И вот пантера вывела их на холм, с которого можно было обозревать панорамой весь древний затерянный город.
– Может здесь зарыт древний клад и наш с тобой удел раскрыть эту тайну? – пространным тоном проговорил и улыбнулся Сокольский, и окинул каменные далёкие за большой городской стеной строения разнообразной формы, в некоторых местах поросшие до середины мхом и дикорастущими цветами.
– Ага… два клада! – ответила София, и, посмотрев на юношу в цветастых шортах с чёрным карабинов в руках, усмехнувшись нежно добавила, – идём, потомок Индианы[12 - Индиана Джонс – всеми известный вымышленный археолог и искатель приключений.]. Нужно спуститься и посмотреть, что к чему. А вообще-то нужно что-нибудь съесть и взобраться во-о-он туда!
И София протянула последнее слово и указала пальцем на большую гору со скалами, возвышающуюся вдалеке, – оптимально для полного обзора. Не удивлюсь, если здесь есть люди и человеческие строения. Но я ошиблась, когда сказала, что остров большой. Похоже, он по размеру куда больше чем я себе представляла изначально.
– Если так, он отмечен на карте, и о нём по-любому знает цивилизованный мир! – уточнил юноша, начав медленный спуск с холма, аккуратно ступая ногами в траву и любуясь живописной долиной и древним каменным городом.
– Это ещё не факт! – ответила София, хитро улыбнувшись, и вспомнила предпоследнюю операцию и то, как АНБ пыталось тщательно скрыть полузатонувший остров в Тихом Океане, и найденные на нём следы разумной человеческой деятельности, насчитывающие более сорока тысяч лет до Рождества Христова.
Немного подумав, она, следуя за юношей, агент добавила – в мире, Александр, масса неизведанного, особенно в акватории Мировом Океане. Уйма островов опустилось под воду в связи с катаклизмами, цунами, тайфунами и прочими стихийными бедствиями, творившими бесчинства на протяжении десятков и сотен тысячелетий. Что-то стиралось с лица планеты случайно, что-то намеренно, – и, смотря на загорелую и местами поцарапанную спину юного агента с амнезией, загадочно улыбнулась и прошептала про себя, – а что-то скрывается и посей день.
То, что замалчивалось и пряталось АНБ от своих собственных американских граждан и от мирового сообщества, и то, что узнала София до вылета на операцию на Карибах, заставило сейчас в разгар тропической жары и полудня почувствовать холодок и мурашки, пробежавшие по телу. Вылетев на задание, которое завершилось провалом для АНБ, София намерена была переиграть в то, что должна была сделать в итоге – вернуться в истинный дом, при этом прихватив с собой информацию о проекте Наследие. Проект, который АНБ прятало тщательным образом долгие годы.
София превосходно сделала своё дело, используя всевозможные и все доступные для этого средства, порой выходя за рамки морали. Но сейчас перед ней стояла более важная задача в её списке приоритетов – выжить любой ценой, не умереть напрасно, унеся на тот свет бесценные знания.
Спуск не отнял много времени.
Оказавшись на широкой солнечной поляне, простирающейся по всей долине с дикорастущими пальмами, кустарниками и деревьями, перемежевавшимися с сочным ковром из более мелкой растительности, пара молодых людей двинулась к стенам каменного города.
Идя по низкорастущей траве, Сокольский, ощущая нескончаемые потоки палящих солнечных лучей и жару, давящую на организм как похмелье, посмотрел вперёд изучающим взором и нахмурил брови. Метрах в сорока от них возвышалась пара каменных идолов высотой чуть меньше десяти метров. Одна статуя была едва заметно наклонена ко второй, и походила на застывшую в вечном падении Пизанскую башню.
– Тебе это ничего не напоминает? – спросил юноша Софию. Та вертела головой словно локатором, отчего её волосы так и развивались локонами по сторонам, придавая девушке еще большую естественную красоту и сексуальность.
– Очень похоже на главные врата, – ответила девушка и обнаружила, что от каменных идолов расходятся стены, высотой метров пять-шесть, сложенные из плотно прилегающих друг к другу каменных блоков в стиле кирпичной кладки. Эти стены были скрыты высокими кустарниками, пальмами и прочей растительностью, надёжно окутавшей стену за прошедшие века.
– Маскировка что надо! – предложила София, – со спутника сложно будет распознать эти строения. Да и спутники не часто висят над этой местность.
Ещё стоя на холме, она заметила местами разрушенные и потрескавшиеся, а местами целые каменные блоки огромной стены, по форме походившие на идеальный восьмигранник, внутри которого и располагался загадочный потерянный город.
– Уж слишком правильное расположение входа относительно равноудаленности стен, сходившихся в углах, – подметил Сокольский, шагая и внимательно смотря на различные каменные изваяния, видневшиеся вдали за центральными воротами. Остановившись неожиданно, юноша с карабином в руках только сейчас заметил большие высеченные лица идолов. То, что они изображали, издалека сложно было рассмотреть, но сейчас.
– Это что, прикол местных аборигенов? – промолвил Сокольский с недоверием, глядя на исполинские каменные статуи.
– Не думаю, что ради забавы древние каменщики или те, кто вот это сделал, – промолвила София, оглядывая попеременно каменных исполинов и показывая пальцем на головы идолов, – ради забавы заморочились и стали бы высекать долотом эти формы.
– Везде они! Как в старых добрых легендах… – сказал Александр, стоя лицом к идолам, ощущая гнетущий солнцепек и тропическую жару, давящую на голову. Осматривая каменную голову, кардинально отличающуюся от человеческой, Сокольский неожиданно погрузился в подсознание.
…серая металлическая комната правильных размеров, вся усыпанная странными неизвестными памяти символами, как будто бы выплавленными на гладкой поверхности. Лёгкая вибрация, ощущаемая в затылке, в районе соединения мозга с позвоночником и голубое облако пульсирующего света, парившее в пространстве строго в середине металлического склепа.
Вдруг облако голубого сияния начало материализовываться в чёткие плавные формы и перед ним предстал трёхметровый…
Смутное, внезапно возникшее воспоминание прервал утробный нечеловеческий крик, издаваемый откуда-то сзади.
Парочка от испуга резко обернулась и замерла. Пока они стояли и любовались работой древних мастеров, канувших в лету тысячелетия назад, им, ничего не подозревающим, на встречу из глубины пальмовой рощи неслось около двух десятков зараженных людей, одетых всё в те же оранжевые комбинезоны.
Очередную партию намеренно выпустили на охоту, проверяя то, на что способен противник, ради которого пришлось устроить межконтинентальный перелет, потратив приличные финансовые и людские ресурсы. Но у вышестоящих людей с высоко извращенным интеллектом был свой собственный план на эту парочку.
– Шляпа! – прошептал Александр, моргая и смотря на то, как кричащие и бегущие в нелепых ломаных движениях безумцы спускаются с холма.
– Причём полная! – добавила София, и, приняв стойку для стрельбы, вскинув чёрный карабин, прицелилась и выстрелила.
Едва заметное облачко пламени выплеснуло из нарезного ствола пулю, и та, разрезая жаркое пространство со свистом, крутясь вокруг своей оси, спустя секунду впилась в голову одному из впереди бегущих зараженных.
Объект непроизвольно откинулся и упал замертво, примяв под собой траву. София едва заметно улыбнулась и начала отстреливать одного за другим бежавших на них безумцев. Одни бежали, другие падали от полученных в голову пуль. Третьи спотыкались об застреленных, кричали ещё громче, и, вставая, неуклюже двигались дальше.
Не прошло и пяти секунд после первого выстрела, как София заметила, что и Александр, приняв позу для стрельбы, начал укладывать одного безумца за другим прямыми попаданиями в голову. Те в последних судорогах падали на залитую солнцем травянистую землю долины.
Расстреляв половину обоймы, София опустила дымящийся ствол чёрного карабина и оглядела поляну, усыпанную телами. Машинально поменяв опустошенный магазин на полный, София обратила взгляд на юношу и нехотя заключила, – сначала один инфицированный, затем двадцать. С нами или играют, или проверяют нас.
Сокольский, с учащенным сердцебиением посмотрел на Софию взволнованным взором и проговорил, – ты слышишь?
– Что? О чём ты? – переспросила София и передёрнула затвор карабина, поправив свободной рукой тёмные волосы, налипшие на влажное лицо. Солнце жгло кожу и Софии казалось, что будет ещё жарче. Она как в воду глядела.
Вдруг, так же неожиданно, как и безумцами, на вершине холма раздался настолько мощный рёв, что птицы взлетели с пальм и кустарников, расположенных у стен города и полетели прочь от этого места. Пантера Кэтти, до этого метавшаяся возле ног Александра и Софии пустилась во всю прыть прямиком сквозь древние ворота в каменный город. София и Алекс переглянулись, и, очередной рёв, прокатившийся по долине и вызвавший прилив леденящего страха душу заставил их передернутся.
– Что будем делать? – прошептала София, машинально напружинившись, словно чёрт в табакерке, готовый в любой момент вырваться. Попутно скользя цепким взором от удивленных глаз Александра на холм и пальмовую рощу, из которой не так давно вышли они, София добавила, – нужно уйти с открытого пространства!
– Бежим в город, там и укроемся! – протараторил очевидное Сокольский, и быстренько попятился спиной к высоченным идолам, стоящим на страже у входа в затерянный каменный город.
– Нужен план! – проговорила София, посмотрев юноше в глаза и ища поддержки.
Будучи профессионалом, она не испытывала такого страха перед проблемами, в основном носившими лицо человеческое. Действия человека всегда можно проанализировать, просчитать, предугадать и опередить его поступки, выпады и нейтрализовать их. Но перед лицом дикой природы и неизвестного она испытала нормальный человеческий страх.
– П-п-против этого? – прошептал Александр, остолбенев и побледнев в одну секунду. Он коротко кивнул в сторону рощи и крепче сжал карабин в руках, – сомневаюсь, что у нас есть время на стратегическое планирование!
София как-то скептически посмотрела на юношу в красно-синих шортах в цветочек и, переведя взгляд в сторону пальмовой рощи, сразу же почувствовала то, как заныло внизу живота, а её тревожный колокольчик стал разрываться на миллионы частей, крича ей в ухо. Но нет, это был не он, это был Александр, это он кричал.
– Бежим! – ещё раз прошептал Сокольский, глядя на Софию, которая завороженно смотрела в сторону холма, где бездвижно стояло оно, и озирало долину и поляну, усеянную трупами в оранжевых комбинезонах.
Оно приметило двух живых людей, стоящих недалеко от входа в каменный город. Видя движение и жизнь, чуя плоть и кровь на расстоянии нескольких десятков метров, их запах и страх, трёхметровое создание, эксперимент генной инженерии, побочный неудавшийся продукт, рассвирепел пуще прежнего.
Огромные налитые кровью и дикостью глаза, размером с мяч для гандбола моргнули ресницами. С клыков, размерами напоминающих львиные, потекла тёмно-зеленая слюна. Издав утробный рык, слышимый теми живыми людьми оно пришло в движение.
– Валим! – снова прошептал юноша, глядя на получеловека-полуобезьяну трёхметрового роста, и аккуратно тронул Софию за руку.
Та резко одернулась, и, сглотнув комок подкатившего страха, кивнула и прошептала, – дайка мне сумочку дорогой!
– Что ты задумала? – усомнился юноша, снимая котомку с плеча и наблюдая за тем как нечто ужасное, покрытое местами волосами, шрамами и мощной мускулатурой тело начало медленно спускаться с холма. Это безумное создание остановилось, посмотрело на трупы, на них, живых людей свирепым взором и резко бросилось бежать к входу в каменный город.
– Подстава! – выпалила София, и, выхватив из рук Александра сумку, бросилась бежать со всех ног в каменный город, огибая кусты с цветами и зеленеющие папоротники.
Долю секунды Сокольский стоял на месте и ничего не понимал, глядя на то, как София быстро удаляется, а к нему, диким животным рыком несётся это чудище.
Опомнившись, юноша, засверкав пятками, помчался в каменный город.
Пробежав через главные ворота и сделав ещё несколько метров на бегу, слыша дикий животный рёв за спиной, он на мгновение остановился и понял – Софии нигде нет! Только лишь каменные строения разной высоты и форм, перемежевавшиеся между пальмами, окружали его.