Наше время

Акияма задумалась, покрутила пустую банку между ладонями, выпрямилась и сказала:

– Хорошо… Это приемлемо, но только… Хе-хе… – Акияма зловеще посмотрела в мою сторону.

Че это за «хе-хе»? Мне это совершенно не нравится. Какого вообще хрена? Что сейчас должно произойти? Что последует после этого «хе-хе»?

Черт, черт, черт!

– Раз ты забираешь у меня часть моего свободного времени ради победы в этой дурацкой программе, – продолжила Акияма, – тогда часть этого времени возвращается мне, и там правила устанавливаю я. Хе-хе.

Часть времени возвращается ей? Она мне что, кредиты выдает и теперь требует проценты?

– Сразу после занятий мы будем делать то, что хочу я! Минимум час, а то и больше! Как пойдет. – Акияма улыбнулась и принялась катать пустую банку по столу.

Вот дерьмо.

Но, похоже, у меня нет выбора.

– Что значит «как пойдет»? Мне нужны четко установленные временные рамки. И что ты вообще хочешь делать после учебы?

– Пока не знаю… Я придумаю что-нибудь к следующему занятию. А насчет времени… Блин, ну ты и заучка…

– Точное время, Акияма, – сказал я.

– Да поняла я, поняла! Ну давай ровно час после наших занятий…

Я разблокировал смартфон и начал заносить договоренности в расписание, пока Акияма что-то бубнила себе под нос:

Вторник и четверг:

15:00 – 18:00 – Парное обучение с Акиямой.

18:00 – 19:00 – Соблюдение условий соглашения с Акиямой.

19:00 – 20:00? – Путь домой откуда? Добавить позже.

20:00? – 20:30 – Ужин.

20:30 – 23:00 – Подготовка к промежуточным.

Черт, упоминаний об этой Акияме становится всё больше и больше в моем телефоне… Я вам когда-нибудь это припомню, Сейхо-сенсей.

– Что это ты там пишешь? – Акияма перестала катать банку и уставилась на меня.

– Ничего такого. Это просто обычный график. Я внес тебя, вернее, внес наше обучение в свое расписание.

– Но зачем? У тебя проблемы с памятью, и так ты пытаешься запомнить, что тебе нужно сделать?

– Нет у меня никаких проблем с памятью. Просто я привык поминутно контролировать свой распорядок дня, а в телефоне я просто это всё отслеживаю.

– А… Поняла… Вернее, не совсем, но… если тебе так проще жить… – Акияма задумалась, переложила банку к телефону и продолжила: – Так вот что ты делал в прошлый раз, стоя у школьных ворот как полный дурак! Вспомнила: там было что-то вроде «Случай А» и «Случай Б»…

Черт, так она всё-таки всё видела тогда. Ну, с другой стороны, я же ничего криминального не сделал.

– Слушай, если тебе кажется, что я какой-то странный, то это не так. Раньше я тратил много времени на всякую ерунду и жил как попало. А потом я начал четко разделять отдых и учебу. Расписывать всё по минутам, по-моему, – это хороший вариант, если у тебя проблемы с ощущением времени, – сказал я.

Что я вообще только что сказал?

– Проблемы с ощущением времени? Типа, ты не замечаешь, как тратишь время на что-то, что не несет для тебя никакой ценности?

И как она вообще поняла, что я имею в виду?

– Верно. А ты на удивление…

– Что? Не тупая? Ты это хотел сказать? – Акияма скорчила злобную рожу.

– Нет, я хотел сказать, что ты на удивление очень понятливая. В общем, не суть. Нам нужно вернуться к…

– А почему самая важная ценность в твоей жизни – это учеба? – перебила меня Акияма.

– А… Ну…

Я расслабился, откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

Э?

Что мне ответить?

Потому что…

А?

Я зажмурил глаза и выдохнул.

– Кен-кун. – Акияма выдернула меня из собственных мыслей. – Не говори, если не хочешь.

– Да нет… Ну…

– Кен-кун. Я пить хочу! – Акияма попыталась сменить тему.

Да твою же мать. Я так и знал! В следующий раз принесу сюда весь тот гребаный торговый автомат.

– Ага… Тебе чай? – спросил я.

Акияма уставилась на меня, широко раскрыв глаза.

– Т-ты с-сходишь с-сам?

– Ну да. Всё равно в туалет захотел.

– Нет, ну ты умеешь испортить всю атмосферу, – обиженно сказала Акияма.

Испортить атмосферу? Что в этот раз я сказал не так?

– В общем, да. Возьми мне, пожалуйста, черный чай, как в прошлый раз. – Акияма достала из сумки кошелек и начала что-то высчитывать.

– Деньги оставь себе. Считай, это мой вклад в систему образования Японии. – Я направился к выходу из библиотеки.

По пути в туалет я достал телефон и глянул на время: 16:00. В коридоре уже собирались участники клубов: из музыкального кабинета доносились пробные аккорды, а у лестницы кто-то застегивал спортивную сумку.

Твою мать, мы просидели в библиотеке почти час и не сделали ровным счётом ничего! Просто кошмар. Если и дальше так пойдет, то к первому тестированию мы ничего не успеем.

Сделав все свои дела в туалете, я ускорил шаг, добрался до автомата и купил пять банок черного чая. На обратном пути две банки несколько раз выскальзывали из охапки и с грохотом катились по коридору.

Я вошел в библиотеку и направился к нашему столу.

– Кен-кун. Засем так много? Мы зе описаемся, – спросила Акияма, откусывая булочку.

– Откуда у тебя постоянно спавнятся булки? – Я положил все банки на стол.

– «Спавнятся»? Что это значит?

– Это значит, что с этой секунды я игнорирую все твои вопросы, и мы приступаем к разработке плана обучения. Вернее, приступаю я, а ты сидишь рядом и молча пьешь чай с булками, – уверенно сказал я и достал ручку.

– Заучка, – буркнула Акияма.

– Да-да. Слышал. Проходили.

Итак. До первого тестирования у нас семь парных уроков. А это значит ровно 21 час, если всё пойдет по плану.

Если всё пойдет по плану? Я уже сомневался, что вообще хоть что-то пойдет по плану, но деваться некуда. На кону Киото и запись в характеристику.

У Акиямы по большей части проблемы с историей и физикой. Значит, минимум 70 процентов времени нам нужно уделить этим предметам. Примерно 14,7 часа на два предмета. На историю рациональнее потратить около 8 часов, а на физику – около 6,7 часа.

Так…

С учетом тем, которые, возможно, попадутся на экзамене…

Нужно будет пройти…

– Кен-кун, а ты вообще чем-то, кроме учебы, интересуешься?

А оставшиеся 6,3 часа мы потратим на японский, английский и математику…

– Кен-кун, так интересуешься?

За 6,3 часа практически нереально решить много задач, так что нужно ограничиться только некоторыми темами, которые, вероятно, попадут в контрольную…

– Игры? Аниме? Манга? Друсья? Девуска? – Акияма откусила очередную булку.

Твою мать, сколько можно? Я абсолютно не могу сконцентрироваться.

– Ну так что? – переспросила Акияма.

– Интересуюсь! – Мое терпение лопнуло и я повысил голос.

– Вот как. А чем?

– Политикой, историей, мировым кризисом и нацистами.

Наверное, мне стоило уточнить, что я интересуюсь не нацистами как таковыми, а в целом Третьим рейхом и Германией того времени.

– Э-э-э? Странный набор увлечений для старшеклассника. У тебя всё в порядке?

Вообще, она права. Среднестатистический старшеклассник вряд ли будет ежедневно скроллить новостную ленту и читать про политиков. Но всё же…

– В порядке ли всё у меня? У меня всё прекрасно, – коротко ответил я и сконцентрировался на составлении плана.

Через тридцать минут он был готов.

– Всё готово. Мне необходимо финальное согласование от тебя. Держи ручку, поставь подпись вот тут и тут… – Я протянул листок Акияме.

– Финальное согласование? Мы что, в кабинете министров? И зачем вообще подпись ставить? – удивилась Акияма.

– Чтобы Сейхо-сенсей поняла, что мы работали над планом оба.

– Мне кажется, если она увидит подписи, то, наоборот, поймет, что над планом работал только ты один. И к слову, так оно и есть.

Ну… Она в очередной раз права.

– Ладно, тогда подписи не ставь, просто пройдись по плану и скажи, если тебя что-то не устроит, – сказал я.

Акияма взяла листок в руки и бегло пробежалась глазами по моим надписям.

– У тебя очень красивый почерк, Кен-кун. Ты занимаешься каллиграфией?

– Ты почерк мой рассматриваешь или план? – Я начал стучать ногой под столом, но сразу замер, вспомнив прошлую ситуацию.

– Ну, к плану-то у меня, в общем, вопросов нет. Если ты не нарушишь наши условия, мне в целом всё равно, какие предметы ты поставишь. В конце концов, мы заключили сделку.

Точно. Я совсем забыл, что ещё час назад согласился на мучительные условия.

– Так что да. Теперь напишем отчет и по домам? – радостно спросила Акияма.

– Ага… – вяло ответил я.

Если писать в отчете правду и только правду, то за сегодня:

1. Мы с Акиямой не могли решить, сколько часов в неделю заниматься.

2. Мы с Акиямой договорились гулять после школы по вторникам и четвергам.

3. Мы с Акиямой обсудили мои увлечения.

4. Я сходил в туалет и купил пять банок чая.

5. Акияма поела булочки.

И всё остальное время было потрачено на составление плана обучения.

Просто замечательно…

– Давай сегодня отчет напишу я, а на следующем занятии – ты, идёт? – спросил я.

– Да мне без разницы… – пробурчала Акияма.

– Прекрасно. Спасибо.

Я не хотел совсем врать в отчете, так что решил приукрасить, не более. Я быстро взял ручку и начал писать, как мы пришли к компромиссу по поводу обучения, естественно, не упомянув вторую часть сделки. Закончив с условиями, я написал, какие темы мы собираемся проходить и сколько часов на каждую тему собираемся тратить. Пока я писал, она сложила пустые банки одну на другую и придерживала получившуюся башню пальцем. После этого я сложил листок и встал.

– Ну пошли? – Я закинул сумку на плечо и посмотрел на Акияму.

– Ага, пойдем. А куда?

То есть она согласилась пойти, прежде чем узнать, куда мы вообще собираемся?

– К Сейхо-сенсей. Нам нужно сдать отчет, – ответил я.

– Точно! Пошли. Уф, я за сегодня так устала… Приду домой и плюхнусь в кровать.

Действительно, не стоило тебе так много сегодня работать. Можно и переутомление словить…

Мы вышли из библиотеки и направились в сторону учительской. В опустевшем коридоре дежурные передвигали стулья, а с лестницы доносились голоса учеников, спешивших на клубные занятия.

***

– Какие вы молодцы! – Сейхо-сенсей улыбнулась. – Положите отчет мне на стол и можете быть свободны на сегодня. – Сейхо-сенсей прихорашивалась перед зеркалом прямо в учительской. За соседним столом учитель складывал проверенные тетради в стопку, стараясь не смотреть в ее сторону.

Кошмар.

И она вообще собирается читать отчет?

– Д-да. М-мы с Акиямой т-тогда пойдем. Х-хорошего вечера!

– Ага, ага! И вам с Акиямой хорошего вечера!

В каком смысле «и нам с Акиямой»?

Мы вышли из учительской и направились в сторону шкафчиков со сменной обувью.

– Кен-кун. Как думаешь, Сейхо-сенсей на свидание собралась? – Акияма ухмыльнулась, пока шла впереди меня.

– Без понятия. Мне всё равно. Но могла бы постесняться краситься перед учениками.

– Какой ты вредный заучка. Тебе никогда не понять, на что способно влюбленное женское сердце. Порадовался бы за учительницу! – недовольно произнесла Акияма.

– Ага. Да. Я очень сильно рад за Сейхо-сенсей. Надеюсь, она найдет себе достойного мужчину. Они поженятся, заведут детей и умрут в один день. Их внуки и правнуки будут навещать их могилку, а я продолжу спокойно учиться.

– Ты что, собрался жить вечно?

– Нет, но очень хотелось бы. Представь, сколько всего можно выуч…

– Заучка, – перебила меня Акияма.

Проигнорировав ее колкость, я переобулся и вышел из школы. Акияма вышла следом за мной. У крыльца расходились последние ученики, а со стороны спортивной площадки продолжали звучать свистки.

Постояв около минуты на свежем воздухе, я заметил, что Акияма всё еще стоит рядом.

– Н-ну… Тогда я пойду, – сказал я и двинулся в сторону школьных ворот.

– Ага, до завтра, Кен-кун! – Акияма продолжала идти рядом.

Я надеюсь, нам с ней не в одну сторону?

Я вышел со школьной территории и пошел по привычному мне маршруту. Акияма свернула на другую улицу, и я с облегчением выдохнул.

– Эй! Кен-кун! – крикнула она издалека.

– Чего тебе? – Я развернулся.

– Я придумала, что мы будем делать в четверг после уроков, но скажу тебе об этом только в четверг! Хе-хе.

Твою же ж мать…

Ошеломленный, я остался стоять у ворот, пока мимо выезжали велосипедисты, а потом двинулся в сторону дома.

Вот обязательно держать эту никому не нужную интригу до дня X? Ненавижу неопределенность.

Легкий осенний ветерок щекотал мое лицо.

А еще ненавижу осень.

***

– Я дома, – тихо произнес я и по привычке сразу направился в гостиную. – Привет, отец.

Часы показывали 17:30. Конечно, не так много, как обычно, но время, чтобы еще позаниматься, оставалось.

– Сегодня Акияма вынесла мне мозг и предложила кошмарную сделку, от которой я не смог отказаться. – Я начал медленно переодеваться. – Якобы теперь я обязан два раза в неделю проводить с ней время так, как она сама захочет.

Я кинул грязную одежду в стиральную машину и заглянул в шкаф в поисках чистой.

– Мало того, что я должен ее обучать, так еще и сам должен за это платить! Чистой воды абсурд и несправедливость. – Я накинул на себя домашнюю футболку и какие-то шорты, которые валялись в углу комнаты.

– Но стоит отметить, что прогресс, хоть и мизерный, всё-таки был. Мы составили план обучения и написали наш первый отчет, – уверенно сказал я в пустоту.

– Старик, как думаешь, какая методика обучения подойдет Акияме лучше всего? У нас с ней не так много времени в неделю, и не хотелось бы потратить его впустую.

Ответа, как обычно, не последовало.

– Мы могли бы использовать метод интервального повторения, но Акияма ни за что в жизни не согласится учиться вне школьных стен. Поэтому…

Я разложил учебники на столе и принялся листать задачи по математике.

– Можно попробовать использовать метод жесткой фильтрации, но для этого я каким-то образом должен добыть вопросы, которые будут на экзаменах. А вообще, зубрежка – самый эффективный метод с древних времен, по крайней мере, я всегда так учился.

Так и поступим.

Я достал ручку и начал радостно решать задачи по математике.

– Отец, я думаю, вы бы поладили с Акиямой… – тихо сказал я, записывая ответ на задачу.

Ручка застыла над тетрадью, а потом легла на стол.

– …

Зачем я это сказал?

– …

– Прости, старик, я, пожалуй, продолжу учиться.

Я прикрыл глаза, провел ладонью по лицу и мысленно отругал себя. Я должен быть ответственнее.

***

На часах уже было около одиннадцати вечера. Быстро закинув в себя якисобу, которую купил еще вчера, я направился в спальню.

– Спокойной ночи, отец. – Я закрыл дверь и плюхнулся на кровать без сил.

Сделав небольшой думскроллинг новостной ленты, я отложил телефон и в очередной раз, в очередной ничем не примечательный вечер, в той же самой кровати, в той же самой позе погрузился в сон.

***

– Кен, эй, Кен! Иди сюда! – раздалось из соседней комнаты.

Я отложил небольшую книжку с задачками начальной школы и выглянул из комнаты.

– Что такое, пап? – спросил я.

– Сыграть не хочешь? Я вчера не смог пройти сложный уровень в игре – понадобится помощь настоящего профессионала. – Папа помахал геймпадом.

Я бросил книжку на пороге, подбежал к телевизору, перед которым сидел папа, и плюхнулся рядом. Из колонок играла музыка главного меню, а геймпад коротко завибрировал у него в руках.

– Подвинься, сейчас я научу тебя играть! – Я взял второй геймпад и уставился в экран.

– Вот он! Ха-ха-ха! Его и уговаривать долго не пришлось! Дорогая, сделаешь нам два холодных черных чая? Со льдом, как мы любим.

– Конечно, милый, только долго не засиживайтесь: Кену завтра в школу.

– Мам! Я уже все домашние задания сделал и даже немножко вперед уже ушел, – дерзко ответил я.

– Ладно, ладно, можешь поиграть с папой подольше, но всё равно не слишком долго, хорошо? – ответила мама нежным голосом.

– Ну блииин, хорошо! Папа, давай включай уже игру!

Папа пододвинулся к PS3 и вставил диск с какой-то игрой, которую я раньше дома не видел.

– Тут всё просто: твой персонаж в левой части экрана, а мой – справа. Наша задача – убивать всех, кого видим! Ха-ха-ха! – Папа засмеялся.

– Дорогой, а вот во что это вы там играете? Кену всего десять лет, если ты не забыл. Ему еще нельзя играть в такие игры. – Мама поднесла нам два стакана с ледяным черным чаем. Кубики льда звякнули о стекло, когда она поставила стаканы на стол.

– В его возрасте дети уже…

– Что-то? – Мама уставилась на папу.

– Н-ничего, дорогая, ха-ха-ха! Не переживай, немножко постреляем во врагов – ничего такого.

В моем возрасте дети что?

Ну, неважно, сейчас я покажу папе, кто тут профессиональный игрок!

– Кен-кун!

А?

– Кен-кун!

Ч-что такое? Кто ты?

– Эй, Кен-кун!

Я повернулся в сторону кухни, где еще минуту назад была мама.

Мама?

Папа?

Вы где?

– Кен-кун!

Откуда доносится этот голос?

– Эй, Кен-кун, ты хорошо постарался. Ты молодец. Поспи немного, – прошептала какая-то девушка из-за моего плеча.

Я обернулся, едва не потеряв равновесие, и уставился на нее, ничего не понимая. Ее лицо было размыто, но голос был до боли знакомым.

– Вы кто?

– ТВОЮ ЖЕ МАТЬ! – Я вскочил со своей кровати весь мокрый от пота. Дыхание было прерывистым, словно я вот-вот задохнусь от нехватки кислорода.

Что происходит? Это был сон?

Я ударил себя по щеке и выбежал из спальни в гостиную.

Пусто.

Никого нет.

Всё, как и всегда.

Слава богу.

Теперь я определенно в реальном мире.

Это был всего лишь сраный сон.

Я уперся ладонями в колени и выровнял дыхание, после чего направился к холодильнику отпить холодной воды. За окном проехала одинокая машина, и комната снова погрузилась в тишину.

Какого хрена мне вообще снятся мои родители?

И этот голос…

Кен-кун?

Акияма… Ты как вообще попала ко мне в сон?

Когда будет свободное время, нужно изучить, как работают сны и к чему снятся конкретные люди. Единственная догадка пока заключается в том, что ее голос просто был последним, который я сегодня услышал. Кроме своего, конечно.

Сделав несколько глотков, я закрыл бутылку и положил ее на место.

– Вроде полегче, да. Отлично. – Я медленно вернулся к себе в спальню и посмотрел на время в телефоне: 02:05.

Времени поспать еще много.

С этими мыслями я лег в кровать и укрылся одеялом. Но в ту ночь сон ко мне так и не пришел.