– Моя госпожа – способный временщик. Она сможет защитить себя… по крайней мере, если драка произойдет не в городе. Кроме того, здесь я и Мефи, к чему больше? Да и ты, друг мой, разве не вступишься? Надеюсь, к тому времени твои силы восстановятся!
– После настолько затяжного прыжка нужно не меньше пары часов, прежде чем сумею использовать силы, – поморщившись, признался я.
– Господин Юрий, бегать по лесам в грязи и духоте за почти неуязвимым, смертельно опасным монстром… сложно представить что-то занимательнее. Однако не понимаю, зачем присылать людей из Агемо, кроме того временщиков? Разве не нашлось никого попроще и поближе?
Краем глаза я заметил, как из кармана Рейма вынырнула детская ручонка. Секунда – и босоногий пацаненок шарит в одеждах Лорн. Только я открыл рот, как белая тень вцепилась в запястье воришки. Заглушая гул толпы, раздался вопль. Выпавший кошель вместе с Мефи исчез в рукаве хозяйки, а колыхнувшаяся толпа отнесла нас от места происшествия.
– Не все так просто. Приказано не уничтожить монстра, но пленить – особый акцент! Кроме того, в задании сказано об имевшемся прецеденте, и за разъяснениями отправляют к вам, товарищи временщики. – Я многозначительно умолк.
– Вот ведь посол! Совершенно не умеет молчать! Похоже, Император захотел показать свою мощь и повеселить подданных на празднике окончания Войны Вне Времени.
– Можно несколько конкретнее?
– Друг мой, во время полета я рассказал послу занимательную байку, гуляющую среди временщиков…
С должной экспрессией и красочностью мне поведали историю:
Зимой, аккурат в ночь Перерождения Года, в нескольких километрах от Сакранска – центр Федерального Округа Пламенных гор – открылась аномалия Дежавю, откуда выбрался Туманник. Не трудно догадаться, что он направился к эпицентру местной жизни – сложно не заметить город, грохочущий на тысячу голосов, пахнущий жизнью, переливающийся сотнями огней от фейерверков и электрической люминесценции, особенно бестии из Дежавю, у них же первый инстинкт – убивать живое.
Смерть собрала богатую жатву. Крики радости превратились в вопли ужаса и предсмертные хрипы. Огни фейерверков взрывали и пожирали дома – несколько улиц с жителями обратились в прах. Запахов осталось только два – металлически-кровавый и горьковато-угольный, но настолько насыщенные, что серой коркой кристаллизовались на губах. Даже электричество обратилось против людей – оборванные провода в сочетании с реками крови устроили танец смерти.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: