Пространство между

— Вот ваше шампанское, — сухо сказала Инга и с грохотом поставила ведёрко со льдом и двумя бутылками на небольшой обеденный стеклянный стол, располагавшийся возле панорамного окна. И вазу с фруктами она тоже принесла из коридора и поставила на стол. Снежный буран, казалось, только набирает силу и бросается в стекло всё с большим и большим остервенением.

— Отлично! — выдохнул Артём.

Он подошёл к столу, уверенным движением откупорил бутылку, налил в два узких бокала и протянул Инге. Она смерила его взглядом, обратила внимание на поблёскивающие капли воды на его коже и снисходительно приняла игристый алкоголь.

— За удачно завершённую сделку, — улыбнулся Артём и наклонил к ней шампанское. Инга снова смерила его подозревающим взглядом и легонько дотронулась стеклом о стекло. Сделала глоток ледяного полусладкого напитка, и по телу разлилась тёплая волна наслаждения. Инга закрыла глаза и сделала ещё один маленький глоток.

— Я хочу отыграться, — твёрдо заявила она и вальяжно скинула туфли куда-то под стол.

Артём впервые возвышался над ней, и ему это чертовски нравилось. А Инга впервые смотрела на него снизу вверх и, несмотря на своё строгое лицо и холодный тон, чувствовала себя слабой. Они стояли непозволительно близко, сверля друг друга многозначительными взглядами.

— Хорошо. Давайте продолжим, — заулыбался Артём, закидывая в рот виноград и жестом приглашая её на ковёр.

Они уселись возле почти прогоревшего камина, в красном свете углей. Артём раздавал и не сводил с неё хищного взгляда с самодовольной ухмылочкой. А Инга делала вид холодной, безразличной леди, хотя внутри всё горело от желания и от его пристального, наглого взгляда.

Первую партию она проиграла. Шампанское било в голову, и ей стало ещё жарче. Инга расстегнула ещё одну пуговицу, и в открывшемся декольте стала видна ложбинка груди. И распустила волосы, сексуально откинув голову назад и встряхнув их пальцами. Из-за этого у Артёма снова стала наливаться кровью плоть. Вторую партию он проиграл. Он поменял позу, так, чтобы было не видно, что у него стоит, хоть в узких джинсах это было сделать нелегко, и сосредоточился. Ему нужна эта победа, нужно это желание, иначе этот момент будет упущен навсегда.

Инга, расслабленная игристым и теплом камина, неожиданно для самой себя решила узнать своего помощника получше:

— А вам никого не надо было предупредить в Москве, что задерживаетесь? Вас никто не ждёт дома?

— Девушка, — безразлично ответил аналитик.

— У вас есть девушка? А я не знала… И давно?

— Очень давно. Я с ней дольше, чем с вами, — многозначительно ответил Артём.

Инга недовольно фыркнула, но промолчала. Она ощутила укол ревности, отчего совершенно растерялась, при этом стараясь изо всех сил держать лицо.

— Так она будет волноваться? — настаивала начальница.

— Она привыкла, что я всегда с вами, — Артём безразлично дёрнул плечами и выиграл партию. — У нас как-то совсем всё расклеилось...

Потом вторую и сразу третью. Он победно смотрел на Ингу, а она хитро улыбалась ему в ответ, как будто хотела, чтобы он победил.

— Я хочу… — медленно и соблазнительно протянул Артём, лениво тасуя руками колоду карт. — Чтобы вы подчинялись мне.

Инга выпучила на него глаза и выпила залпом оставшееся шампанское.

— Вы совсем с ума сошли, Артём? — возмутилась она.

— Вы сами предложили играть по-взрослому, Инга Александровна. Всё по-честному, — Артём торжествующе широко улыбался её реакции и тому, что он будет с ней делать.

— Долго? — нервно спросила она.

— Ночь, — коротко ответил Артём, вставая с ковра.

Он подошёл к ней и протянул руку, чтобы она могла встать. Инга посмотрела на мужские дорогие часы на правом запястье, приняла ладонь, встала, поправила юбку одной рукой, потому что левую Артём так и не отпустил. Он притянул её к себе и посмотрел сверху. Она казалась маленькой и хрупкой. Он поднял её лицо за подбородок, и их взгляды встретились. Артём облизался, рассматривая так близко черты её лица. Инга подчинялась. Она приняла его аргументы и его желание. Она всегда держала слово. К тому же внизу живота спазмами разливалось бешеное желание.

— Сделайте мне массаж, — тихо, прямо в губы проговорил Артём.

Она молча кивнула. Артём сделал несколько шагов назад и сел на кушетку спиной к ней. Инга стала растирать ему шею и впиваться в трапецию пальцами. Накачанная ровная спина с ложбинкой по позвоночнику приковывала взгляд. Инга так засмотрелась на молодое, привлекательное тело, что не заметила, как она больше гладит его, чем массирует. Её руки с острыми ногтями скользили по крепким плечам, снова на шею и опускались на грудь до самых сосков. Артём сидел неподвижно, хотя его дыхание стало тяжёлым и шумным.

На шее проступила кровь — Инга поцарапала его. Она наклонилась и всосала каплю губами. Артём вздрогнул.

— Вы что, поцеловали меня? — спросил он хриплым голосом.

— Нет. Шею поцарапала, — честно ответила Инга, а немного помолчав, тихо добавила: — Кажется, у вас больше нет девушки, Артём.

Помощник выпрямился ещё сильней, перехватил её за запястье и поставил ровно перед собой, заглядывая в глаза.

— Вы ревнуете или мне кажется?

Инга ничего не ответила, а только смотрела ему в глаза и негромко, неуверенно фыркнула.

— Раздевайтесь! — приказал помощник.

Глаза Инги вспыхнули огнём, руки затряслись, внизу прокатилась ещё одна волна возбуждения, но она повиновалась. Трясущимися пальцами с длинным острым маникюром Инга пыталась совладать с пуговицами.

— Давайте я вам помогу, — нагло заявил Артём, наслаждаясь её растрёпанным видом и своим превосходством.

Он протянул к ней руки и стал медленно, никуда не торопясь, расстёгивать пуговицы блузки. Ночь только начиналась.

— Не боитесь, что работу потеряете? — попыталась припугнуть его Инга.

Артём закончил с блузкой, отвёл полы в стороны, чуть дотронувшись до кожи груди в белом кружеве, встал и занялся манжетами.

— Нет, Инга Александровна. Не боюсь. Во-первых, это было ваше предложение, во-вторых, вы не сможете без меня, а в-третьих, вы сами страстно желаете этого.

Всё было правдой. И на эти дерзкие аргументы Инга не нашлась, что ответить. Он действительно обезвредил её и подчинил.

Артём снял с неё часы, скинул блузку и кивнул на юбку. Инга расстегнула молнию сбоку и стянула обтягивающую ткань. Она стояла перед ним в чулках и белом белье, уверенная в своей внешности, но с уязвлённой гордостью.

— Лифчик тоже, — бросил Артём и пошёл к своей сумке.

Он выудил оттуда маску для сна и шёлковый чёрный галстук. Вернулся к ней, хрупкой, беззащитной и такой притягальной. Артём обошёл её сзади и натянул маску на глаза.

— Избавлю вас от необходимости контролировать ситуацию взглядом, — прошептал он на ухо, отчего по её коже пробежала волна мурашек.

Затем отнял одну руку от груди, вторую, завёл их за спиной и крепко связал галстуком. Артём усадил её на самый угол кушетки и отошёл на два шага полюбоваться зрелищем. Растрёпанная, возбуждённая и подчиняющаяся ему начальница возбуждала его неимоверно. В плотных джинсах стало тесно, он расстегнул ремень и ширинку, несколько раз брякнув металлом пряжки. От этих звуков Инга напряглась.

Aртём выудил из ведёрка с шампанским кусочек льда и подошёл к ней сзади. Провёл им по плечу — Инга дёрнулась и громко охнула. По коже потекли холодные капли, которые тут же накрыла волна тёплых поцелуев. Артём обжигал её кожу горячим дыханием.

Затем он провёл льдом по лопаткам. Инга выгнулась вперёд и тяжело задышала. Грудь небольшая, но красивой формы, с аккуратными торчащими сосками, подпрыгнула вверх. Артём нежно смял одну из них в руке, встал перед ней на колени и прислонил кубик льда к правому соску. Инга тихо застонала. Затем — к левому, пока правый согревался у него на губах и языке. Снова поменял местами. Этот контраст — лёд и пламя, абсолютная темнота и невозможность пошевелить руками — полностью разрушил самоконтроль. Тело ей больше не принадлежало, и ноги широко раздвинулись сами собой.

Эта игра продолжалась до тех пор, пока кубик льда полностью не растаял, стекая каплями по подтянутому животу и прячась за белым кружевом. Артём встал, скользнул рукой по её лицу, провёл большим пальцем по красным губам, по подбородку, шее, между грудей, по животу, и наконец его пальцы спрятались под тканью нижнего белья.

Он ввёл в неё свои умелые пальцы и стал нежно ласкать там, где это было необходимо. Инга стонала в голос, закидывала голову и ловила ртом воздух. Ей безумно хотелось обхватить его накачанную руку, которая сейчас приносила сумасшедшее удовольствие, утонуть в его глазах, целовать его губы. Её бёдра двигались ему навстречу, грудь выгибалась дугой, а в связанные руки впивалась ткань галстука. Ингу безумно возбуждала невозможность предугадать его следующее движение, и стоило ему несколько раз дотронуться большим пальцем до её набухшего узелка, как крупная дрожь прошла через всё её тело и с громким криком оргазм вырвался наружу. Ни отстраниться, ни убрать его руку она не могла, поэтому она, содрогаясь всем телом, сжимала и разжимала его руку бёдрами.

Артём отошёл на несколько шагов назад, давая ей отдышаться, наслаждаясь её видом и поглаживая себя в паху от возбуждающей картины. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только её рваным дыханием и снежным бураном, бушующим за окном. Инга осталась в одиночестве со своими обострёнными до предела чувствами. Каждая секунда без его прикосновений казалась физической пыткой. Время, её фетиш, сейчас растягивалось в бесконечность.

— Артём… пожалуйста… — сорвалось с её губ хриплым неузнаваемым шёпотом.

Инга никогда никого ни о чём не просила. В её лексиконе были только глаголы в повелительном наклонении. Но сейчас это была не начальница, не железная леди, не акула бизнеса, а женщина на грани, сгорающая от возбуждения и желания.

— Пожалуйста что, Инга Александровна? — раздался его низкий, тихий голос чуть поодаль.

В его тоне слышалась хищная усмешка, он смаковал её беспомощность, наслаждался каждой секундой.

— Не останавливайся… — Инга закусила губу, чувствуя, как щёки полыхают огнём.

Сказать это своему помощнику, подчинённому, коллеге, мальчишке младше её на шестнадцать лет — было сродни капитуляции, провалу в переговорном процессе.

— Вы забываетесь, — твёрдо произнёс Артём и подошёл к ней вплотную, выговаривая свою претензию в самое ухо. — Мы договорились о полном подчинении. Формулируйте свои желания корректно. Как вы привыкли говорить на совещаниях? Чётко, аргументированно, с уважением к регламенту.

— Артём… — её голос дрожал, растеряв всю стальную уверенность. — Возьми меня… Прикажи мне… делать то, что ты хочешь. Пожалуйста…

— Вот теперь мне нравится ваш тон, — прошептал он, ставя Ингу на ноги. — Но мы никуда не спешим, Инга Александровна. У нас впереди вся ночь. А ваше время теперь течёт по моим правилам.

Он обнял её за тонкую талию и повёл в спальню, толкнул на кровать, и Инга животом почувствовала прохладу шёлкового покрывала. Артём скинул с себя джинсы, бельё, носки и сходил за ещё одним кубиком льда. Он поднял её бёдра выше и стянул с неё трусики, мокрые от соков возбуждения и растаявшего льда. От них пахло персиком и лавандой.

Артём провёл ладонью по горячим складкам и заскользил ею наверх по спине. Инга замерла, не в силах даже дышать. Он взял кубик льда и повёл им в обратном направлении от самой шеи и вдоль всего позвоночника. Сделал пару круговых движений по ягодицам, затем между ними и ввёл его прямо в раскалённое желанием лоно.

Инга задрожала и громко выдохнула. Льдинка стремительно таяла, вытекая прозрачными каплями на матрас.

— Артём… — с трудом прошептала она. — Мне холодно. Мне нужно твоё тепло.

Одним движением Артём перевернул её на спину, широко развёл колени в стороны и лёг сверху. Инга ощутила тяжесть его крепкого тела, рельеф мышц и упругое желание, уперевшееся ей в лобок. Галстук за её спиной натянулся, и это заставило грудь выгнуться вперёд. Артём обхватил её талию и притянул к себе ещё ближе.

— Ты всё ещё думаешь о времени, Инга? — выдохнул он ей прямо в губы.

Впервые с их знакомства Артём опустил отчество. Это прозвучало как финальный росчерк на документе о собственности. Больше она себе не принадлежала. Теперь он будет решать, как распоряжаться её телом и временем.

Она не успела ответить. Его губы накрыли её рот жёстким, глубоким поцелуем. Инга ответила на него с жадностью: ловила его язык, прикусывала, шумно дышала ему в губы и растворялась в аромате сандала, табака и шоколада.

Артём действовал уверенно. Его ладони скользили по её телу, оставляя горячие дорожки. Без возможности видеть каждое его прикосновение Инга ощущала в стократ острее. Она чувствовала себя обнажённым нервом.

Артём вошёл в неё единым, мощным, глубоким движением. Инга громко, протяжно застонала, выгибаясь в дугу. Галстук на запястьях врезался в кожу, но эта лёгкая боль лишь добавляла пикантной остринки.

Он двигался в ней нежно, волнообразно, проникая с каждым разом всё глубже и глубже. Затем он стал постепенно ускорять темп, становясь шире и входя в неё плотнее.

— Артём… Ещё… Глубже… Сильней… — стонала Инга от каждого его движения.

— Чувствуй меня, Инга, — шептал он ей прямо в губы и продолжал ускоряться.

Его финальные толчки были сокрушительными, и их обоих накрыло лавиной оргазма. Это было не просто физическое наслаждение, а ментальный взрыв, освободивший её от груза ответственности, вечного контроля, а ему подаривший ту, которую он глубоко уважает и готовую ему подчиняться. Она громко кричала, сжимая бёдрами его талию, пока Артём с хриплым выдохом изливался внутри неё, содрогаясь всем телом.

Артём развязал галстук на её запястьях и обмяк у неё на груди. Инга перевела затёкшие руки вперёд, приподняла маску и крепко обняла его широкие, влажные от пота плечи. Он поднял на неё неуверенный взгляд, но Инга улыбнулась ему и тихо прошептала:

— Я надеюсь, эта ночь закончится не скоро.

Утро наступило внезапно. Буран стих, оставив после себя белые горы под ярким сочинским солнцем. В люксе вспыхнул верхний свет, и раздались первые сигналы входящих сообщений ожившего смартфона Инги.

Она стояла возле панорамного окна в шёлковом халате цвета тёмного шоколада. Волосы уже были собраны в безупречный гладкий пучок, а на запястье поблёскивали массивные коллекционные часы, стрелка которых неумолимо отсчитывала секунды рабочего дня. Она была строга и высокомерна как обычно.

Артём вышел из спальни, застёгивая манжеты чистой белой рубашки. Без пиджака, с лёгкой щетиной, он выглядел уверенно. Они встретились взглядами. Секундная пауза. Неловкости не было, а шёлк галстука, тающий лёд на её сосках, хриплые просьбы в темноте, страстный секс до самого рассвета — были.

— Инга Александровна, — Артём привычно наклонил голову, в его голосе звучала идеальная субординация. — Дороги расчищают. К вечеру уже всё будет сделано. Раньше, чем полагалось. Авиабилеты я уже приобрёл. Да, и из авиакомпании прислали правки, ждут вашего решения.

Инга внимательно выслушала его, смерила собственническим взглядом и подумала, что из сотен мужчин, которые пытались завоевать её деньгами, статусом, лестью, этот мальчишка оказался единственным, кто догадался просто снять с неё груз её собственной власти. И сделал это красиво.

— Передайте правки на ваш стол, Артём, — спокойно произнесла она холодным тоном. — С сегодняшнего дня вы ведёте этот проект самостоятельно. Вы заслужили повышение.

Она подошла к двери в ванную комнату, но остановилась возле самого входа и, не оборачиваясь, добавила:

— И найдите в моём графике свободный вечер. Боюсь, мне придётся брать у вас уроки игры в «Дурака».

Дверь за ней закрылась. Артём остался один в комнате. Он посмотрел на каминную полку, где всё ещё лежала колода карт, и победно улыбнулся. Время Инги снова принадлежало ей, но теперь он точно знал, как его остановить.