– Завод у него отберут по решению столичного суда, и тут я прошу твоей помощи, Рик. Если ты хочешь, чтобы твоя жизнь изменилась, то ты должен будешь дать показания на суде против Босса, а перед этим написать на него жалобу в профсоюз. Среди рабочих будешь не только ты один, многим из вас не по нраву его политика ведения рабочего процесса.
Рик задумался, по словам мэра выходило, что грядут перемены. А перемен Рик боялся, от перемен не становилось лучше, он знал это на собственном опыте. С другой стороны, сейчас он оказался по уши в дерьме, и ничего хуже этого уже быть не может.
– Я дам тебе время подумать, – сказал мэр, он одобряюще похлопал Рика по плечу и, разжав пальцы рабочего, вложил несколько хрустящих купюр. – Это аванс. После суда получишь в два раза больше.
– Кушай шоколад, Рик, ты же его любишь, – произнес мэр напоследок и скрылся за дверью, оставив Рика в полном недоумении. А в это мгновение, свесившись с водостока, за окном промелькнула сгорбленная тень Стервятника. В левой руке он держал записывающее устройство.
Высокая фигура в белом халате и медицинской маске, скрывающей большую часть лица, медленно кралась по коридору медицинского центра. Сейчас в отделении был обед, поэтому коридор оказался совершенно пустынным. Запоздавшая медсестра быстренько засеменила в сторону обеденного зала, даже не удостоив его мимолетного взгляда.
Фигура подошла к первой двери и приложила контактную карточку к электронному замку. Раздался писк – первый барьер пройден. Еще один длинный сквозной белый коридор, в конце незнакомца ждала вторая дверь, которую он также без проблем открыл.
Третья дверь была последней, она отличалась от остальных: массивная, круглая и выпуклая с ярко-желтым знаком биологической опасности в центре. Здесь требовался пароль. Быстро нажав нужные цифры, незнакомец отпер толстую дверь и вошел внутрь. В помещении находилось несколько десятков горизонтальных и вертикальных холодильников, на каждом из которых были наклеены надписи об образцах, содержащихся внутри. Незнакомец медленно обходил каждый из них, внимательно вглядываясь в надписи. Через пару проходов он нашел то, что искал и открыл дверь. Тут же изнутри вырвался ледяной пар. Человек пригнулся и принялся шарить руками, обернутыми в толстые резиновые перчатки, по полкам с замороженными образцами. Найдя искомую пробирку, он крепко сжал ее в кулаке, чувствуя, как ледяная хватка сковывает кожу. Нужно было чуть-чуть подождать, пока образец растает. Достав шприц, фигура с легким смешком вонзила его в еще вязкую жидкость, которая медленно потекла наверх. Кубика будет более чем достаточно.
Бучер находился в восемнадцатой палате, незнакомец помнил это. Он бесшумно вошел внутрь, еще несколько шагов и вот он перед спящим пациентом. Тот облысел, похудел и вообще выглядел неважно – незнакомец удовлетворенно хмыкнул. Рисковать не было смысла – злоумышленник достала из кармана тряпку, смоченную хлороформом, и поднес к носу Рика. Затем, отвинтив защитный колпачок, достал шприц и с силой воткнул тонкую иглу под кожу. Рик заворочался —незнакомец замер, нет, кажется, все обошлось, лицо рабочего вновь приняло безмятежно-сонное выражение. Багровая жидкость медленно, но верно просочилась в организм Рика Бучера.
Тварь быстро неслась вперед, увлекаемая шумным водным потоком. Несколько минут назад течение вынесло ее из Плечевой вены, и теперь кровеносные пути вели ее в самый центр империи. Здесь для нее все было в новинку, но она знала, что ее дом близко, она осязала это всем своим существом. Однако следовало быть осторожной. Тварь нырнула под воду – прямо над ее головой секундами позже пронесся военный катер. Здоровяки макрофаги, стоящие в нем, о чем-то оживленно беседовали.
– Гребанный внешний патруль, перебили часть наших вместе с рабочими из Желудка. Хорошо, что их вывели из Империи.
– Да, только вот несколько раковых зомби снова сбежало, и пока наши их не поймали.
– Да заткнитесь вы! Смотрите в оба, вдруг какая-нибудь мерзость проникла через кожный барьер!
Катер заглушил мотор и остановился, тварь знала, что макрофаги сейчас пристально вглядываются в водную гладь, и если они увидят ее, то немедленно уничтожат. Вернее попробуют уничтожить, тварь была не намерена так просто сдаваться. Но патрульные, судя по всему, не увидели ничего подозрительного. Заревел мотор, и катер помчался вперед, поднимая тучу брызг. Тварь улыбнулась кровожадной улыбкой, ее глаза под водой горели хищным желтым огнем.
Глава 6. Глобал Фармасьютикалс
Едва только Адам и Линда переступили порог медицинского центра, как к Линде тут же подбежала медсестра. По ее обеспокоенному лицу было видно, что случилось что-то непредвиденное.
«Подождите меня здесь», – бросила она Адаму, указав на ряд скрепленных стульев у ближайшей стены. Тот и не подумал присесть, а Линда вместе со встревоженной медсестрой скрылись в ближайшем кабинете. Однако долго пребывать в раздумьях одному Адаму не дали, буквально через минуту к нему подскочила черноволосая пучеглазая девчушка. Она с интересом оглядела Адама с ног до головы, а затем, не стесняясь, спросила:
– Это все мозоли, да сэр?
Адам удивленно захлопал глазами, не зная, что и ответить.
– Не понимаю, о чем ты, милая.
– Меня зовут, Аннет, сэр, – серьезным тоном представилась девочка. – Я вижу у вас ужасные мозоли на ногах. Вот и вы пришли к нам в клинику, чтобы излечить их. Если не вылечить их, то начнется воспаление, вызванное попаданием бактерий, и часть ноги придется ампутировать.
Адам снова воззрился на девочку: этой крошке он дал бы от силы лет семь, а разговаривала и вела она себя совсем, как взрослая. Откуда она столько знает?
– Я пришел проведать своего друга, Аннет. Он болен, куда серьезнее, чем я.
– Неужели вы не слышали сказку, про маленьких трудолюбивых человечков? – перебила его Аннет.
– Нет, ни разу не слышал.
– Так вот, маленькие трудолюбивые человечки живут внутри вашего тела. От их деятельности зависит ваше здоровье, они качают кровь через сердце, поддерживают кости твердыми, проводят нервные импульсы из мозга и обратно для управления мышлением и всеми процессами, перетирают переваренную пищу и воюют с опасными микробами внутри. Но вы, сэр, не бережете свои ноги: подошвы стерты до мышц, и маленькие человечки вынуждены работать на износ. Почему же вы так делаете? Почему не бережете свои ноги? – девочка пронзала его своими гигантскими темными глазами, она требовала от него ответа.
– Ты очень умная девочка, Аннет, но я делаю это осознанно, – заговорил Адам. – Я испытываю боль физическую, чтобы заглушить боль душевную, которая преследует меня вот уже много лет.
– Но почему бы вам просто не стать больше помогать людям? – снова перебила его Аннет. – Если вы вылечите свои ноги и будете чувствовать себя здоровым, то сможете больше помогать людям, и ваша душевная боль пройдет.
– Аннет, ты уже сделала уроки на завтра? – Линда незаметно подошла к ним.
– Да, мама, – радостно отозвалась Аннет. – А сейчас я пытаюсь убедить…
– Линда, извини, но нам с мистером …Э
– Адамом, зовите меня просто Адамом.
– Мистером Адамом предстоит серьезный разговор наедине. Сходи пока, почитай книжки в библиотеке.
– Да, мама! – весело отозвалась девчушка и вприпрыжку помчалась к выходу из больницы.
– Очень умная у вас дочь, – попытался начать разговор Адам.
– Да, да, единственное мое счастье в жизни, – ответила Линда, думая о чем-то своем. – Ах, да простите. Мы же хотели поговорить о вашем друге, Рике. Просто посторонний проник в хранилище образцов крови и сейчас вся больница на ушах стоит. Пропал один из зараженных образцов.
– Верю, что полиции удастся поймать преступника и вернуть образец на место.
– Я тоже на это надеюсь. Но не могу больше испытывать ваше терпение. Ваш друг, Рик, тяжело болен. Как вы уже, наверное, знаете у него рак желудка третьей стадии. Мы используем химиотерапию, ему стало гораздо хуже, но не только от химиопрепаратов и опухоли. Есть еще что-то, что мучает его изнутри. И мы не можем выяснить, что это. По крайней мере, не в нашем центре.
– Нам остается лишь молиться за его выздоровление. Бог поможет ему, – смиренно ответил Адам.
Линда покачала головой.
– Помогать надо не молитвой, а действием. Вам надо ехать в столицу, в новейший медицинский центр.
И Линда протянула ему пластиковую карточку. На карточке было напечатано синими чернилами следующее: Габриэль Томсон, СЕО транснациональной корпорации «Глобал Фармасьютикалс». Фактический адрес предприятия в столичном регионе: улица заседаний, дом 146. Сообщить на посту охраны код:874391. Срок действия кода: 1 неделя.
– Что это значит? – озадаченно спросил Адам.
– Габриэль Томсон – это признанный гений медицины. Только он сможет помочь вашему другу. Как-то раз я оказала ему важную услугу, и теперь он мне безмерно благодарен. Добиться его аудиенции без связей невозможно. Но я даю вам шанс, и вы должны использовать его. Если код не сработает, то кричите, что вы от Линды Маккуей. Да, и оденьтесь поприличнее. В таком виде вас вряд ли пропустят.
– И как Габриэль Томсон сможет помочь моему другу?
– Моя дочь рассказала вам сказку про маленьких человечков?
Адам кивнул головой.
– В каждой сказке есть доля правды. А теперь идите, судьба Рика находится в ваших руках. Не медлите, время работает против вашего друга, – и Линда легонько подтолкнула Адама к выходу. Пройдя несколько шагов, Адам обернулся, вспомнив, что он забыл поблагодарить медсестру, но той уже и след простыл.
Он прибыл на столичный вокзал ровно в полдень. Вопреки указаниям Линды Адам укутался в свои лохмотья и не надел обувь. Он столкнулся с человеческой жестокостью еще на городской станции: кассир, видя, как Адам скрупулезно считает деньги за проезд, захохотав, кинул ему в лицо пригоршню монет; контроллер долго не хотел впускать Адама в поезд, решив, что тот обычный бродяга, укравший билет у честных граждан; в самом поезде проводница пролила ему на грудь кипяченый кофе и даже не извинилась, а один из мальчишек подставил ему подножку при выходе из вагона, отчего Адам больно ударился об твердые плиты перрона. Столица встретила его ярким обжигающим солнцем, которого он никогда не встречал в городе. Толпы людей сновали в разные стороны, каждый из них был винтиком в огромном механизме столичного города, и если какая-либо песчинка попадала внутрь, то механизм всеми силами старался избавиться от нее. И этой песчинкой стал Адам. Каждый второй прохожий норовил толкнуть его плечом, белые воротнички в дорогих, сшитых на заказ костюмах, с аккуратными кожаными кейсами в руках брезгливо оглядывали его, как кусок липкой грязи, и спешили как можно скорее пройти мимо.
Адам встал посреди широкой улицы, не обращая абсолютно никакого внимания на рассерженных, спешащих людей, и раскрыл старую потрепанную карту. Искомое здание было обозначено кривым красным крестом, он провел грязным заскорузлым пальцем по шершавой бумаге – ему оставалось идти всего пару кварталов.
Карта привела его к площади, которая раскалилась под палящими лучами солнца, как гигантская сковородка, здание корпорации «Глобал Фармасьютикалс» возвышалось ввысь на пятьдесят этажей. Покрытое затемненным зеленым стеклом оно напоминало исполинский изумруд. Адам неуверенно сделал несколько шагов вперед, из центрального входа тут же появился охранник, словно сработала незримая сигнализация. Адам задумался, зачем люди строят такие высокие здания? Неужели они хотят таким образом приблизиться к Господу, или же сами возомнили себя богами? Адам присел на четвереньки на раскаленную мостовую и принялся громко молиться вслух за спасение своего друга, Рика. Охранник подошел вплотную, Адам понял это по тяжелому запаху пота, исходящего от его тела.