Мужчина даже не привстал. По телевизору, который стоял на шкафу под потолком, шёл какой?то ситком начала двухтысячных и, по мнению Бориса, это было куда интереснее того, что творилось за стенами.
В металлическую дверь постучали, но мастер лишь поёрзал на стуле, разминая затёкший зад.
Стук становился настойчивее, и, так как пульт от телевизора потерялся, а слов героев сериала из-за шума было не разобрать, мастеру пришлось встать и дойти до двери.
Отперев замок и толкнув дверь, Боря увидел на пороге высокого мужчину в чёрном плаще до земли. Тонкая кожа, белая, словно свежая дорожная разметка, обтягивала череп. В тёмных глазах подёргивался бледный огонёк.
– У вас написано: «Работаем круглосуточно», – немного раздражённо произнёс человек в дверях.
Боря пожал плечами, затем зевнул и лениво произнёс:
– Что там у вас?
– Колесо замято, и спица вылетела. Я очень спешу, не могли б вы быть немного расторопнее?
Боря ещё раз зевнул, но на этот раз так сладко, что человек не выдержал и зевнул в ответ.
Мастер щёлкнул выключателем, и на улице загорелся жёлтый фонарь, осветив всё вокруг. Прямо перед шиномонтажом была припаркована накренившаяся на один бок колесница, запряжённая парой вороных лошадей. Из их ноздрей вырывался горячий пар. Совершенно невозмутимый Боря зевнул в третий раз. Даже лошади не смогли устоять и повторили за ним.
Подойдя к колеснице, мастер неуклюже пнул замятое колесо и присвистнул.
– Тридцатый радиус. В копеечку встанет, – причмокнув губами, констатировал он, глядя на ночного клиента.
– Да плевать мне, сколько это будет стоить! Вы сможете починить? – тип явно был не в духе.
– Ну-с-с-с. Вообще?то обычно мы таких работ не делаем. По-хорошему, вам к сварщикам или кузнецам.
– Ночью работаете только вы, – мужчина в чёрном злобно прожевал эти слова, явно понимая безысходность своего положения.
– Могу отстучать молотком и приварить спицу, но гарантии на сварку не даю – не моя специальность, – развёл руками Боря.
– Делайте! Только быстрее, умоляю!
– О’кей, босс, – с этими словами Боря вразвалочку пошёл за домкратом.
Колесо снялось не с первого раза. На пневмопистолет не было нужной насадки, гайку пришлось откручивать газовым ключом. Каждую дополнительную операцию Боря педантично записывал в тетрадку.
Ремонтируемая деталь была небрежно брошена на стол к рыбьим очисткам.
– Можно аккуратнее? Этому колесу почти пять тысяч лет, его сделали из вавилонской стали! – всё больше выходил из себя посетитель, но Боря в очередной раз смерил его простодушным взглядом.
Мастер навернул около тридцати кругов вокруг стола, с профессорским видом прикидывая план будущих работ. Клиент то и дело поглядывал на настенные часы, цокал языком и уже досконально изучил все выцветшие плакаты с голыми женщинами, которыми было обклеено помещение. Где?то вдалеке слышались звуки сирены.
Наконец Боря взял в руки молоток и начал стучать. Стучал он долго, с разной силой, периодически проверяя на глаз ровность и округлость. Затем проделал ту же операцию с отвалившейся спицей, которая была согнута в вопросительный знак.
Когда колесо снова обрело форму обруча, Боря ушёл в соседнюю комнату. Оттуда стали доноситься звуки передвигаемых вещей и лёгкий профессиональный мат, не адресованный никому лично, но обязанный быть услышанным, чтобы присутствующие поняли, как сильно напрягают мастера. Сирена приближалась.
Наконец Борис вернулся: одна его рука тянулась к полу под весом сварочного аппарата, а вторая держала пачку каких?то древних электродов времён перестройки.
Сварочной маски у Бори не было – он просто отворачивался от вспышек и щурился, стараясь попасть электродом в места соединения. Когда дело было сделано, колесо потеряло всю элегантность и внутренней стороной напоминало скорее хулахуп, но вполне могло ещё послужить.
– С вас семьсот рублёв, – зевнул в очередной раз Боря, а затем добавил: – Балансировка нужна?
– Не надо, ничего мне не надо, просто прикрутите, и я поеду!
Сирена была уже близко. Буквально в паре километров. Боря пожал плечами и, поставив колесо на место, начал прикручивать гайку.
В какой?то момент гайка перестала крутиться.
– Резьба замялась, нужно плашкой пройтись, – лениво произнёс мастер.
– Не нужно! Держится?
– Шататься будет.
– Плевать. Вот ваши деньги! – мужчина вынул из кармана золотую монету и кинул Борису.
– Это что?
– Шумерское золото.
– И что мне с ним делать? Рублей нет?
Мужчина вскинул руки к небу, попросив у него терпения, затем достал кошелёк и отсчитал Борису ровно семьсот рублей. Потом залез в колесницу: в одной руке из воздуха возник кнут, в другой – огромная коса, лезвие которой блеснуло лунным светом. Он занёс кнут, но ударить не успел. Рядом по дороге промчалась машина скорой помощи с включёнными мигалками и сиреной.
– Вот чтоб тебя! – выругался худой тип в плаще и опустил руку с занесённым кнутом.
– Что такое? – неохотно поинтересовался Боря.
– Не успел…
– Бывает. Поверьте, оно ведь к лучшему. Зато сейчас вам шпильку прокрутим, потом отбалансируем – будете нормально ездить, не переживая за безопасность. Может, кофе?
– Можно, – понуро ответил мужчина, слезая с повозки.
– Заходите, присаживайтесь, чувствуйте себя как дома.
Боря поставил чайник, достал из шкафа банку «Нескафе» и, встав на стул, сделал телевизор погромче.
– В нашем деле главное – сервис! – гордо заявил он и прошёлся тряпкой по гостевому креслу. – А спешка – она ни к чему. Можно ведь и на тот свет попасть, если сильно спешить.
– Да уж, попадёшь с таким сервисом, – негромко проворчал посетитель и развалился в кресле поудобнее.
Этой ночью не было зафиксировано ни одного смертельного случая.
Конечная станция
Поезд дёрнулся шесть раз, прежде чем сделал окончательную остановку. Славка считал, загибая пальцы: один, два, три… Он всегда так делал, когда приезжал погостить в родной город.