– Основной класс?
Чудологи делили всех чудищ на пять классов, в зависимости от их редкости и уровня магической силы.
– Вообще-то Корень относится к мифическому классу, – уточнил Баркли. К мифическому причисляли самых могущественных чудищ, не считая шестёрки легендарных. Капитан наверняка считал, что, раз какой-то ученик был не способен контролировать свою магию, его чудище должно было относиться к основному, а может, даже к классу компаньонов.
Но капитан восхищённо присвистнул:
– Впечатляет, особенно в твоём-то возрасте. Хотя чему я удивляюсь, у тебя же сама Сумеречный Клык в учителях. Беалах относится к компаньонам, а мне для получения гильдийской лицензии в юности катастрофически не хватило усердия. – Он протянул ему руку для пожатия. – Меня звать Улик О’Хара. Перевожу товары с материка на острова Моря.
– И на остров Манси тоже? – спросил Баркли, вспомнив упомянутое Виолой название столицы Моря.
– Так точно, сэр. Манси, Данси, Коуд, Глэннок – да вообще на все, если подумать. Но конкретно сейчас мы направляемся к Манси.
Баркли про себя задался вопросом, почему Тэдж счёл, что Улик не в своём уме. Он ничего такого не заметил.
– Долго ещё до него? – спросил он.
– Часа три, как только мы перейдём Смену.
– Смену?
– Начало Моря. Должна быть уже скоро… А! Вон она!
Улик указал вперёд, и по спине Баркли пробежал холодок, когда он собственными глазами увидел, о чём говорил капитан.
Посреди водной глади тянулась невидимая пограничная линия. По одну её сторону – где они плыли сейчас – вода была зеленовато-серой, а волны хоть и нахлёстывали, но явной опасности не представляли. Но по другую вода была такого тёмного оттенка синего, что казалась чёрной, а пенистые гребни волн взмывали и опадали, как под дыханием гигантского существа, скрывающегося под поверхностью. Сердце Баркли в страхе затрепетало.
Яша, лежащий грудью на перилах основной палубы, поднял голову и застонал.
– Повремени пока с тренировкой, – посоветовал Улик Баркли. – В Море всегда болтает, а с этим штормом мне может понадобиться помощь.
– Хорошо, – пискнул Баркли. Стоило догадаться, что Море будет выглядеть не менее зловеще, чем Лес, и он поёжился, наблюдая за спорым продвижением «Беалаха» к чернильной воде. Волны били по бокам судна, вызывая в памяти сцены из приключенческих книг с тонущими в бурю кораблями, но у Баркли никогда и мысли не возникало, что он может разделить судьбу их экипажей.
Улик подтолкнул Баркли и Корня своими массивными ладонями, подводя их под паруса:
– Стойте здесь. Будете помогать нам своей ветряной магией. И ты… девочка с драконом!
Виола прервала тренировку с Митзи и возмущённо закричала:
– Меня зовут Виола!
– Скоро стемнеет, так что встань на носу. А ты… Хмурняш!
Тэдж, сообразив, кого Улик имеет в виду, ещё сильнее нахмурился:
– Не называйте меня…
– Следи за чудищами. Шторм многих раззадоривает. А ты, э-эм… Тошный.
Яша вытер рот рукавом, словно был полон решимости сражаться, несмотря на зелёный оттенок физиономии.
– Ну, не заблюй мне всю палубу, – после недолгой паузы в итоге сказал ему Улик. – А вы, Леди Клык, вы можете…
Руна одарила капитана таким убийственным взглядом, что Баркли поразился, как тот не обратился ледяной глыбой.
– Не вам мне приказывать. Но я буду настороже.
Улик от её тона будто съёжился на несколько дюймов и пролепетал:
– Х-хорошо, мэм.
Они едва успели занять обозначенные позиции, когда «Беалах», опасно качнувшись, пересёк Смену и вышел в Море.
Глава 4
В одно мгновение атмосфера плавания изменилась. Волны, и до этого хлещущие по кораблю, стали намного яростнее, так что корабль замотало вперёд-назад, как маятник. Незакреплённые ящики и брезентовые мешки покатились и заскользили по доскам центральной палубы, вынуждая Тэджа и Яшу лавировать между ними. Баркли, чтобы удержаться на ногах, вцепился в перила, и от солёных брызг у него немедленно защипало глаза.
Корень заскулил, и Баркли поспешил вернуть его в метку.
– Держитесь! – гаркнул Улик и, утробно захохотав, раскрутил штурвал.
«Беалах» взлетел по высокой волне, и у Баркли сердце ухнуло в пятки, когда нос корабля, преодолев гребень, резко опустился. Возможно, мнение Тэджа об Улике было не таким уж ошибочным.
Над ними прогремел раскатистый гром, похожий на урчание голодного желудка. Метка Баркли кольнула, будто он нуждался в дополнительном напоминании об опасности их положения.
– Паруса, мой мальчик! – закричал Улик.
Баркли, мёртвой хваткой держащийся за перила, не догадывался, что капитан обращается к нему, пока тот не потряс его за плечо. Утвердив ноги для лучшего равновесия, Баркли осторожно отпустил перила и поднял глаза к парусам, щурясь от ревущего ветра и хлещущих по лицу полос.
Он поднял руки и уже приготовился призвать ветер, но перед глазами встал разрушенный дом в Нигденксе. Если магия Баркли снова выйдет из-под контроля, им всем конец.
– Ну же! Давай! – рявкнул Улик.
С выпрыгивающим из груди сердцем Баркли крепко зажмурился и подумал: «Ветер!» Из его ладоней вырвались два мощных порыва, надув паруса. Да так, что корабль рванул вперёд, как выпущенное из пушки ядро. Виола завизжала. Баркли врезался в Улика, что по ощущениям оказалось сравнимо с ударом о кирпичную стену. Скамейка, на которой всё ещё каким-то чудом спал Эдвин, заскользила от левого борта к правому, но чудолог продолжил храпеть как ни в чём не бывало.
Руна поднялась на квартердек к Улику и Баркли:
– Если шторм усилится, лучше будет развернуться…
– Развернуться? «Беалах» переживал и не такое! И, как видите, он всё ещё на плаву! – заявил Улик, и живая Беалах на его руке согласно крякнула. Затем капитан расправил плечи и с безумным блеском в глазах заорал: – Держитесь!
«Беалах» перемахнул через ещё один гребень, и Руне пришлось схватиться за край борта, чтобы не упасть.
– Послушайте! Если мы сейчас повернём назад, то можем успеть добраться до Нигденкса и…
– Эй! Хмурняш! – игнорируя её, закричал Улик Тэджу и указал вперёд: – Займись!
Баркли прищурился, пытаясь рассмотреть, о чём он говорит. Бурлящие воды на секунду рассёк огромный чешуйчатый хвост.