– Я ещё маленькая и не могу оценить всей глубины вашего подвига. Однако, я могу позволить вам их совершать во имя меня и дальше!
– Аве, Цемфелада! Посвящаю сегодняшнюю битву тебе! Стерва солнцеглазая. – усмехнулся За’Хар, пытаясь понять, в чём теперь ходить, обо и кольчуга, и одежда превратились в жалкие лоскуты.
– Ага, ещё та сучка растёт. Мне наше королевство даже немного жалко. Во имя Цемфелады! – прохрипел Флор.
– Во имя Цемфелады! Ура! – повторили остальные и даже Надина махнула рукой, но потом показала средний палец и подозрительно выгнулась, видимо, собираясь умирать.
Внезапно, вокруг всех членов группы появились круги золотой ауры из которой выросли столбы золотого с белым света. По ним пробежали такие же красивые круги света:
«Получено достижение: «Во имя Цемфелады!». Вы совершили подвиг во имя богини солнца, бескорыстно отдав за неё свои силы и жизни. Награда: восстановлено 25% здоровья, восстановлено 15% маны, получен титул «Соратник богини солнца: +12 ко всем характеристикам», получена 1 веха развития».
«Выполнено ситуативное задание «Армия крысюков на юге» Награда: 100 золотых каждому члену группы из королевской казны».
Надина, которая за помощь с воплощением Цемфелады стала девяносто первого уровня, получила за задания сразу четыре уровня, Сидон два, Флор и Марита по три. Шкала опыта За’Хара лишь моргнула, на его уровне опыта нужно было намного бльше.
Группа зашевелилась, передумав умирать.
– Блин, Цемфелада, а раньше сказать не? – Флор уставился на юную богиню.
– Я же «мелкая гадина», не? Хватит валяться, пошли посмотрим на крысюков.
– А я её вот только полюбил и снова… Что там смотреть? Дохлые крысы. Маненько жареные.
– У меня к ней двоякие чувства, – сообщила Надина, – но сейчас я бы её с удовольствием избила.
– Не ты одна, – Сидон лёг на землю, полив лицо из фляги, – Миссию придётся отложить. Сейчас нам этот некромант сам задницы надрать может. Отдыхаем и идём в деревню.
– А как же пресловутые трофеи? – поинтересовался За’Хар.
– У меня сил нет сейчас крысюков обдирать. Продадим место боя деревенским.
– Это как?
– Традиция такая. Мы им сообщаем место боя, они собирают всё, что, по их мнению, имеет хоть какую-то ценность и продают, а нам потом перечисляют процент. Для крестьян здесь много ценного, а для нас почти ничего.
– И много выручим?
– Нет, не много. Для нас немного. Если бы здесь дрались новички, которые ещё и к Привратнику бы обязательно попали, вот для них было бы много. Для того такая традиция и существует. И крестьянам хорошо, и нам удобно, и прибыльно.
Извозчики, подгоняя лошадей, неслись к группе во весь опор, спеша на помощь. Во время боя они прятались за соседним холмом, внимательно наблюдая за развитием событий. Это была не трусость, а важная часть их работы. В случае опасности они должны были сбежать, сохранив лошадей, повозки и имущество. В случае отступления, быстро оказаться рядом и увезти раненых.
– Господин Навтий! Вы просто боги войны! Это было невероятно, никогда в жизни не видел такого боя! – выпалил подбежавший извозчик, выливая на Сидона целый флакон какой-то вонючей дряни.
– Что это ты такое вонючее на меня льёшь?
– Это лекарство, господин Навтий. Очень сильное, все раны затягиваются буквально на глазах. Моя бабка знахарка, она им много людей спасла, можете мне верить.
– Не бойся, – подтвердила Марита, колдующая над Надиной, – это действительно лекарство.
– Какая же вонючая дрянь!
Все члены группы выглядели так, словно их очень долго жевал какой-нибудь монстр, а потом выплюнул. Кроме Цемфелады, которая так и осталась «солнышком», сияя среди трупов крысюков. Ей было интересно их оружие и доспехи, одежда, и даже хвосты.
– Цемфелада, поехали. Хватит среди трупов бродить.
– Поехали.
Усевшись в повозку, она осталась в нехарактерной для неё задумчивости и продолжая размышлять о чём-то своём, помогла Сидону переодеться в сменную одежду.
– С тобой всё хорошо? – За’Хар не привык видеть её такой.
– Ради попытки меня убить погибло столько крысюков…
– Тебе их жалко?
– Да, немного. Они ведь тоже живые.
– Могу тебя успокоить, они и сейчас живые, просто потеряли уровни развития.
– Свободных крысюков в мире не много, – сообщил Сидон, – почти все они присягают тёмным богам и творят зло. Мы много людей спасли, разбив их небольшую армию. Теперь не скоро очухаются. Эти, по крайней мере.
– Не мало крестьянам трупов закапывать придётся, – За’Хар был рад, что это придётся делать не ему.
– Скорее всего, вообще никого закапывать не придётся.
– Как так?
– Трупы всех воскресших поглотит магическое поле.
– Вот как… Интересно. Кстати, Цемфелада, а чем это ты Аканту приложила?
– Кумулятивом.
– Да ладно, серьёзно? А ты талант. Правда, горжусь! Потрясающе, только ума не приложу, как ты смогла в этом мире воплотить эту идею в реальность.
– Ничего особо сложного. Использовала концентрированную ману.
– Она же взрывается! – удивился Сидон.
– Так мне и надо, чтобы она взрывалась.
– В смысле, она в руках взрывается. Её потому никто использовать и не может. Даже те, кто может её создавать, а таких не много.
– Потому, что ни у кого нет такого лука. В момент выстрела, я создаю мощное магическое поле вокруг стрелы. Оно пожирает много маны, но её хватает на время полёта. До удара, магическое поле не даёт концентрированной мане взорваться, а потом, бах и дырка.
– И правда, богиня, – удивлённо произнёс Сидон, – моё уважение!
За’Хар поднялся и поцеловал Цемфеладу в макушку: