Белые облака. Роман
Анна искренне желала оставить рядом с собой Ивана и подарить ему любовные ласки, но девичья гордость и честь не позволяли ей сделать этого.
Иван и Анна испытывали одинаковые чувства и поэтому долго стояли, обнявшись, чтобы ещё какое-то время быть вместе.
— У меня впереди целых два дня свободных от службы, — прошептал Иван. — Я завтра приду к тебе рано утром, и мы с тобой все дни будем вместе. Я не хочу уходить, но не могу найти повода к тому, чтобы остаться. Если я останусь сам, то боюсь, что ты меня не поймёшь.
— Я буду ждать тебя! — прошептала в ответ Аня. — Я тоже хочу, чтобы ты всё время был рядом со мной, но не нахожу правильных слов, чтобы ты ….
Иван не дал договорить Анне, поцеловав её в губы.
— С завтрашнего дня мы с тобой перешагнём порог расставаний и навсегда станем неразлучными! — шептал Иван в ухо Анны. — Я хочу, чтобы завтра ты стала моей навсегда!
— Ты ошибаешься! — шептала в ответ Анна. — Не завтра, а сегодня! Время давно перевалило за полночь, и наступает новый день. Но не сейчас, потому что сейчас мы расстанемся до утра. Я хочу, чтобы наше утреннее свидание и весь завтрашний день запомнился нам на всю нашу жизнь! А сейчас, Ваня, иди к себе. Я всю ночь до утра буду мечтать о завтрашнем дне, когда мы с тобой вновь будем вместе.
— Да, ты права! — шептал Иван. — Наше счастье наступит уже сегодня! Нет, оно уже наступило! Я люблю тебя и буду с нетерпением ждать утра, когда мы снова встретимся с тобой!
— Иди, Ваня! — Анна легонько отстранила от себя Ивана. — Спокойной тебе ночи! Я тоже люблю тебя и буду ждать тебя!
— Ох, и не хочется мне уходить! — сказал Иван. — Но я подчиняюсь твоему желанию, несмотря на то, что утро уже наступает.
Он показал рукой на восточную часть горизонта, над которым уже слабо пробивались лучи восходящего солнца.
Анна улыбнулась Ивану и, открыв калитку ограждения, хотела пойти к дому.
Иван, прежде чем уйти, шагнул к Анне и, порывисто обнял её и поцеловал в губы.
Анна ответила ему взаимностью, но не позволила долго обнимать себя.
— Всё, Ваня, иди! — приказала она парню.
— Спокойной ночи, Аннушка! — сказал Иван и вышел в переулок.
Анна, бросая взгляды на Ивана, медленно пошла к дому. Поднявшись на крыльцо, она помахала ему рукой и скрылась в тёмном проёме входной двери.
Проводив взглядом Анну, Иван вздохнул и быстрыми шагами направился по уже знакомым улицам в сторону своего жилища, надеясь встретить по дороге какой-нибудь транспорт, чтобы быстрее добраться до этого жилища.
Субботнее утро было безоблачным и тёплым. Ласковые лучи июньского солнца проникали в дома и будили жителей города.
Иван почти не смыкал глаз в прошедшей ночи. Лёжа в своей постели, он вспоминал взгляд любимых глаз Анны и тепло её упругого тела. Ворочаясь с одного бока на другой, Иван мысленно торопил время, чтобы скорее увидеться с Аней. Лишь с рассветом он погрузился в сон, чтобы через часок проснуться с мыслями о любимой девушке.
Проснувшись, Иван первым делом взглянул на часы. На часах время показывало четверть седьмого.
— Пора вставать! — мысленно скомандовал себе Иван и встал с постели.
Быстро позавтракав, он, не теряя времени, помчался к Анне.
Анне, как и Ивану, ночью долго не спалось. Она лежала на кровати и широко раскрытыми глазами смотрела в потолок. Вынужденное расставание с Иваном, его слова, сказанные ей о счастье, поцелуи и сильные объятия любимого парня продолжали волновать девушку.
Анна мечтала о новой встрече с Иваном, представляя себе их прогулки по городу и всё то, что соединит их в одно целое.
Все её мечты были о семье, которую они создадут, и о детях, которых она родит Ивану.
Ей с ним было хорошо и надежно, и она любит Ивана. В эти минуты раннего утра ей просто захотелось стать маленькой девочкой и покапризничать, чтобы получить от родного мужчины заботу и внимание. Она при встрече будет рассказывать Ивану о своих женских делах и работе в больнице. Она найдёт понимание и, в свою очередь, всегда будет слушать рассказы Ивана о его полётах и о самолётах, которые он так любит. Жаль только, что утром, как обычно, ей нужно будет пойти на работу в своё хирургическое отделение районной больницы.
— Не предупредила я Ивана, что мне нужно утром идти на работу! — промелькнула мысль в голове Анны. — Придёт ко мне, а меня нет дома! Нужно как-то известить его об этом. Но как? Записку в двери оставить? Да, оставлю записку! Прочитает и придёт ко мне в больницу. А потом, если заведующий отделением отпустит меня с работы, мы пойдём с Ваней гулять. А если не отпустит?
Анна вздохнула и стала прогонять все свои мысли прочь, потому что они не давали ей уснуть. Но мысли не покидали её.
— В хирургическом отделении всё равно нет больных, поэтому, если я отпрошусь у заведующего отделением, то он отпустит меня к Ване, — продолжала думать Анна. — Заведующий у нас хороший и добрый!
Успокоив себя тем, что всё будет хорошо, и она сможет отпроситься с работы, Анна вначале задремала, но затем погрузилась в глубокий сладкий сон.
Проспать утренний подъем, она не боялась, потому что ежедневно в одно и то же время с постели её поднимал будильник. На него она рассчитывала и в наступающее утро.
Но Анну разбудил не будильник, а стук в дверь дома.
— Это Ваня! — вспышкой сознания пронеслось в её голове. — Который час?
Анна посмотрела на часы, тикающие на стене, и успокоилась. Часы показывали без четверти семь утреннего времени.
Она быстро встала с постели и, накинув на себя домашний халатик, поспешила открывать входную дверь, за которой стоял Ваня.
Анна открыла дверь, и Иван увидел её в самом, что ни есть, домашнем виде.
От Анны веяло домашним теплом, которого у него, по сути, никогда не было.
Женственная фигурка девушки, её ещё не проснувшиеся глаза и наспех поправленные волосы притягивали Ивана к себе.
Он перешагнул через порог двери и привлёк к себе Анну, целуя её в губы, в шею, в щёки.
— У! — капризно нахмурившись, произнесла Анна, слабо пытаясь освободиться от объятий Ивана.
— Никаких «У»! — тихо, но властно сказал Иван. — Я с самого раннего утра примчался к любимой девушке, а она говорит мне «У». Я обещал придти к тебе рано утром, и я пришёл! Я обещал разбудить тебя, и я разбудил! Я обещал, что всегда буду любить тебя, и я тебя люблю!
Ласковые, но произнесённые с командными нотками слова окончательно разбудили Анну. Она поняла, что отныне всегда будет подчиняться Ивану, потому, что он будет её мужчиной, а значит, она должна быть ему покорной.
— Идём в комнату, — сказала Аня. — Я только что проснулась и встала с постели, так, что, не удивляйся тому, что в комнате ещё не убрана постель.
— Меня это не удивит, — произнёс в ответ Иван, следуя за Аней.
— Посиди в кухне, — предложила Анна Ивану, — я сейчас умоюсь, приведу себя в порядок, и мы…
— … пойдём гулять, — прервав Анну, досказал предполагаемую фразу Иван.
— Нет, на этот раз ты ошибся! — ответила Анна. — Мы пойдём в нашу районную больницу. Я вчера забыла сказать тебе, что сегодня у меня рабочий день, в отличие от твоего двухдневного отпуска. А чтобы гулять, я должна отпроситься у заведующего нашим хирургическим отделением. Я думаю, что он отпустит меня, потому что в отделении сейчас нет больных и особенно делать нечего.
— Я поставлю чайник! — громким голосом из кухни произнёс Иван в то время, когда Анна плескала себе в лицо холодную воду из умывальника.
— Да! — ответила ему Анна, вытирая лицо полотенцем. — Ты посиди на кухне, пока я привожу себя в порядок.
— Хорошо! — ответил ей Иван. — Я приготовлю для тебя завтрак! Что ты будешь кушать?
Анне приятно было услышать эту заботу о себе.
Она надела своё любимое жёлтое с чёрными горошинами платье и, подойдя к зеркалу, начала расчёсывать волосы, укладывая их в привычную причёску.
— Ваня, жарь яичницу! — осматривая себя в зеркале, ответила Анна. — Мне два яичка, а себе столько, сколько хочешь! Яйца лежат в корзинке в кухонном столе. Открой дверки и увидишь их.
— Я уже завтракал, когда собирался к тебе, — ответил Иван, заглядывая в глубину кухонного стола. — Я только для тебя их поджарю! Вот только на чём их жарить? Керогаз я занял чайником, и нужно ждать, когда он закипит.
— Там же в столе лежит электрическая плитка, — руководила процессом приготовления завтрака Анна, — возьми её и на ней поджарь яичницу. Там же найдёшь и растительное масло. Соль на полочке над твоей головой!
— Всё нашёл! — воскликнул Иван. — Процесс пошёл!
Пока он хозяйничал на кухне, готовя завтрак для Анны, она прихорашивалась перед зеркалом, готовясь не столько к работе в больнице, а сколько к тому, чтобы нравиться Ивану и к прогулке с ним. Припудривая свой маленький носик, она слышала, как гремел посудой и кухонной утварью её любимый человек. И вновь она почувствовала приближение женского счастья, которое будет дарить ей Иван. Её взволновало проявление Иваном заботы о ней. Анне хотелось тихо подойти к нему и с нежностью поцеловать. И она сделала это, тихо подойдя к Ивану сзади. Анна обняла его за плечи, прижавшись грудью к его спине. А когда он повернул голову, чтобы увидеть её, Анна поцеловала Ивана в щёку.
Иван повернулся к Анне и увидел сияние её глаз и счастливую улыбку на лице Анны.
— Вот такой я хочу видеть тебя всегда! — произнёс он. — Я впервые вижу счастье на твоём лице и в твоих глазах. Мне приятно, что я смог сделать тебя счастливой! И ещё хочу тебе сказать, что ты очень красивая! Я всякий раз, когда вижу тебя, не могу оторвать от тебя своего взгляда. Я всегда любуюсь тобой!
Анна улыбнулась и смущённо отвела взгляд своих больших глаз от взгляда Ивана.
— Не смущай меня, Ваня! — сказала она. — И давай завтракать, а то мы не успеем на мою работу.
— Присаживайся, Аннушка! — сказал Иван, придвинув к девушке стул.
За обеденным столом в небольшой тарелке Анну дожидалась бело-жёлтая яичница-глазунья, присыпанная свежей зеленью укропа. На другой такой же тарелке аккуратной горочкой расположились тонко нарезанные дольки хлеба. От заварочного чайника исходил душистый аромат чабреца и мяты.
— Какой ты молодец! — воскликнула Анна. — Я не знала, что ты такой умелец, и такой заботливый! Но завтракать я буду только вместе с тобой! Присаживайся рядом!
— Я составлю тебе компанию, — ответил Иван, — но только по части чая. А всё остальное, это для тебя. Я не хочу кушать, потому что уже позавтракал, когда собирался к тебе.
После завтрака они поспешили к Анне в больницу.
Ивану было непривычно ощущать себя не в воинском строю на привычном построении эскадрильи, а шагающим вместе с другими штатскими людьми в совершенно мирное гражданское учреждение, где работала его любимая девушка.
В восемь часов утра Анна уже переоделась и была в привычном для неё белом халате. Она представила Ивана своим коллегам и поместила его в ординаторской комнате.
— Сиди здесь, а я сейчас буду отпрашиваться с работы у заведующего нашим отделением, — сказала Ивану Анна и вышла из ординаторской комнаты, оставив его одного.
Иван сидел на больничной кушетке, ощущая неприятие всей окружающей его обстановки.
— Как здесь работают люди? — думал он. — То ли дело у нас! Простор аэродрома! Свобода в небе! А здесь? Скука, тишина и покой! Запахи лекарств, которые я терпеть не могу! Скорее бы пришла Аня, мне здесь не нравится!
Но вместо Анны в ординаторскую комнату, то и дело с деловым видом заходили молодые девчата в белых халатах. Кто они, врачи или медицинские сёстры, Иван определить не мог.
Эти девчата под предлогом поиска каких-то одним им известных документов, медленно осматривали ящики письменного стола, бросая на Ивана, кто любопытные, кто откровенно вызывающие, кто завлекающие взгляды.
Девчата, явно симпатизируя парню в форме военного лётчика, задавали ему одни и те же вопросы: «Вы к нам с Аней пришли? А кто она вам?».
— Аня моя невеста! — однозначно отвечал на вопросы молодых девчат Иван.
Услышав ответ старшего лейтенанта, девчата разочарованно строили гримасы и с расстроенными личиками покидали ординаторскую комнату.
Наконец пришла Анна. Рядом с ней был пожилой мужчина с благородной и интеллигентной внешностью. Этот мужчина, как и Анна, тоже был в белом халате.
— Это, наверное, заведующий хирургическим отделением! Начальник Анны! — подумал Иван и встал, как привык вставать перед старшим командиром, и, как этого требовал воинский Устав.
— Вот, Дмитрий Николаевич, это товарищ старший лейтенант Стрельцов, о котором я вам говорила! — представила Анна Ивана своему начальнику.
— Ну, что же! Ну, что же! Будем знакомы! Да! Будем знакомы! — протягивая руку Ивану, произнёс Дмитрий Николаевич.
Он поправил очки на своём носу, рассматривая Ивана.
— Хорош! Хорош! — одобрительно проговорил Дмитрий Николаевич. — Поздравляю тебя Аня! Хороший у тебя товарищ старший лейтенант!
Анна смущённо посмотрела на Ивана и улыбнулась, слушая своего начальника.
— Ну, командир, забираешь нашу Аню? — многозначительно спросил Ивана заведующий отделением.
Дмитрия Николаевича можно было понять двояко. С одной стороны это вроде бы звучало, как забрать Анну для прогулки. А с другой стороны этот вопрос означал судьбоносное решение, как для Ивана, так и для Анны.
— Забираю не раздумывая! — ответил Иван. — И забираю насовсем!
— Хорошо! Хорошо! — покачивая в знак согласия головой, проговорил Дмитрий Николаевич. — Можешь быть свободной, Аня. Сегодня большой работы у нас в отделении не предвидится. Составь командиру компанию и будь счастлива! Ну, а в понедельник я жду тебя здесь в полной готовности к нашей работе.
Он подмигнул Анне и вышел из ординаторской комнаты.
— Спасибо, Дмитрий Николаевич! — вслед уходящему доктору крикнула Анна.
— Ну, вот ты свободна так же, как и я! — воскликнул Иван. — Переодевайся и пошли из этого невесёлого заведения. Мне здесь не нравится. А нас ждёт город! Сегодня мы с тобой больше не расстанемся, а сейчас пойдём гулять и будем гулять целый день. А потом, уставшие от гуляний, придём домой, и устроим вкусный семейный ужин!
— Семейный? — сделав удивлённое лицо, спросила Анна.
— Да, да! Семейный! — ответил ей Иван. — И не удивляйся! Я решил, что пора строить нашу семью!
— Нашу семью? — опять удивилась Анна. — Ты, Ваня, отдаёшь отчёт тому, что мне сейчас говоришь?
— Абсолютно! — сказал Иван. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой! Ведь ты не против этого?
Анна растерялась от неожиданного предложения Ивана. Её мечты сбывались так стремительно, что она не успевала настраивать себя на их реальность. Она не знала, что ответить Ивану, хотя вся её душа стремилась к нему и требовала сказать «Да».
Анна молчала в растерянности.
— Молчание, знак согласия! — подвёл итог Иван. — А сейчас мы идём гулять!
Анна вышла из ординаторской комнаты, чтобы переодеться. Через несколько минут она вновь вошла в комнату, где её дожидался Иван. Вместо белого халата на ней он вновь увидел желтое в черный горошек платье.
— Куда пойдём? — спросила Анна Ивана.
— А, куда глаза глядят! — шутливо ответил Иван. — Вообще-то, у нас с тобой сегодня обширная программа!
Иван с Анной вышли из здания больницы и, пройдя несколько десятков метров, покинули её территорию.
Они медленно шли по улице, наслаждаясь летом, своей молодостью и радостью общения.
— Я всё время думаю о тебе! — взяв Анну за руку, сказал Иван. — Думаю и днём и ночью!
— Ты, что, по ночам совсем не спишь? — рассмеялась Анна и заглянула Ивану в глаза.
— Сплю, конечно! — повернув лицо к Ане, произнёс Иван. — Ночью, когда я ложусь спать, твой образ стоит передо мной. Я мысленно представляю тебя себе, мечтая о нашей встрече.
Анне приятно было слышать о том, что Иван думает о ней. Она и сама все дни, то и дело, мысленно возвращалась к их встречам, вспоминая каждое слово, которое сказал ей Иван. Анна всецело воспринимала Ваню, как самого дорогого ей человека. Она за несколько дней их знакомства так привыкла к нему, что не представляла себе, что будет делать, если Вани не будет рядом. Она уже успела искренне полюбить этого прямого и честного парня.
Иван вскинул руку и посмотрел на часы.
— Сейчас начало одиннадцатого, — сказал он, — и у нас с тобой, Аннушка, впереди целый день! Мы с тобой погуляем по улицам, посидим в сквере. А давай сходим в кино?
— Так рано в кино? — удивилась Анна. — Я хочу пойти в кино, но вечером. Я давно не смотрела фильмы. Лена увлечена своими делами и не звала меня в кино. Я слышала, что вот уже несколько дней в кинотеатре идёт новая кинокомедия «Весёлые ребята».
— Всё, — широко улыбаясь, произнёс Иван, — обязательно пойдём в кино!
Он посмотрел на безоблачное небо.
— Аня, тебе не жарко? — спросил Иван Анну. — Смотри, как светит солнышко! Сегодня, будет жарко! А может быть, погуляем вдоль берега озера Карна или пруда Нижнего. А ещё лучше, искупаемся в пруду или в озере?
Анна неуверенно замялась, не зная, что ответить Ивану.
— Вообще-то, я не против! — поразмыслив, ответила Анна. — Вот только я в таком виде, в каком я сейчас, это сделать невозможно.
— Почему? — удивился Иван, не понимая причину колебания Анны.
— Почему! Почему! — пробурчала Анна. — Да потому, что на мне нет купальника!
— Ну, давай зайдём домой, и ты переоденешься! — сразу же произнёс Иван. — Мы с тобой, как раз, идём в сторону твоего дома. Забежим на пять минут, ты переоденешься, и мы пойдём гулять дальше.
— Идём, — ответила Анна.
Она подумала, что пятью минутами они не обойдутся потому, что кроме переодевания нужно будет перекусить, чтобы, гуляя, не думать о еде. А раз они будут перекусывать, то ей нужно приготовить лёгкий обед, накормить Ваню и поесть самой.
Не спеша они направились к дому Анны.
Анна взяла старшего лейтенанта под руку и так шла с ним до самого дома. Ей было приятно чувствовать близость Ивана. Ей хотелось прикасаться к нему, чтобы теплом рук передавать Ване свою нежность.
— Я думаю, что нам, прежде чем идти гулять, нужно перекусить, — сказала Анна Ивану, когда они пришли домой. — Думаю, что ты не против этого.
Иван внимательно посмотрел на Анну, а затем, словно опомнившись, подошёл к ней и нежно обнял за плечи.
— Я не голоден! — ответил он Анне. — Но ты права. Лучше сейчас немного перекусить, чтобы потом быть свободными от этой проблемы.
— Что приготовить? — спросила Анна, глядя на Ивана.
— Ам! — шутливо сказал Иван. — Я сейчас тебя съем!
— Я серьёзно, Ваня, — продолжая смотреть Ивану в глаза, сказала Анна, находясь в его объятиях, — что будем кушать?
— А давай поджарим картошечки! — предложил Иван. — И быстро, и вкусно!
— Ладно, — ответила Аня, освобождаясь от объятий Ивана, — иди на кухню. Там найдёшь нож и картошку. Нож в столе, картошка в углу, в корзине. Чисть картошку, а я пока переоденусь. Картошку я сама буду жарить.
Отправив Ивана на кухню, Аня подошла к комоду и достала из него свой купальник.
— Как давно я его надевала! — подумала она, рассматривая купальник. — Целый год прошёл. Прошлым летом в августе мы с Ленкой купались в озере. И именно тогда к нам подошёл молодой человек, чтобы познакомиться. Пётр был самим обаянием. Кто знал, что он окажется негодяем?
Вспомнив Петра, Аня презрительно улыбнулась. Прошло то время, когда она терзалась разлукой с этим человеком, который обманул её. Теперь у неё в жизни есть Иван.
— Ваня любит меня, — думала Анна, — и любит искренне. Он не скрывает этого и хочет, чтобы мы с ним создали семью. И я тоже его полюбила. Ой, как быстро это произошло!
Слушая, как Иван возится на кухне, Аня чувствовала прилив нежности к этому парню. Никто, кроме мамы, так не заботился о ней, как это делает Иван.
Она прислушалась к тому, как шуршит в руках Ивана срезаемая с картофеля кожура и падает в мусорное ведро. Это значит, что Иван занят делом и не станет подсматривать за тем, что делает она.
Не спеша, Анна сбросила с себя все одежды, оставшись обнажённой.
Полюбовавшись собой несколько секунд в зеркале, она надела купальник. Покрутившись ещё минутку перед зеркалом, осматривая себя со всех сторон, Анна вновь надела на себя своё жёлтое с чёрными горошинами платье.
Иван увлечённо чистил картофель. Очистив от кожуры первую картофелину, он повертел её в руках, думая, куда помещать очищенные клубни.
Иван сидел на табурете неподалёку от проёма двери. Слыша, что Анна возится в соседней комнате, он хотел спросить её о том, куда складывать очищенный картофель.
Чтобы увидеть Анну, Иван потянулся к проёму двери, не вставая с табуретки, и заглянул в комнату.
Он увидел Аню, стоящую перед зеркалом. На ней не было никакой одежды. Но как она была прекрасна в таком виде.
Иван не мог оторвать взгляда от Анны. Ему хотелось немедленно вскочить с табурета и обнять её. Но силой воли он заставил себя тихо вернуться в исходное положение и продолжить чистку картофеля.
— Аня, куда складывать картошку? — как ни в чём, ни бывало, через пару минут спросил Иван.
— Я сейчас дам тебе чашку, — ответила Анна, входя из комнаты в кухню.
Прошло ещё немного времени и Анна с Иваном лакомились жареным картофелем, запивая его свежим молоком, которое всегда было в доме Анны.
В полдень они вновь направились гулять по городу.
Они шли под тенистыми деревьями, прячась от солнечных лучей. Минуя переулки и улочки, Анна с Иваном вышли на Коммунистическую улицу, которая была главной улицей города. Взявшись за руки, они шли к центру города, совершенно не обращая внимания на прохожих.
День был субботний. В это время на улицах города уже было много народа. Преимущественно это была молодёжь, у которой закончилась учёба в школах.
— У тебя мама, когда вернётся из Брянска? — спросил Иван. — Я хочу познакомиться с ней.
— Я не знаю, Ваня, — ответила Анна. — Она планировала погостить у сестры недели две. Одна неделя уже почти прошла. Наверное, в следующее воскресенье приедет.
— Когда мы утром были в твоей больнице, я подумал: «Как люди работают в больницах?» — сказал Иван. — Одни запахи лекарств чего стоят! Терпеть их не могу! А ещё больные люди вокруг! Вид у них какой-то заморённый. Ходят с кислыми лицами, хмурые. И все в халатах. Одни в белых, другие в серых. Никакой романтики! То ли дело у нас в авиации! Вокруг здоровые, хоть и не всегда, но улыбающиеся лица. Широченное лётное поле! Когда я смотрю на него и отдалённые лесочки и поля вокруг, то у меня всегда возникает какая-то необъяснимая радость от этого простора и красоты. И неважно, зима ли это и всё вокруг в снегу, или лето, когда всё цветёт и благоухает травами, цветами и запахами дубов и сосен. Когда я нахожусь на аэродроме, мне всегда хочется дышать во всю глубину своих лёгких. Это так здорово! Я тебя, как-нибудь, свожу на экскурсию к нам на аэродром. Попрошу разрешение у командира и отвезу на наш аэродром. Посидишь в кабине моего самолёта. Подышишь чистым воздухом лётного поля. Ведь я у тебя уже был на твоей работе. А ты на аэродроме ещё никогда не была. Хочешь побывать в такой экскурсии?
— Это интересно, Ваня! — ответила Анна. — Да, я никогда не бывала на аэродромах. Но относительно романтики, думаю, что ты не совсем прав. В каждой профессии есть своя романтика. Просто люди, выбрав свой путь в жизни, ошибочно считают только свою профессию наиболее интересной. Вот мою профессию медицинского работника никак я не могу назвать скучной и не романтичной. Мы спасаем жизнь людей. Лечащие врачи помогают людям восстанавливать здоровье. А вот хирурги, к которым отношусь и я, хирургическая медицинская сестра, и в самом деле часто спасают жизнь людям. Особенно наша профессия нужна вам, военным людям. Ведь, правда, же? Вон, Лена, заботится о том, чтобы все лётчики были здоровыми. Она не разрешит вам летать, если обнаружит отклонения в здоровье лётчиков.