Она облизала губы.
– Вы не удовлетворены, милорд? Я надеялась, что наконец-то вы успокоитесь.
– Бог ты мой, – выдохнул он, нежно притянув ее голову к своему плечу. – Могу себе представить, как ты отчаянно надеешься, что я наконец удовлетворен. Не сомневаюсь, ты и думать не хочешь о второй ночи.
– Конечно, милорд, я предпочла бы не иметь второй такой ночи. Пока я жива. – Голос Софи звучал глухо, поскольку она уткнулась в его халат. Он понял, насколько искренне ее желание.
Его мучила вина. Успокаивая, он гладил Софи по спине:
– А если я поклянусь, дам слово чести, что в следующий раз все будет не так плохо?
– Слово чести, милорд?
Он выругался, еще сильнее прижал ее к себе. Он чувствовал ее напряжение, но понятия не имел, как вывести ее из этого состояния.
– Возможно, ты не веришь в мое слово чести, но обещаю, в следующий раз, когда мы займемся любовью, ты не будешь страдать.
– Я даже мысли не допускаю о следующем разе, Джулиан.
Он медленно выдохнул:
– Да, понимаю.
Он почувствовал, как Софи пытается высвободиться из его рук, но не отпускал ее. Он должен найти способ успокоить ее, уверить, что он вовсе не чудовище, каким показался ей прошлой ночью.
– Извини, дорогая, сам не знаю, что на меня нашло. Может показаться странным, но, честно говоря, я даже не помню, что случилось. Поверь, я не хотел причинить тебе боль.
Софи пошевелилась, упираясь ему в плечи:
– У меня нет желания это обсуждать.
– Мы должны. Иначе будет еще хуже. Софи, посмотри на меня.
Она медленно подняла голову, неуверенно взглянула на него из-под ресниц и торопливо отвела взгляд.
– Что вы хотите от меня, Джулиан?
Его руки на миг сжали ее, потом он заставил себя расслабиться.
– Я хочу, чтобы ты простила меня и не злилась из-за проклятой ночи. Конечно, я сейчас прошу слишком многого…
Она прикусила губу:
– Ваша гордость удовлетворена?
– Черт с ней, с гордостью. Я пытаюсь извиниться перед тобой и объяснить, что никогда не будет так… так неприятно. – Проклятие! «Неприятно» – разве этим словом можно объяснить, что она чувствовала прошлой ночью, когда он такое с ней сотворил? – Любовь должна быть приятна и мужчине, и женщине. Любовь – это удовольствие. И я хотел, чтобы ты его испытала. Не знаю, что случилось… видимо, у меня помутился разум. Черт побери, я, наверное, сошел с ума.
– Пожалуйста, милорд. Ваши слова меня ужасно смущают. Неужели мы должны обсуждать случившееся?
– Но пойми, нам просто необходимо все обсудить.
После паузы она осторожно спросила:
– А почему необходимо?
– Софи, ну будь наконец разумной, моя радость. Мы женаты и должны заниматься любовью часто, поэтому у тебя не должно быть страха после первого опыта.
– Я не хотела бы называть любовью то, что не имеет к любви никакого отношения, – резко ответила Софи.
Джулиан закрыл глаза, пытаясь не терять самообладания. Ничего не поделаешь, он должен проявить терпение по отношению к своей жене. К сожалению, он не мог похвастаться этой чертой своего характера.
– Софи, ты ненавидишь меня?
Она тяжело вздохнула и уставилась в окно.
– Нет, милорд.
– Хорошо, во всяком случае, уже что-то. Немного, но что-то. Проклятие, Софи, что я делал с тобой ночью? Я набросился на тебя? Но клянусь, я ничего не помню после того, как подошел к твоей кровати.
– Я на самом деле не желаю это обсуждать, милорд.
– Да, разумеется.
Он запустил пальцы себе в волосы. Разве можно ожидать, что она сейчас в подробностях опишет все его действия? Он и сам ничего не хотел слышать. Однако ему необходимо знать, что он действительно сделал с ней и как низко может опуститься. Воображение уже начало мучить его.
– Джулиан!
– Вы правы, этому нет прощения, но вчера вечером я выпил слишком много портвейна. Клянусь, я никогда больше не приду к вам в таком скверном состоянии. Этого, конечно, нельзя простить. И все-таки, пожалуйста, простите меня и поверьте, что в следующий раз все будет совсем иначе.
Софи откашлялась.
– Что касается следующего раза…
Он поспешно прервал ее:
– Я понимаю, ты не горишь желанием повторить эту ночь, но не будем торопить события. Мы можем заниматься любовью, Софи. Это для тебя только первый неудачный опыт. Мы можем провести сравнение: допустим, ты упала с лошади, пытаясь научиться ездить верхом. И если снова не сядешь в седло, ты уже никогда не овладеешь искусством верховой езды.
– Я не совсем уверена, что собираюсь им овладеть, – пробормотала она.
– Софи!
– Да, конечно. Но есть маленькая проблема – наследник. Извините, милорд. Я чуть не забыла о ребенке.
Он проклинал себя.
– Да не думаю я о наследнике! Я думаю о тебе! – простонал он.
– Наш договор заключен на три месяца, – тихо напомнила Софи. – Можем ли мы вернуться к первоначальному сроку?