Сулитерия, тем временем, расстегнула вторую пуговицу, провела пальцем по шее Саймона, коснувшись цепочки амулета Карсилины. Парень сглотнул, чувствуя себя жертвой. Срочно нужно выкарабкиваться! Проблема в том, что Сулитерия давила своим весом, да и ростом была чуть выше Рейли.
– Пожалуйста, слезь! – Попросил Саймон, ему было неприятно. Пытался оттолкнуть ее, но девушка властно прижала его запястья к траве, не давая сопротивляться.
Что Сулитерия себе позволяет! Ему не нужна эта близость! Сама мысль даже о поцелуе вызывала отторжение.
– Тихо, всё ведь хорошо… – Говорила она, и не думая отступать.
Шокированный Саймон не мог пошевелить руками. Ему хотелось отстраниться, но голова и так уже упиралась затылком в землю, сквозь которую, к сожалению, провалиться было нельзя.
– Прекрати!
Сулитерия приблизила к его уху свои горячие губы, шепча:
– Это совсем не страшно, – казалось, будто она готова была лизнуть.
Вцепилась, словно хищница.
Саймон, сопротивлялся, отчаянно соображая. Говорят, иногда срабатывает стратегия, чтобы тебя отпустили, нужно сделать что-нибудь неожиданное. Конечно, Сулитерия не похожа на кровожадного маньяка, схватившего в подъезде. Ну а вдруг получится?
Громко залаять? Пустить слюни по подбородку? Попытаться ее укусить?
Сулитерия уже порывалась украсть его поцелуй, но Саймон внезапно набрал воздуха и со всей силы подул ей в лицо. Девушка такого явно не ожидала и ослабила хватку.
Воспользовавшись замешательством, парень столкнул ее, опрокинув в траву, и вскочил на ноги, отряхиваясь и увеличивая дистанцию.
– Не подходи ко мне! – рассерженно твердил он, пятясь к дубу и застёгивая рубашку. На амулете плясали блики от костра.
– Саймон, – выкрикнула Сулитерия, расстроено глядя на него. Ей хотелось расплакаться.
– Ты меня пугаешь, – заявил тот, устало прислоняясь спиной к стволу дуба.
Сулитерия еле сдержала всхлипы. Она должна научиться быть сдержанней, быть холоднее. Чтобы никто не смог увидеть ее в таком состоянии. Больше никогда!
– Мне придется теперь всю ночь бодрствовать? А то вдруг еще подкрадешься, – Саймон не сводил с нее неприязненного взгляда.
Это уязвляло ее гордость. Сулитерия встала, хотела крикнуть что-то обидное про Карсилину, но передумала. По щеке, все же скатилась слеза, и Трегторф резко отвернулась, шагая к костру, затем забралась в спальник
Убедившись, что угроза миновала, Саймон вернулся к потрескивающему пламени. Пока он сидел, пытаясь переварить произошедшее, под спальником, похожим в темноте на огромную гусеницу, готовящуюся окуклиться, что-то всхлипнуло и чуть слышно сказало: «Прости, не знаю, что на меня нашло».
Саймону уже не хотелось спать.
Стараясь не думать о том, как нагло Сулитерия себя повела, парень улегся на холодную траву и стал смотреть на звёздное небо. Наверное, он никогда раньше этого не замечал, но в Чалиндоксе звёзды не такие отчётливые. Тут же они сияли, собираясь в скопления, их не заслонял свет городских огней.
Рука потянулась к груди, и Саймон нащупал, вынимая из-под рубашки, амулет Карсилины.
– Где же ты сейчас? – прошептал он, с грустью. Когда они смогут наконец встретиться?
А что, если Карси не захочет возвращаться в Листон, после того, как найдётся? Может, не помнит его.
Саймон крепко сжал в руке амулет. Нет, помнит! Она не могла всё забыть.
– Пожалуйста, – прошептал он, на миг, закрыв глаза.
Но, даже если девушка потеряла память, это не остановит его.
Карси как-то говорила, что верит, что если с неба упадёт звезда, и в этот момент успеть загадать желание, то оно сбудется, если в нём есть смысл. Например, если загадать, чтобы человек, которого ты ненавидишь, превратился в животное, например, в корову, то такое точно не покажется Вселенной логичным, для того, чтобы рассматривать просьбу.
В этот момент в небе мелькнула падающая звезда, Саймон едва успел моргнуть.
Где-то сбоку чихнула Сулитерия, слегка шевельнувшись. Спала она или нет, оставалось загадкой.
Не желая разгадывать сей «ребус», Саймон вытянул перед собой руку, и стал водить пальцем по воздуху, воображая, что пишет на ночном небе буквы:
«Карси».
И очень удивился, когда эти два слова вспыхнули огнём среди звёзд. Буквы были такие яркие и огромные, что Саймон ненароком испугался, как бы Сулитерия не заметила.
Но та делала вид, что спала, лёжа на боку и дуясь.
Минуту, фраза висела на небе в гордом одиночестве, и когда уже стала бледнеть, рядом появились светящиеся зелёные буквы:
«Кто это?»
Саймон вздрогнул, сердце взволнованно подпрыгнуло и тут же скептически сбавило темп. Не стоило надеяться, что буквы, написанные на небе, видны только ему. Наверное, их полмира наблюдало сейчас! Это развлечение почище салюта будет! Но ведь, и Карсилина, теоретически, могла это видеть, а значит, догадаться, что её кто-то ищет?
Наверняка, у здешних магов переписка такая, у них небо, как Интернет, компьютеров же в этом мире нет, вот и приходится выкручиваться. Своего рода чат. Или, они там объявления вешают и всякую рекламу. Хотя, вчера Саймон такого не наблюдал. Да и сообщений, после «Кто это?», не появилось.
Парень занял выжидательную позицию, может еще что напишут. Интересно, кто отозвался? Неужели в этом мире так мало магов, или они просто не любят смотреть на небо, раз решил отреагировать только один человек. А, может, этот человек вроде модератора? Счищает с небосвода лишние фразы, чтобы он не был похож на исписанный хулиганами забор?
Буквы стёрлись, и больше никаких фраз в вышине не появлялось.
Саймон включил свой азарт, захотелось того субъекта разговорить. Было очень интересно узнать, как работает «небесный чат».
«А вы кто?» – он отправил светящуюся оранжевую надпись, предвкушая ответ.
Минуту или две, ничего не появлялось. Может, спать пойти?
«Сначала, ответьте, кто вы!» – появились зелёные буквы.
А собеседник оказался упёртый! По крайней мере, клюнул на крючок и можно попытаться что-нибудь из этого него выудить. Может, спросить его о Шелмексе? Что это за мир такой, как вообще устроен. Но отец вроде говорил, что не знает, как зовут свою планету местные.
«Простой обыватель» – Отправил ответ Саймон. Интересно, в здесь знают такое слово?
Ему не хотелось, чтобы весь мир читал их переписку, уж лучше остаться анонимом, а то вдруг, люди, которые это читают, подумают, что бес на небе развлекался. Если, конечно, у них есть какая-нибудь религия.
Затем, Саймон поспешно приписал:
«Вы знаете что-нибудь о Шелмексе?»