Хроники Голдрии. Темные лабиринты перемен

© Алина Авелис, 2026

ISBN 978-5-0071-2798-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Ализия крепко держалась за край маленькой лодки и смотрела, как берег ее страны исчезает в темноте. Судно быстро бежало по воде — один из восьми магов, оставшихся на берегу, направлял лодку вперед, остальные удерживали Лихой перешеек от безумия, в котором тот обыкновенно пребывал. Вода сопротивлялась вероломному гостю, и старая лодка тряслась. Принцесса молила Святую Эллу, чтобы дряхлое дерево устояло, пока не достигнет противоположного берега.

Чем дальше оставалась Теврия, тем больше ширилась пустота в груди, страх сильнее сдавливал душу. Ализия не знала, что ждало в Муварии и сможет ли вернуться обратно. После Великой Кровной войны теврийцы не ступали на соседний остров и не интересовались его судьбой. Говорят, первое время маги перемещались между островами и обменивались информацией, но связь прекратилась, когда в Муварии их стали преследовать. Оставалось надеяться, что триста лет разлуки не сильно изменили этот остров, ведь прежде он был одним целым с Теврией. Ализия ждала, что встретит там открытых, добрых, жизнерадостных людей, таких, какие жили в ее стране.

В любом случае, выбора не осталось. Что бы там ни ждало, принцесса обязана отыскать Свет Звезды — древний амулет, который увеличит ее магическую силу. Только с ним она победит ведьму, захватившую трон, и освободит родителей… Это путешествие — отчаянный шаг в неизвестность, но он — единственная надежда.

Теврия потонула во мраке, и Ализия отвернулась. Берег Муварии быстро рос впереди, начинали различаться силуэты скал и деревьев.

Похоже, здесь ждал лишь безжизненный лес. Ни одного огня не мелькнуло среди ветвей. Надежда сразу попасть в город рухнула. Сама виновата… С чего решила, что кто-то станет жить рядом с Лихим перешейком — это слишком опасно. Неясно, сколько времени уйдет на поиски людей. Куда ни глянь — везде лес и скалы. Жил ли здесь еще кто-нибудь?

На всякий случай Ализия поправила капюшон дорожного плаща, чтобы лучше спрятать рыжие волосы. Темно-зеленая ткань хорошо скрывала ее в темноте — лучше она найдет местных жителей раньше, чем они ее, тогда успеет понять, что от них ждать.

Лодка замедлилась и мягко ткнулась в каменистый берег. Девушка выскочила из нее и потянула на сушу за полусгнившую веревку, привязанную к носу. Как только судно оказалось на берегу, принцесса показала магам условленный знак — собрала лунный свет в маленький клубок и пустила по воде.

Через несколько секунд вода ринулась вверх и перекрыла путь обратно. Волны снова взмывали на сотни метров, рушились вниз и тут же поднимались, бурлили и гудели. Принцесса знала, что, несмотря на устрашающий вид, вода не попадет на берег, поэтому не испугалась, даже не сдвинулась с места. Заклятие не позволяло и капле упасть на сушу.

Лес выглядел гораздо опаснее. За стеной деревьев тьма казалась настолько густой, словно на нее можно было улечься, как на холодную и пугающую перину. Девушка и не знала, что бывает настолько темно. Ализия посмотрела в сторону Теврии, уже скучая по ее приветливым пейзажам.

***

Огюст выглянул из-за угла старого деревянного дома, чтобы изучить палатку барона. Два стражника болтались у входа, тихо разговаривали и не особо смотрели по сторонам. Наверняка богатей нанял первых попавшихся лесорубов для охраны. Мимо Огюста прошел пьяница, громко напевая и шлепая по грязи, а те даже носом не повели.

Внутри тускло горела лампа, но тени не двигались — точно спит. Вор вышел из-за угла и медленно пошел вдоль стены, чтобы оказаться у задней стороны палатки. Здесь грязь была особенно густая и вязкая, поэтому местные жители положили на нее доски вплоть до маленького травянистого островка. На нем барон и поставил ночлег, видимо решил, что в палатке чище и безопаснее, чем спать в местных доходных домах. Похоже, не соображал, что выставляется как золотой сундук на площади нищих. Безмозглый баронишко! Огюст как раз из тех, кто жаден до чужих кошельков, поэтому не упустит шанс обзавестись мешочком монет. Он как раз думал, где достать лемарки на дорогу до Амистауна и барон начал раскладывать палатку прямо на его глазах. Приехал ли богатей за синей древесиной или за редкой шкурой, это подарок самого Яруга! Знак, что Огюст обязан помешать Римусу.

Он тихо перешел по доскам на траву и подошел к палатке. Спина стражника выглянула из-за ее края, но он не обернулся. Вор достал нож, присел на корточки и вонзил его в плотную ткань у земли. Придерживая палатку одной рукой снизу, другой повел лезвие вверх. Остановился, прислушался. Никто не всполошился. Поднял руку с ножом выше, снова вслушался. Повторил в третий раз, пока отверстие не оказалось достаточной высоты.

Выждал пару минут и медленно пролез внутрь. Нога сразу ступила на ковер — ими оказался покрыт весь пол палатки. Разных цветов и размеров. Огюст встал у лежанки из набросанных друг на друга мехов. На ней, среди подушек и одеял, спал грузный мужчина в дорогом ночном платье. Не лень ведь таскать все это с собой! Изнутри вход в палатку закрывала занавеска, поэтому об охране теперь можно не беспокоиться.

Вор осмотрелся. Вдоль стен палатки стояло несколько больших сундуков — в них и возит, скорее всего, все эти ковры и меха. В одном из них точно лежат мужские платья, платки… Богатеи любят платки. Огюст мог бы прихватить немного дорогой одежды — если продать хоть один комплект, можно обеспечить Дус неделей сытного житья. Вот только заморачиваться с их продажей не хотелось — тащить в другой город, искать скупщика. Вора интересовали сундучки поменьше, в них обычно хранили деньги и драгоценности. Один стоял совсем рядом, у лежанки, на крышке большого сундука.

Переступая с носка на пятку, подошел к нему, осмотрел. Заперт. Огюст ухмыльнулся и достал отмычку из кармана брюк. Вонзил ее в замочную скважину, нащупал крючок, поддел. Раздался щелчок. Хозяин палатки заворочался, повернулся лицом к Огюсту — вор замер. Вскоре дыхание спящего снова стало ровным и парень открыл шкатулку. В ней лежало три мешочка с лемарками и какие-то бумаги. Огюст забрал монеты и распихал по карманам. Поискал потайные отсеки, не нашел, закрыл крышку.

Также переступая с носка на пятку, на полусогнутых ногах, пошел вдоль больших сундуков. Заглянул в пару — в одном и вправду оказалась одежда и платки. Неужели это все, что он взял с собой?! Куча тряпок и всего три мешочка лемарков?!

Барон снова заерзал на мехах. Можно пошарить в карманах его ночного платья, но риск этого не стоит. Надо бы уходить, Огюст и так получил знатный улов: его должно хватить на дорогу и чтобы хорошенько напиться у Уббе и Луизы.

Краем глаза Огюст заметил знакомую картинку на одном из сундуков. Там лежало три книги. Одна из них — маленькая детская книжка, ее Огюст и вспомнил. Рассказы о рыцарях, которые побеждали злых колдунов, и моряках, плавающих в неизведанные земли. В памяти всплыли блеклые воспоминания, как родители читали ему такую. Парень схватил книгу и сунул во внутренний карман жилета. В последний раз окинул взглядом палатку и выскочил через разрез. Оказавшись на улице, неспешно побрел в доходный дом.

***

Ализия проснулась от жары и духоты, скинула плащ — в лицо ударил свежий морской воздух. Ночью девушка легла в лодку и накрыла им ее, создав маленькое убежище, теперь темно-зеленая ткань нагрелась от солнца. Несмотря на это, солнце радовало, как никогда прежде. Половину ночи принцесса не могла уснуть из-за страха перед лесом. Сквозь шум бушующих волн все время мерещилось то рычание, то хруст веток. Ализия так и видела, как над ней нависает зубастая пасть и пускает слюни. Даже деревья скрипели так, словно тянулись к ней кривыми тощими ветвями. Заснув, все время просыпалась от кошмаров, которые преследовали ее с тех пор, как ведьма напала на Изеград и Ализия бежала из замка. Снились крики, родители, лицо ведьмы с жутким шрамом. Люди умирали снова и снова каждую ночь во снах принцессы бессильные перед солдатами-тенями.

Девушка села и посмотрела на лес — он все еще пугал. Прежде принцесса не была в настоящем диком лесу, лишь читала в книгах, как герои бродили по нему. Она всегда представляла его старшим братом рощи Нимф — тихим, спокойным и ухоженным. В реальности лес выглядел враждебно: переплетался колючим кустарником, корнями и высокой травой, так и норовил напустить на тебя своих жутких обитателей.

Ализия медленно вздохнула — выбора у нее нет, придется пройти через него. Позавтракает и в путь. Надо успеть найти город до темноты, иначе придется заночевать в пугающих зарослях, в самой гуще страшных фантазий.

Она достала из сумки яблоко, помыла, вытерла платочком и, откусив небольшой кусочек, взяла в руки книгу «Легенды Голдрии». Раскрыла на тридцатой странице и, в очередной раз, прочитала отрывок об амулете:

«Залостиус Пантелий завидовал старшей сестре. Он не понимал, почему ей досталось и королевство, и магическая сила. Последняя передавалась из поколения в поколение лишь одному члену королевской семьи, независимо от положения. Залостиус надеялся на нее, но судьба оставила его обычным человеком.

Пока Сефарини готовилась к правлению и обучалась заклинаниям, он собирал союзников, изучал мастерство убеждения и военное дело. Когда, став королевой, сестра из жалости дала ему пост секретаря, Залостиусу Пантелию — голдрийскому принцу, он не выдержал такого унижения и скрылся в дальнем замке, на юго-востоке страны. Созвал сторонников и объявил Сефарини войну.

Самоназванный король повелел своим магам создать амулет, дарующий магическую силу тому, кто ее лишен. Он должен был сделать Залостиуса могущественнее сестры, возвеличить над ней. Маги принялись за работу и месяц за месяцем трудились над созданием амулета.

Война шла, государство приходило в упадок. Королева больше не могла наблюдать страдания народа и пошла на уступки младшему брату — отдала половину королевства. Подписала соглашение, подтверждающее права Залостиуса на выданные земли и полную власть над ними.

Однако Сефарини не оставила предательство брата безнаказанным. Вместе с четырьмя сильнейшими магами она расколола Голдрию по границе, разделяющей ее земли и земли Залостиуса, на два острова. Создала между ними барьер из воды, названный позже Лихим перешейком, который скрывал ее земли от брата и его подданных. Наложила на его остров заклятие — жители забыли о существовании соседнего острова и потеряли возможность найти его: они больше не могли ни сойти на воду на лодках и кораблях, ни даже искупаться в море — вода противилась каждый раз, бушевала волнами. Все их суда вскинуло и разбило о берег.

Узнав о проклятии, Залостиус возненавидел магию и всех, кто с ней связан. Стал преследовать магов, не считаясь с их заслугами.

Первым делом он направил воинов к тем, кто создавал амулет магической силы — «Свет звезды». Велел всех убить, а то, над чем они работали, уничтожить. Однако маги успели скрыться. Судя по оставленным записям, их дело оказалось успешным, но амулет воины не нашли, значит, его унесли с собой. Король отправил на поиски магов специальный отряд, но след «Света звезды» потерялся навсегда…».

Самый главный вопрос, на который предстоит найти ответ: где сокрыт амулет? Есть вероятность, что пока маги перемещались между островами, они могли спрятать его и в Теврии, но Ализия не нашла никаких упоминаний об амулете в архивах своей страны. Принцесса уверена, что он остался в Муварии. Если «Свет звезды» здесь, за прошедшие столетия должна была накопиться хоть какая-нибудь информация о нем в местных архивах. Отыскать ее — первый шаг в поисках, поэтому Ализии нужно попасть в город.

Кроме того, было бы хорошо найти карту Муварии и проводника — с ними дело должно пойти быстрее. Ализии удалось сохранить часть фамильных драгоценностей — они были на ней во время побега из замка. Принцесса надеялась, что украшения покроют затраты, и останутся средства, чтобы вернуться в Теврию.

Для начала нужно пройти через лес… Девушка убрала книгу в сумку, поднялась, надела поклажу на плечи и выбралась из лодки. Ветер шелестел листвой, щебетали птицы — возможно, в лесу не так страшно, как она представляет? Ализия накинула капюшон плаща на голову, вдохнула, сжала кулаки и, как герои любимых романов, шагнула навстречу неизвестности.

***

Спустя пару часов пути начало казаться, что лес никогда не закончится. Ализия, наверное, раз сто собрала паутину лицом, ноги гудели, волосы взъерошились и торчали из-под капюшона. Еще через три часа закончилась еда, которую принцесса успела взять с собой. К этому времени она планировала есть в кафе или столовой, а не продолжать бродить по лесу. Повезло, что иногда встречались съедобные ягоды — Ализия узнала их благодаря курсу о растениях и травах в годы обучения. Учительница даже водила ее в рощу Нимф и показывала, как те выглядят. Местные немного отличались от теврийских, но имели одних прародителей, поэтому должны были обладать похожими свойствами. В любом случае, принцесса пока не отравилась. Правда, такие ягоды любили есть мохнатые большероги, поэтому прежде чем подойти к кусту ближе, девушка минут десять вслушивалась в шорохи вокруг.

Сумерки спустились очень быстро. Вместе с ними вернулись страхи. Все чаще Ализии мерещились тени монстров среди деревьев, за кустами и высокой травой, тогда ужас захватывал ее разум, и она бежала напролом, защищая лицо руками от встречных веток. У нее осталось только одно желание — поскорее выбраться из бесконечного леса, вот только принцесса шла, а спасительный выход даже не маячил впереди, а темнота становилась все гуще. Ализия шла практически на ощупь, так она не сможет вовремя увидеть опасность, лучше заночевать здесь…

Принцесса нашла дерево с низкими толстыми ветвями и полезла по ним вверх до более тонких. Она села, прислонилась спиной к стволу. Постоянно казалось, что по ней кто-то ползет. Ализия спешила смахнуть незваного гостя, но никого не находила — может, это разум играл с ней злую шутку, а может лесные духи раззадорились.

Несколько раз девушка засыпала и оказывалась на грани того, чтобы упасть с дерева, но как только начинало клонить в сторону, она просыпалась. Наверное, это и к лучшему, ведь кроме кошмаров ей уже давно ничего не снилось.

С наступлением ночи лес ожил. Его наполнил хор шорохов, ломающихся веток, хрюканий, рычаний и сопений. Иногда она всматривалась в лесную чащу, иногда вскидывала голову и смотрела на звезды, боясь увидеть внизу злобных зубастых монстров.

С чего она решила, что справится?! Как собирается найти амулет на чужом острове, если даже из леса выйти не может?! Не умеет ни заклинания нормальные совершать, ни о себе позаботиться. Сидит и трясется от каждого звука, как флаг при сильном ветре. Сомнения схватили девушку за горло, но головой Ализия понимала, что они бесполезны: у нее нет варианта сдаться, пути назад нет. Пока ведьма занимает трон Теврии, принцесса не сможет вернуться домой.

Как только появились первые лучи солнца и немного рассеяли тьму, принцесса спустилась с дерева. Тело затекло, болело, ноги отказывались идти, очень хотелось есть. Она решила, что будет держаться, сколько сможет; будет двигаться, пока тело не откажет — судьбы слишком многих людей зависели от нее.

Местность быстро менялась: листва и стволы деревьев приобрели синий оттенок. Ализия не понимала, чудится ли это или растения действительно стали другого цвета. Она остановилась возле дерева, чтобы получше разглядеть его: листья плотнее обычных, со светло-голубым налетом, кора на стволе темно-синего цвета, с длинными глубокими линиями рубцов, которые тянулись почти от самого основания до макушки. Принцесса видела такое дерево впервые, наверняка оно появилось не само по себе, что-то к этому привело. Если бы в Голдрии были растения с зачатком такого потенциала, в Теврии тоже бы встречались похожие.

Идти в этом лесу стало проще — под густыми синими кронами практически ничего не росло, лишь мхи, лишайники и редкие кустарники — все голубоватые, но и съедобного ничего не видно. Иногда Ализии мерещились вдалеке между деревьями странные высокие фигуры-тени; иногда разноцветные огоньки проскальзывали в листве. Чем дальше шла, тем чаще стала слышать глухие стуки с разных сторон — то ближе, то дальше. Несколько раз Ализия наткнулась на кем-то оставленные вещи — возможно, это лесорубы стучали топорами. Правда, стоянки эти выглядели пугающе: лежанки и инструменты, в беспорядке брошенные на земле, были покрыты темными бурыми пятнами. Что здесь произошло, можно лишь догадаться… Однако вещи и стуки говорили о том, что рядом люди, а значит город или поселение тоже.

Принцесса вздрогнула от внезапного шороха совсем рядом. Большой черный ворон сел на нижнюю ветку дерева впереди и смотрел прямо на нее, наклоняя голову из стороны в сторону. Ализия протянула к нему открытую ладонь, показывая этим, что не представляет угрозы.

Внезапно справа из кустов на нее выскочило нечто темное, жуткое и высокое. Принцесса успела разглядеть лишь сморщенное лицо и хищные узкие красные глаза, прежде чем отбросила чудовище заклинанием щита и в панике рванула бежать изо всех сил. Не оглядываясь, неслась по лесу, пока впереди забрезжил свет среди деревьев — неужели выход?! Ализия ускорилась и вскоре вырвалась из бесконечных зарослей на равнину, но продолжила бежать. Лишь оказавшись достаточно далеко от края леса, она позволила себе остановиться и оглянуться назад. Скрученная костлявая фигура, не рискнув покинуть пределы зарослей, скользнула обратно в гущу леса и растворилась среди теней.

Принцесса упала спиной в траву. Пролежала час или полтора, смотря в небо и пытаясь прийти в себя. Когда часть сил вернулась, Ализия медленно села и осмотрелась: синий лес полукругом опоясывал равнину, а затем прерывался, столкнувшись с неширокой рекой; за ней виднелось несколько деревянных построек. Девушка поднялась и, прихрамывая от изнеможения, побрела в их сторону.

Перешла реку по хлипкому мосту, который, казалось, развалится на мелкие деревяшки, если течение станет чуть сильнее. Начался дождь, земля размокла — ноги утопали в грязи. Быстро темнело, среди домов начали появляться тусклые огни. Издалека принцесса решила — зажгли уличные фонари, но когда дошла, увидела, что это горят лампы в домах, а на улицах освещения нет.

Поселение оказалось не похоже ни на одно в Теврии, даже самое маленькое и отдаленное. Между домов не проложен камень, земля даже не присыпана песком или гравием, постройки деревянные, ветхие, слегка покосившиеся. Домов здесь мало: три двухэтажных и четыре одноэтажных. Ализия предполагала, что в Муварии хуже, но даже эти ожидания раскололись о реальность.

Ализия замерзла, устала, хотелось есть, одежда намокла, стала тяжелой. Добралась до поселения, но легче не стало — принцесса не знала, куда можно пойти и не попасть в неприятности. Наконец она увидела человека, худощавого мужчину лет за пятьдесят, в простой одежде, со спутанными волосами и морщинистым лицом. Он шел по улице, не смотря по сторонам. Принцесса поспешила к нему и спросила, где здесь можно остановиться на ночлег и поесть. Незнакомец лишь смерил ее взглядом, хмыкнул и пошел дальше. От бессилия покатились слезы — на улице больше никого не оказалось, а стучать в дома боялась: слишком много громких хмельных мужских голосов оттуда доносилось.

Неподалеку заржали лошади. Обычно в городах их не оставляют стоять на улице — отводят хотя бы под навес, там Ализия сможет укрыться от дождя. Девушка пошла в ту сторону и увидела крытую конюшню, заглянула внутрь — пять лошадей стояли привязанные к балкам и лениво жевали сено, разбросанное по полу из большой кучи у дальней стены. Пахло навозом, мокрой шерстью и плесенью. Прежде принцесса никогда бы не вошла в подобное место, но сейчас она слишком устала. Протащилась до кучи сена мимо лошадей и рухнула в него, мгновенно уснула и, наконец, не видела снов.

Громкий настойчивый женский голос вернул ее в чувство:

— Эй! Говорю чевой ты это?! Лежишь тут! Не гдей чо ли?!

Полная женщина лет сорока с темными растрепанными волосами, собранными на затылке, в заляпанном светлом платье, грозно возвышалась над принцессой.

— Чевой молчишь! Лупенишься! Отвечай!

— Простите, я… я так устала… я не знала, куда могу пойти. У меня есть чем заплатить.

Принцесса сняла одну из сережек и отдала незнакомке. Женщина взяла украшение, покрутила в руках и убрала в карман юбки.

— Так чаво? Вставай, пойдем, накормлю… Комнаты есть. Я эт, Луиза меня звать, если чавой.

Женщина отошла к выходу из конюшни, повернулась к принцессе, ожидая ее. Ализия с трудом поднялась, голод и постоянное движение не оставили сил, и пошла за Луизой. Та отвела ее в двухэтажный дом рядом с конюшней.

На первом этаже располагалось то, что в книгах называли питейной, или же таверной. Мужчины в грязных поношенных рубахах, с небритыми щеками, сидели за столами по несколько человек, гремели кружками, смеялись и громко разговаривали. Дамы плавали среди них в легких полурастегнутых платьях и с распущенными волосами. Ализия поймала себя на том, что разглядывает одну из них. Та без тени смущения, даже призывающе, посмотрела в ответ, и принцесса поспешила опустить глаза.

— Эй, Луиза! Что ты за рыбку привела! Рабочая? — громко спросил один из мужчин и все засмеялись.

Женщина, улыбнувшись, лишь махнула на них рукой. По скрипучей деревянной лестнице она провела Ализию на второй этаж. Здесь, с каждой стороны длинного узкого коридора — закрытые двери гостевых комнат, а в конце — грязное окно. Дошли до последней двери, Луиза открыла ее длинным ключом и зашла в комнату первой.

— Так чаво? Не королевские покои, но в Дусе наши комнаты лучшайшие. Живи.

Женщина положила ключ на тумбу и вышла.

Комнатка оказалась совсем маленькой, в таких во дворце хранили хозяйственную утварь. Слева — от двери до окна тянулась односпальная кровать, справа — стояла небольшая тумба и стол. Когда Ализия села на кровать, поднялись облака пыли и медленно осели обратно. Все старое, словно пережившие не одно поколение… Что сейчас важно — сухое и теплое, без пауков, змей и лесных монстров, без угрозы быть съеденной диким зверем. Прежде принцесса и не предполагала, что этого будет достаточно.

***

Соня уснула, лунный свет мягко освещал плавные изгибы тела. Огюст всегда выбирал ее среди девиц Уббе и Луизы. Она не Маирка, но лучшая из остальных. Парень любил слушать ее смешные истории из жизни, каждый раз новые. Девушка тоже рано лишилась родителей, но ей не повезло встретить такого человека, как Лихой, поэтому она видела единственный выход — зарабатывать телом в доходном доме Дуса. Место грязное и ничтожное, но клиентов всегда полно.

Огюст сел в старое кресло перед окном, закинул ноги на подоконник. В руках он вертел деревянную штуковину с равными сторонами, которую забрал у Римуса назло. Почему-то тот ее ценил, на деле — обычная деревяшка. В ней даже нет ничего магического или красивого. Такие узоры Огюст сам мог вырезать при желании. Наверняка, какой-нибудь ремесленник упражнялся в резьбе, а Римус возомнил, что штуковина необычная и приносит удачу!

Вор хотел ее сразу продать, но все-таки решил не спешить — может она стоит больше, чем думает. Каждый только и ждет, как обмануть другого на лемарки! Кто знает, может Римус прав, и штука еще покажет себя. Тогда Огюст потребует подходящую цену.

Парень засунул деревяшку поглубже в походную сумку. Достал нож и стал есть яблоко, отрезая от него по кусочку — Луиза баловала его дорогой едой, как частого гостя. Доев, Огюст взял в руку кусок дерева, который подобрал по дороге и принялся вырезать из него птичку. Еще отец научил его этому, а птицы у него выходили лучше всего.

На первом этаже гудели лесорубы, иногда веселье шло до утра. Будь Огюст на их месте, то тоже гулял бы, пока силы есть — они знали, что завтра могут не вернуться из синего леса.

Гогот пьяных голосов из трех таверн — единственный шум в Дусе. Наверное, не найти города тише, разве только Правль в проклятом районе. Там все паутиной заросло. Сюда же людей притягивала синяя древесина, самая ценная во всей Муварии. Даже за ее пределами. Если кто ее добыл и выжил, то жди богатства. Поэтому, несмотря на то, что Синий лес кишит нечистью, находится много смельчаков, которые уходят туда.