Дальше.
– Меня высадили около дома. Я подумала, что обошлось. Была мысль позвонить в полицию, ведь это неправильно, я даже номера его машины запомнила. Но я также запомнила, что машина очень крутая. Я побоялась связываться и решила просто забыть. А на следующий день у меня началась паранойя, мне показалось, что под окнами дежурит внедорожник со странными мужчинами. Я так перенервничала, что осталась дома.
– Не помогло?
– Не помогло. Ближе к ночи Лавров приехал снова, он сразу сказал о браке, почему-то был уверен, что я обрадуюсь и тут же соглашусь.
– Но ты отказала?
– Он взбесился. Я тогда по-настоящему испугалась, тем более он был не один. Он, как и вы, ходит с толпой в черных костюмах.
Чертову явно не нравится сравнение с Лавровым. Ядовитая ухмылка застывает на его губах.
– Он уехал тогда. Наверное, сам понял, что может натворить бед на эмоциях. Он дал мне день на раздумья, а потом заявились его люди. Как раз тогда приехал Родий со своими парнями. – Я нервно сглатываю. – Я согласилась. Сказала, что подпишу брачный договор.
– Лавров забрал тебя в Москву?
– Всего на неделю. Для официальных моментов. Потом я вернулась в родной город, первое время за мной ездил черный внедорожник, но постепенно успокоилось. Но я все равно чувствовала, что Лавров следит за моей жизнью. Ему как-то удавалось создавать видимость, что я живу с ним в Москве, что мы нормальная семья, я иногда присылала ему свежие фотографии или записывала сообщения, какие он просил. Иногда мы общались по видеосвязи, но редко… Он всё грозился снова приехать или забрать меня окончательно в столицу.
Глава 9
Чертов обдумывает мои слова. Он что-то просчитывает про себя, делает несколько шагов в сторону и поворачивается лицом к окну. Я смотрю на его широкую спину и пытаюсь понять, что для него значит мой рассказ. Он не выглядит злым или разочарованным, скорее он услышал то, что и так знал. Или догадывался.
Хоть одной проблемой меньше. Мне больше не нужно беспокоиться за свой статус. Чертову плевать, что с Лавровым меня связывал всего лишь фиктивный брак. А я никогда не была великой актрисой и сомневаюсь, что мне удалось бы сыграть настоящую вдову, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Но, славу богу, не нужно ничего играть.
– Больше Лавров ничего не говорил тебе? – спрашивает Чертов, продолжая смотреть на двор через окно.
– О чем?
– О чем угодно. Что он ещё говорил тебе?