– Еще немного, и я тебя начну жалеть! – Сёма снова захихикал. Кроме его смеха послышалось шелестение бумаги. Наверное, в ежедневник заглядывал.
– Ну вот, завтра к 14.00 подъехать не сможешь?
– Мне будет очень трудно… Но для тебя я постараюсь!
– Достойный ответ! По рукам! Договорились!
Утром я решил подготовиться. Выбрал несколько заявок на программы, которые, как мне казалось, были в тему; видеокассету уже готовой «пилотом». Ребята из аппаратной с огромным трудом перегнали мне её с профессиональной двухдюймовой ленты на бытовую VHS-ку. Оделся демократично, в модные вареные джинсы, такой же «вареный» балахон с зелеными отворотами вниз. Конечно, не кооперативный самострок – мне это из Польши при случае завезли. На ноги – бразильские мощные ботики из выварочной кожи с декоративными крюками вместо дырочек для шнурков и на толстой рельефной подошве. Я их любил за то, что были они брутальными на вид, но при этом легкими и пружинистыми. Ноги не уставали. Для весенней сырости как раз.
Прикид получился вполне модерновый. Не чиновничий с костюмом. Сразу видно – человек творческий! А с другой стороны – без претензий на сверхавангард. Вполне в духе времени.
Бумаги сунул в сумку – планшет-торбу, надел куртку и с запасом минут в 15 двинулся в сторону «Останкино».
Чтобы не рисковать – дороги по весне у нас, как обычно превращались с аттракцион: «Не потеряй колесо в яме!» – я решил поехать на метро. Правда, до метро еще минут 20 надо было тащиться на автобусе. Ну да ладно, ради такого случая потерпим!
У метро, как всегда, куча коробейников. Расположив свой товар на ящиках, они наглухо забили все подходы к лестнице. Свобода предпринимательства. Хотя, надо отдать должное, временами встречается что-то путное.
Но по-человечески достает. Может, это у нас менталитет такой, что торговля – это не самое главное в жизни. Торговаться не очень принято. В других городах и весях полный респект любому лоточнику. А мы, хотя уже пятый год, как полная разлюляй-торговая-малина, а до этого еще пять лет перестроечно-кооперативного ренессанса увядающего советского строя, все никак свое отношение не поменяем. Мы, это понятно, не всё население страны, а определенный круг людей, который не все сразу принимает. Хотя, может, я и не прав?
Ладно, время покажет.
А пока, протиснувшись между новоявленных предпринимателей на начальной стадии накопления первоначального капитала, мне все же удалось попасть ко входу в метро.
Днем народу было немного, и я со спокойной совестью достал газету и стал пробегать глазами публикации. Читать вдумчиво не хотелось – концентрацию потеряю. Хотя вроде все на мази, все же сосредоточиться перед разговором не помешает.
Расчёт по времени оказался точным. За пятнадцать минут до назначенного срока я показывал своё удостоверение милиционеру при входе. Его я, конечно, и не собирался сдавать при расчете. Сказал, что потерял, заплатил штраф. Зато сейчас ни от кого не завишу, чтобы мне заказывали разовый квиток!
После поста пошел к лифтам… У стеклянных дверей пред лифтовым блоком – большая фотография невинно убиенного руководителя Канала… Двери кабинки раскрылись, как только нажал на кнопку. Повезло! Обычно приходится ждать, пока кто-то спустится… 8-й этаж. Направо… Ого, они уже и солидную дверь под натуральное дерево поставили. А, может, это и есть натуральное? Не суть…
Открываю дверь. Приемная не большая, но сделана в стиле кричащего евроремонта. Хай такой тэк, что сразу задумываешься не о том, как дизайнеры сработали, а сколько баксов за это выложили заказчики! А главное – зачем?
В евро стиль по фен-шую вписан, по требованию времени, портрет с траурной лентой… Здесь понятно… Все же основатель…
– Олег, здравствуйте!
Секретарша сидела, не как обычно в приемных – у окна, а справа от входной двери, за высоким декоративным (кто бы думал, что будет иначе!!!) бюро. Поэтому я её и не увидел сразу. Вот она не только увидела, а поняла, что я – это я. Узнавание по расписанию? Или знает? Мордашка знакомая… Но на телевидение всегда кого угодно где-то видел.
А так у девушки стандартный вид человека на этом месте – белый верх, черный низ, круглое личико, прическа – без социальных вызовов и потрясений. И не скажешь, что это творческая контора с претензиями на революцию в телепроизводстве.
– Здравствуйте! – как можно радушнее поприветствовал я. Терпеть не могу всякой распальцовки по отношению к людям на вспомогательных должностях. Так крутость свою демонстрируют только закомплексованные ничтожества!
– Вот вешалка – раздевайтесь.
Понятное дело, что внизу в гардеробе я одежду не оставил. Не принято. Это для гостей. И не в пижонстве дело. Не знаешь, как долго ты задержишься. А гардероб не круглосуточно работает.
Когда я скинул куртку и приготовился подождать – пришел-то с небольшим, но запасом, – аккуратная привратница вдруг пригласила:
– Проходите! Вас ждут! Вам кофе или чай?
– Чай, – буркнул я, не скрывая своего удивления. Причиной удивления, разумеется, были не напитки, а то, что меня сразу пригласили, без протокольного ожидания. Еще один плюсик! Своих не маринуют у дверей, давно известно!
Я зашел в кабинет. Интерьер построже, не такой авангардный, как в приемной. Стол самого Большого начальника слева завален бумагами и кассетами, справа стоит монитор компьютера.
Приставленный к нему «совещательный» стол, тоже завален всякими бумагами с напечатанными текстами и уже правками ручкой, раскадровками с рисунками и надписями от руки. А поверх всего стояли вазочки с печеньками и конфетами. По степени расходования содержания вазочек было понятно, что это не декоративное украшение.
На столе, самом собой, фото с траурной ленточкой. Но почему-то повернута в сторону посетителя.
Сам Семён на убитого горем человека был мало похож! Он «утонул» в кожаном вращающимся кресле и, упершись коленкой в край стола, покачивался, как на качелях. Одной рукой он что-то набирал на клавиатуре. Другой разворачивал ириску. Плечом с помощью какого-то специального приспособления придерживал трубку у уха. Картину деятельности сверх занятого менеджера конца 20 века довершал мощный новомодный мобильный телефон и пара пейджеров, которые лежали у старинного бронзового чернильного набора, изображавшего орла перед прыжком. Полное смешение киношно-американского стиля с нижегородским купеческим!
Увидев меня, он той рукой, что разворачивал конфету, замахал приветственно и показал один палец, очевидно обозначая, что ему надо еще минутку, чтобы закончить разговор, а потом этим же пальцем указал на стул у «совещательного» стола, приглашая садиться.
Ну, что ж, мы тоже без «церемоний»: приглашают – садимся.
– Ладно, ты завтра мне отзвони, все решим… – это он в трубку. – Привет! Рад тебя видеть. Хорошо, что зашел!
– Привет! – поздоровался я. – А что за штука, – спросил я, показывая на упор для трубки.
– Так, партнеры из Франции привезли. Удобная вещица Трубку можно держать плечом, а руки свободны!
Девочка-секретарша принесла поднос с чашкой чая для меня. Сёма взял бутылку минералки с какой-то иностранной наклейкой и глотнул из горла.
Надо было переходить к делу, но я дожидался, пока он сам начнет. Не хочу давать ему повод думать, что напрашиваюсь. Приятельские отношения приятельскими, но дистанцию и правила игры надо было соблюдать. Сёма сейчас играет первую скрипку, поэтому не будем бросаться к нему на шею с криком: «Помоги, отец родной!».
– Ладно, времени мало, – сказал Сёма, ставя бутылку на стол, – … хорошая вода… Из Австралии… Думаю, и у тебя еще планы есть. – у него всегда была привычка параллельно вести сразу несколько разговоров, даже с одним человеком. – В общем и целом я в курсе твоих проблем…
– Ну и отлично. Тогда не будем тратить время на предисловие. Ушел, так ушел. Голова на плечах вроде еще присутствует…
– …Еще какая голова! – польстил Сёма. Я не стал возражать.
– Так вот поэтому и решил тебе предложить свою руки и голову…
– …Хорошо, что не сердце! – хихикнул он… – Я не по этому делу… Ты конфеты бери! Классные. Из Финляндии… А вот попади к Плечевому Юрке с Независимого канала, он бы тебя совсем не так понял. Слышал о последнем скандале, когда оператор телегу накатал, что в командировке Юрка до него домогался… – Кто ж об этом не слышал…
– Ладно. Пусть сам выпутывается, дон Жуан с голубизной… Так что у тебя там?
– Ну, я тебе подготовил несколько заявок. Программки любопытные. Не прожекты. Вполне реальные. Смету прикинул. По технике тоже всё понятно. Так что хоть завтра. И вот на кассету кое-какой материал согнал.
– То есть ты хочешь у нас проект какой-нибудь запустить? – Сёма собрался и стал говорить по основной теме. Основной, понятно для меня.
– Как вариант.
– Деньги мы будем вкладывать?
– Можно и так. Можно по-другому. Вы пробиваете эфир. Я под проект подтягиваю финансирование. Ну, разумеется с учетом интересов «донора».
– На условиях…?
– Условия, понятное дело, ваши.