Наше наслаждение друг другом было похоже на тягуче-изящный танец в полутьме, с гитарными рифами, темно-красным шелком удовольствия, и колеблющимся светом свечей в редких кованных светильниках из кованной черной стали…
Вот такой мир мы создали из наших ощущений… Почему «мы»? Да все просто – самое лучшее, что произошло у нас – это то, что мы взаимно почувствовали друг друга. Да, может, образы у неё были иными, но сила эмоционального воздействия – похожа…
Другое дело, что при этом уровень удовольствия был только чуть выше среднего. Но для первой встречи, первой близости очень высокая планка.
Ласки у нас продолжались ровно до той черты, когда у девушки физиологическая усталость начинает давить эмоциональный подъем. Да и я уже начинал уставать.
В близости очень важно не только хорошо её начать, но и вовремя остановиться. «Похмелье» и здесь не очень приятно.
В общем, должен сказать, что наше свиданье удалось.
Но её уход с последним «прости-прощай» в логику знакомства никак не вписывался. Если брать только наши отношения.
Значит, что-то извне. Она ушла не от меня. Она ушла из-за меня…
Рыдать не буду. Хотя жаль. Могла бы состояться милая история. Пусть и не очень долгосрочная, но интересная…
Больше всего жаль, что загадки, которые она мне показала, так и остались не разгаданными.
Впрочем, жизнь интересна не только открытиями, но и непознанным. Даже в личной жизни!
Часть вторая
Глава 8
Он
Правильно говорят: надо решать проблемы по мере их появления. Но кто ж знает, когда эти проблемы возникнут. И где.
Пару дней назад, проснувшись в одиночестве, я решил: «Всё! Лирику – по боку! Личную жизнь – на дальнюю полку! Голова должна быть занята другим!»
Тогда я определил главные задачи на ближайшее время.
Надо было определиться, что делать дальше. Выйдя в одну дверь, совершенно не означает, что ты входишь в другую.
Собственно, больших проблем с трудоустройством я не видел. Вопросов к моему профессиональному уровню никогда не возникало. Друзей, которые много раз клялись помочь, если что, тоже было в избытке. Тем более, что многим из них я помогал, когда обстоятельства их припирали к стенкам. Да еще к каким! Помогал, естественно, совершенно бескорыстно. Так что, как я полагал, достаточно было только позвонить, договориться о встрече… Всё решится быстро и эффективно!
Кстати, я же не просто так шел. Были у меня идеи. Проекты. Даже отснятый материал.
Как мне казалось, я был завидной невестой с приданым!
Решил сразу пойти с козырей. Позвонил Сёме. Это между своими он Сёма. А так его величают Семен Иосифович Палый. Именно так. Все же генеральный директор акционерного объединения закрытого типа «Творческо-производственное объединения „Смотри!“».
Но я его мог называть Сёма. Малого того, что мы были почти ровесниками. Но еще несколько лет назад, когда никаких акционерных обществ не было, а о самостоятельных ТПО (творческо-производственных объединениях) и слыхом не слыхивали, а все трудились в едином порыве в Государственном теле-радио-комитете, мы Сему дружно пытались пристроить в качестве режиссера. Самостоятельные творческие работы у него были. Интересные. Как внештатника. Это начальством поощрялось. Но вот то, что у Семы не было специального гуманитарного образования, а светился только диплом инженера средненького провинциального вуза, играло против него. Не был Сёма не то что членом партии, но и в комсомол он не удосужился вступить – тоже начальство не вдохновляло. И, наконец, пусть и не гласно, занозой торчал пятый пункт[1 - В анкетах, которые заполнялись для поступления на работу в СССР пятым пунктом бул вопрос о национальности. В просторечие, когда применяли оборот о «пятом пункте», имели ввиду проблемы, возникавшие у евреев.] Сёмы. Может в разгар перестройки, когда вожжи уже отпустили, каждый из этих факторов и не был бы существенным. Но все вместе начальству, воспитаннному в лучших традициях советской кадровой политики, как-то не позволяло пойти на решительный шаг.
В общем, побившись за хорошего парня и талантливую творческую единицу, мы (я и еще пара моих молодых прогрессивных коллег-репортеров) решили, что раз не получилось в лоб, надо гору обойти.
Я позвонил ребятам из модной публицистической программы, которой засматривался весь Союз и рассказал, в чем дело.
С Сёмой встретились, поговорили, посмотрели, порядили… Помимо того, что ведущие этой программы были популярнее кинозвезд того времени, был у них и еще один козырь. Практически каждый из них имел мощный тыл в лице папаш с большими звездами на погонах, работавших в очень серьезных органах, которые в силу негласности службы, никогда форму не носили (во всяком случае на людях).
В конце концов, Сёму мы пристроили. Он прижился. Да так, что с начала новых времен – построения эры независимой России, создаваемой на основе частной собственности и борьбы с пережитками социализма – Сёма не только стал ведущим режиссером новой творческой фирмы с ярко выраженной коммерческой составляющей, но быстро начал пробиваться наверх к рычагам власти. С переходом инициатора и главного акционера авангарда частнопредпринимательского движения в руководители ведущего канала, Сёма неожиданно для многих вдруг стал Генеральным директором этого творческого объединения.
«Смотри!» не только делало рейтинговые программы в прайм-тайм ведущего канала, но и не хило подобрало под себя бурно развивающий рекламный бизнес.
Злые языки поговаривали, что Сёме помог в таком скачке «серый кардинал» современного руководства всего телевещания Артем Осиновский.
Но мне эти детали были не интересны. Помог так помог. Мне же лучше. Меньше проблем с реализацией моих планов.
Я набрал номер с визитки украшенной солидным двуглавым гербом, которую Сёма самолично мне вручил на недавней тусовке по случаю четырехлетия образования ТПО. Мы с ним выпили по фужеру водки за новую демократическую журналистику и за победу над замшелыми красно-коричневыми ретроградами от творчества. А потом, он вручил мне эту свежеотпечатанную карточку (назначили его всего за пару недель до тусовки) и пригласил, если что, без стеснений обращаться напрямую.
На визитке выпуклыми буквами было написано его имя, должность, а чуть ниже – рабочий телефон. Потом еще один, но длинный, с пометкой «мб». Что это такое, я понял не сразу. Только чуть позднее дошло, что Сёма, как полагается новому русскому, обзавёлся новомодным мобильным телефоном. Впечатляет! Ну совсем, как госчиновник. Или крутой бандит! По Москве даже ходила шутка, что сейчас надо машину покупать под мобилу, а не наоборот. В копеечку вылетает этот аппаратик. И сам аппарат, и оплата за пользование.
Я взял трубку и стал набирать номер: 257….
О, значит, сидят в «Останкине». А там – недешевая аренда… Впрочем, с таким ого-го оборотом, они могут позволить себе…
Быстро нажал на кнопки новомодного аппарата, набирая оставшиеся цифры.
Этот аппарат был предметом моей гордости. Не мобила, конечно, но бельгийский, с подсветкой кнопочек. Никаких дисков. Я еще нашёл дорогущий спиральный шнур метра на три для трубки. Теперь мог спокойно разгуливать по комнате, не привязываясь к одному месту.
Сейчас мне ходить не хотелось.
Я сел в кресло, как только раздались длинные звонки. Повезло, что сразу дозвонился.
– Алло! – трубку подняла секретарша, – Приемная генерального директора творческого объединения «Смотри!» господина Палого.
Все как у взрослых. Хорошо вымуштрованный голос. Мне даже показалось, что знакомый. Впрочем, у нынешних секретарш все голоса на один тон.
Я представился и сказал, что мне нужен Семен Иосифович.
Надо отдать должное – секретарша не спросила, по какому вопросу. Просто попросила быть на линии. И тотчас в трубке зазвучала классическая мелодия. Ну правильно, не шлягер же типа «Ксюша, Ксюша, Ксюша, юбочка из плюша» будет запускать солидная фирма. Григ куда как уместней.
– Аллё!! Олежик!!! Привет старик! – Сема, если поверить его тону все время после нашей встречи просто только тем и занимался, что ждал, когда раздастся от меня звонок. Я, конечно, не купился на этот восторженный прием – не первый год замужем. Но то, что Сёма показал, что у нас отношения неформальные, как это могло бы быть при получении власти и денег, а такие же, как и были, не скрою, мне понравились! Значит, можно было строить разговор без политеса. Проблем с переходом в его модную фирму возникнуть тоже не должно!
А Сёма продолжал в трубку тараторить:
– Как дела? Как жизнь? Что не заглядываешь? – и вот это был хороший повод остановить поток.
– Так вот и звоню, чтобы в гости напроситься!
– Считай, что напросился! Когда сможешь прийти?
– Тогда, когда ты сможешь принять. Думаю, что у тебя график более напряженный, чем у меня.
Он засмеялся в трубку.
– Это точно. Текучка заела. Оказывается, быть начальником – это очень хлопотное дело!