– специалист по технике;
– заместитель амира;
– представитель подразделения (в его подчинении находилась группа секретных агентов и информаторов, а также агентов по вопросам экономики орагнизации).
Параллельно со сбором информации шло строительство боевой организации. Если для разведки использовались преимущественно местные жители, то при формировании боевых групп в «ИГИЛ» делали ставку на иностранцев. Отсутствие привязки к местности и населению, зависимость от руководства организации в вопросах материального обеспечения делали из иностранных бойцов идеальных исполнителей опасных и жестоких операций.
В конце 2012 года в провинции Алеппо создается несколько военных лагерей «ИГИ» (тогда под брендом организации «Джабхат ан-Нусра»). По рассказам местных жителей, переданных журналистами, участники этих лагерей выделялись скрытностью и жесткой дисциплиной. Они носили черные маски, что не позволяло точно определить их количество и происхождение. В основном в составе таких подразделений были выходцы из Саудовской Аравии, Туниса, Египта, Турции. К осени 2013 иностранных бойцов в рядах организации в провинции уже насчитывалось 2650 человек. Примером эффективного использования плана Хаджи Бакра стал захват в 2013 году города Ракка (Сирия). Весной 2013 года в городе, контролируемом бойцами «Джабхат ан-Нусра» и «Свободной сирийской армии», появился первый офис «ИГИЛ» (в апреле 2013 года произошел раскол между «Джабхат ан-Нусрой» и «ИГИЛ»), который занимался гуманитарными задачами, обучением и материальной помощью местным жителям. Параллельно в город начали прибывать опытные бойцы из Ирака. На противников организации в Ракка начались атаки. После того, как «ИГИЛ» удалось собрать необходимую информацию о городе и его жителях и сформировать боевое подразделение, 17 октября 2013 местный амир организации собрал на встречу всех лидеров общественных организаций города и потребовал от них сдать Ракку. Из 300 человек только двое выступили против, и впоследствии были убиты. Шейхи местных племен принесли присягу «ИГИЛ». Местные повстанцы были или выбиты, или разоружены.
Структура власти в «Халифате»
Даже на примере аппарата разведки, со всеми его департаментами, заместителями, четко видна особенность «ИГИЛ», которая на протяжении всей истории организации (начиная еще с 2006 года) выделала ее на фоне других повстанцев, радикалов и террористов. Эта особенность – стремление сразу создать постоянные жесткие административные структуры, вместо сбора бесчисленных ситуативных союзов и коалиций (как это делали светские повстанцы из «Свободной сирийской армии»). С самого начала руководители организации строили свою работу так, чтобы после захвата территории развернуть аналогичные государственным структуры управления и контроля. Эти структуры навязывались независимо от размеров и особенностей захваченной территории. И в селе, и в отдельном районе большого города, после перехода под власть «ИГИЛ» сразу же разворачивались шариатские суды, вводились налоги, формировались военные структуры. Американский исследователь терроризма Аарон Зелин в работе «Interpreting the Fall of Islamic State Governance» разделил тактику и функциональная нагрузка на административный аппарат «ИГИЛ» в зависимости от степени контроля территории.
Своего апогея стремление «ИГИЛ» к построению государственной структуры достигло в проекте «Халифата», стартовавшего с июня 2014 года. Структура «Исламского государства». Состоит из следующих элементов. Во главе стоит «халиф», который «защищает и распространяет религию, защищает землю, укрепляет фронта, готовит армии, побуждает людей к следованию законам шариата». Он имеет всю полноту политической, религиозной и военной власти в организации. Для выполнения этих задач, халиф имеет в своем подчинении «Совет Шуры» – коллективный консультативный орган, состоящий из членов организации, которые имеют «авторитет в организации, управленческий опыт, религиозные знания и высокие моральные качества». Члены совета играют роль советников руководителя, составляя так называемый уровень стратегического планирования в организации.
Для посредничества между халифом и административными единицами организации, в структуре существует другой коллективный административный орган – «Комитет уполномоченных». Члены «комитета» руководят соответствующими административными структурами «ИГ», от министерств (диванов в терминологии «ИГ»), департаментов, отдельных служб (в терминологии «ИГ» «мактаб» или «хейят») до административно-территориальных единиц (вилайетов), в которых дублируются центральные административные органы и их функции. На июнь 2017 структуре «ИГ» действовало 14 центральных диванов, распределенных в 35 вилайетах (19 в Сирии и Ираке и 16 за пределами стран «ядра»), а также 5 отдельных служб и управлений. Диван – центральный административный орган в структуре «ИГ», отвечающий за работу в определенной сфере (военная, эконмическая, медицинская и т.д.). Центральные диваны имеют всю полноту власти в том числе и на местах.
Провинции «ИГ» в Сирии и Ираке
В целом структура управления подконтрольными «ИГ» территориями и сферами общественной жизни очень централизована. Интересно отметить, что большая часть диванов повторяет функционал традиционных для современных национальных государств министерств, но существуют и уникальные, например, ведомство трофеев, которое занимаются распределением военной добычи.
Перечень диванов (министерств) и служб в структуре «ИГ». 2015—2016 годы[66 - «The Structure of the Caliphate. http://jihadology.net/2016/07/06/new-video-message-from-the-islamic-state-the-structure-of-the-caliphate].
Руководители «ИГ» не ограничились простым введением новой структуры управления, но сразу приступили к организации всех сфер общественной жизни согласно собственному плану. С первых дней новой власти меняется система образования, ответственность за которую возлагается на Диван ат-Таалим (Образовательное ведомство). На начальном этапе работники дивана занялись аудитом действующей системы образования, после завершения которого часть учебных заведений была закрыта, часть же, а именно те школы, которые отвечали образовательным стандартам «ИГ» и учили детей по программе организации, оставались открыты для посещения. Изменения коснулись второго крупнейшего вуза в Ираке – Мосульского университета (до 2014 года – 30 000 студентов, более 700 преподавателей и работников). В течение трех месяцев, до 18 октября 2014 года, в университете проходила проверка, по результатам которой были закрыты целые направления:
– колледж прав человека, политических наук и изящных искусств;
– департаменты археологии, физической культуры и философии;
– департаменты менеджмента туризма и гостиничных институтов[67 - Aspects of Islamic State (IS) Administration in Ninawa Province: Part I. http://www.aymennjawad.org/15946/aspects-of-islamic-state-is-administration-in].
Провинции «ИГ» в мире
Из учебного плана были изъяты такие предметы, как демократия, культурология, право, фантастика и театр на французском и английском языках, кафедры переводов, любые предметы и темы, связанные с идеями «национализма, расизма, псевдоисторических событий, ростовщичества, географического разделения и всего, что противоречит шариату» (из официального приказа «ИГ» – прим. авт). В то же время оставались старые дисциплины и предметы, по которым проходили экзамены. Например, студенты медики обязаны были по окончанию первого года обучения по новой программе сдавать экзамены по таким дисциплинам, как социальная медицина, паразитология, микробы, хирургия, радиология, психология, поведенческие науки, этика, педиатрия, акушерство и другие.
Был изменен и сам процесс обучения. Все студенты были разделены на мужские и женские группы, из кабинетов и книг были убраны изображения и названия, связанные с республикой Ирак, ее символика, и все это заменено на символику «ИГ» и нового образовательного ведомства. По словам жителя Мосула[68 - After the Caliphate: Interview with Omar Fawaz. http://www.aymennjawad.org/2017/06/after-the-caliphate-interview-with-omar-fawaz], после захвата города «ИГ» многие жители отказывались посылать детей в школы из-за того, за обучение нужно было платить деньги, которых у людей просто не было. Сами преподаватели изредка получали зарплату. Многих из них просто сократили.
Особое внимание система образования в «ИГ» уделяла воспитанию детей в соответствии с идеологией «нового государства». На подконтрольной территории действовали специальные программы подготовки детей, особенно сирот. Дети от 3 до 16 лет, преимущественно шииты и язиды, собирались в специальных лагерях, где проходили идеологическую и военную подготовку. В этих лагерях, часто на базе бывших сиротских приютов (например, приют в районе Зухур, восточный Мосул), создавались специальные группы подготовки так называемых «Львят Халифата». В этих группах детям преподавали такие дисциплины, как история, арифметика, английский язык и другие базовые предметы. Кроме этого, детей обучали приемам рукопашного боя, обращению с оружием и т. д.[69 - Cubs of the Caliphate – Wilayat Dijlah. http://jihadology.net/2015/07/22/new-video-message-from-the-islamic-state-cubs-of-the-caliphate-wilayat-dijlah/]
Кардинально изменилась система правосудия в Мосуле. Суды, действовавшие до прихода «ИГИЛ» заменялись на «шариатские», правосудие в которых базировалось на следующих основных принципах:
– бескомпромиссность («отрицание наличия веры у тех, кто не подчиняется правосудию «Исламского государства»);
– необходимость безоговорочного подчинения законам шариата;
– использование религиозной доктрины в качестве ориентира («тот, кто не судит по тому, что ниспослал Бог – неверующий, даже если он постится, молится и считает себя мусульманином»);
– исключительность и неоспоримость используемых законов («не существует законов лучше закона Бога и другие законы, и правила должны игнорироваться»)[70 - Archive of Islamic State Administrative Documents. Specimen 1C: List of hudud punishments (Aleppo Province) – http://www.aymennjawad.org/2015/01/archive-of-islamic-state-administrative-documents].
Была введена новая система наказаний за нарушение правил и норм «ИГ».
Наказания за нарушение правил и норм «ИГ»
Пример судебного решения суда «ИГ»
Справка: Пример судебного решения суда «ИГ» по делу задержанного местного блогера. В решении, составленном на официальном бланке судебного ведомства указывается, что на имя шариатского судьи шейха Абу Бакра, который отвечает за рассмотрение исков, связанных с дорожными и уголовными преступлениями, поступил иск, ответчиком по которому является Омар Фаваз Мухаммад (блогер, освещающий на своей странице в Facebook жизнь в Мосуле под властью «ИГ»), а истец – служба безопасности «ИГ». В иске было выдвинуто подозрение в связях блогера с иракским правительством. Судья после рассмотрения дела принял решение: запретить ответчику доступ в Интернет и выпустить его из-под стражи. Основой для такого решения стало отсутствие доказательств против Фаваза.
Миллионный город, в котором после захвата «ИГ» осталось огромное количество населения, требовал постоянной стабильной работы городских коммунальных служб. Для этого «ИГ» существовал диван аль-Хидмат (Ведомство ЖКХ), который занимался водоснабжением, электроснабжением, ремонтом дорог и санитарными услугами на платной основе. Новые власти ввели новые расценки на коммунальные услуги, подготовили и опубликовали новые санитарные правила. За уборку мусора каждый дом обязан был платить 2000 динаров ($ 1,75), а магазин – 5000 динаров ($ 4.40). Если человек откажется платить или нарушал правила и «выбрасывал мусор не в предназначенное для этого место», на него выписывали штраф в 25 000 динаров или сажали под стражу. Санитарные правила также регулировали статус парков и скверов в Мосуле. В специальных распоряжениях указывалось, что «общественные сады, улицы и освещение защищены властью, не должны подвергаться разрушению, так как они созданы для обслуживания общественных интересов»[71 - Aspects of Islamic State (IS) Administration in Ninawa Province: Part I. http://www.aymennjawad.org/15946/aspects-of-islamic-state-is-administration-in]. По-своему в «ИГ» пытались решить проблему коррупции в коммунальных службах. Отдельным распоряжением запрещали гражданам за уборку мусора платить больше официально указанной суммы, так как среди бойцов «ИГ» практиковалось вымогательство или намеренное завышение платы за предоставленные службами услуги с целью личной наживы. В другом распоряжении запрещалось членам «ИГ» посягать на собственность мусульман, будь то арабов или курдов, или еще кого-то[72 - Aspects of Islamic State (IS) Administration in Ninawa Province: Part I. http://www.aymennjawad.org/15946/aspects-of-islamic-state-is-administration-in].
Для жалоб, в том числе и на членов «ИГ» в городских мечетях были установлены специальные урны.
Регламентировалась также работа самих коммунальных служб. Новые трудовые нормы обязывали служащих быть на работе в определенные для этого часы, а в случае отказа или неявки работники увольнялись, а их собственность конфисковалась по решению суда. Работа служб ориентировалась на четкое выполнение поставленного руководством плана. В начальный период работы дивана руководители «ИГ» обязали работников провести в срочном порядке ремонтные работы более 300 км. городских улиц, а также обеспечить вывоз 600 тыс. тонн мусора, который накопился за 10 месяцев. Согласно принципу «кнута и пряника», кроме жестких норм и новых тарифов, в своей внутренней политике «ИГ» использовало поощрения местных жителей. Например, «ИГ» компенсировало жителям, чьи дома пострадали от авиаударов коалиции в среднем по $ 65 000 за один разрушенный дом. Всего около $ 100 млн. было направлено на обеспечение коммунальных услуг и благоустройства города[73 - The Islamic State’s Services Department in Mosul and Ninawa Province http://www.aymennjawad.org/2015/07/the-islamic-state-services-department-in-mosul on-in].
Особое внимание уделялось организации торговли и производства в Мосуле. Ресурсами на подконтрольных «ИГ» территориях распоряжалось специальное ведомство – Диван ар-Риказ. Целью работы ведомства было «обеспечить возможностями для трудоустройства мусульманскую молодежь и материально поддержать Исламское государство за счет местных ресурсов, так как производственная и экономическая деятельность является одной из важнейших причин победы над иностранной гегемонией». Все ресурсы на подконтрольной «ИГ» территории делились на три большие группы: нефть и ее производные, металлы и машины. Согласно информации от Омара Фаваза, за 10 месяцев работы, диван смог самостоятельно обеспечить до 60% внутренних потребностей «ИГ» исключительно за счет имеющихся ресурсов. Продолжили свою работу фабрика по производству бутылок с водой, газированных напитков и соков, текстильная фабрика, фабрики по производству льда, завод по производству пластмасс, завод по выпуску легковых автомобилей, небольшие заводы по переработке нефти. Была открыта общественная компания по производству домашней мебели по сниженной цене. На половину мощности работал завод по производству цемента (1200 тонн в день), по цене в $ 100 за тонну[74 - https://justpaste.it/isistelabyad2013]. Еще одним проектом данного дивана стало открытие новых заправочных станций, на которых реализовывалось топливо по цене ниже средней по городу[75 - The Islamic State’s Diwan al-Rikaz in Mosul. http://www.aymennjawad.org/2015/07/the-islamic-state-diwan-al-rikaz-in-mosul]. Даже в условиях войны «ИГ» удавалось держать цену на бензин на уровне 1400 – 1500 динаров литр, что было ненамного дороже, чем на подконтрольной правительству части Ирака – 900—1000 динар за литр[76 - http://www.almadapress.com/ar/news/38037/%D8%AF%D8%A7%D8%B9%D8%B4-%D9%8A%D9%81%D8%AA%D8%AA%D8%AD-%D9%85%D8%AD%D8%B7%D8%A9-%D8%AA%D8%B9%D8%A8%D8%A6%D8%A9-%D9%88%D9%82%D9%88%D8%AF-%D8%B4%D9%85%D8%A7%D9%84%D9%8A-%D8%A7%D9%84]. Потребности частично покрывались за счет месторождений в районе Мосула, а частично благодаря ввозу нефти с месторождений в Сирии (провинция Дейр эз-Зор). Часть заправочных станций в городе была конфискована, если владельцем оказывался христианин, шиит, или человек, покинувший Мосул. Такие станции позже передавались в аренду на публичном аукционе (в 2014 году такие аукционы прошли в районах Джазлани и Зафака в Мосуле) на условиях трехмесячной аренды и полного сохранения станции и ее содержания[77 - http://www.almirbad.com/news/view.aspx?cdate=16012015&id=1d7420be-f69c-45b8-a81d-023efb85c13c A85e]. Not signed in
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: