– Почему?
– Его пугает магия.
– Странно, маг, который боится магии. Это нелепица какая-то.
– Ты же знаешь, именно магическим способом он таким уродливым стал. Хотел у ведьмы знаний перенять, а вот оно как обернулось…
– Всё равно я не верю, что он не пытался это исправить.
– Эти чары необратимы. Так Клыксер сказал.
Наступила пауза, во время которой перед ними в сторону дырки в изгороди прошла важная белая утка, и выводок пятнистых пугливых утят, покрякивающих на ходу.
– А может, всё-таки, выбросишь бутерброды? – напомнила Карси, провожая их взглядом, в то время как последние три утёнка скрывались за изгородью.
– Нет. – Ответил Тюбенций.
Разговор на этом закончился.
***
Саймон с Сулитерией выбрались из леса на пыльную дорогу, вероятно, соединяющую какой-то город с еще одним каким-то.
Как проснулась, Сулитерия, словно воды в рот набрала, всё еще на него дулась. И лицо у неё всё утро было недовольное, как выжатый лимон.
Это Саймон должен был на неё обижаться, за ту вчерашнюю выходку. Он не понимал. Что она вообще хотела этим добиться? Еще и куксилась, как будто это он виноват в том, что она предстала в таком неловком свете.
Встав посреди дороги, Саймон, сделав «козырек» из ладони, вглядываясь вдаль сказал:
– Ну что, куда пойдём, туда или туда? Назад по ней или вперед?
Выход был только один – куда-нибудь.
Если честно, он не знал, в какую сторону. Карты местности у них не было, да и куда тот клыкастый тип утащил Карсилину, тоже непонятно. Они могли быть в городе, в какой-нибудь деревне, в пещере, просто в лесу – где угодно. Это всё равно, что искать соломинку в стоге сена.
Сулитерия картинно молчала, ожидая, что Саймон перед ней извинится.
Доверившись своей интуиции, Саймон дернул девушку за рукав, чтобы не была такой сонной, и решил:
– Идём сюда!
Сулитерия фыркнула. Когда она молчала, так даже лучше.
Сзади послышался стук копыт, ребята обернулись, по дорожке катилась повозка, в ней ковыляла хилая гнедая лошадёнка. Повозка везла всякие корзинки. Мужчина, держащий поводья, был с бородой, почти лысый и в кафтане, расшитом красными нитками. Местный купец, наверное. А под глазом у него ярко выделялся синяк. Может, это последствия алкогольных встреч?
Мужчина остановил перед ними лошадь и спросил радушным голосом:
– Что это вы посреди дороги ходите? Не боитесь попасть под быструю карету?
– Мы карет уже час как не встречали, сударь. – Ответил Саймон вежливо. – А что там за город, куда вы направляетесь?
– Смысловец. торговать туда еду. Жена отличные корзины плетет, хотите взглянуть?
Это он ненавязчиво предложил товар?
– Я смотрю, нам по пути! – безобидно улыбнулся Саймон. – Мы могли бы составить вам компанию, например, развлечь приятной беседой.
Купец смотрел на них, что-то соображая.
– А еще, вы сможете проявить своё добродушие к заблудившимся путникам, доброе дело сделаете, – Саймон не менял тактики.
Он давно не вел себя настолько расчетливо.
Сулитерия хотела шикнуть Саймону на ухо, что могли подождать экипаж и лучше, но вспомнила, что обиделась и снова фыркнула, показывая недовольство.
Не обращая на её кривлянья внимания, Саймон продолжал уговаривать купца их подбросить, дошел даже до того, что сказал, если он их возьмёт с собой, его душа попадёт в рай.
Хотя на самом деле – рай – понятие иллюзорное, и вообще произошло из какой-то религии с Земли, про которую им рассказывали на лекции. Это слово принесли в Листон те, кто занимался межмировыми коммуникациями и торговлей.
– Смешные вы. – Улыбался мужчина, вдохновенная речь Рейли о том, что надо помогать беспомощным путникам, его веселила.
– Хватит распыляться, – Сулитерии надоело молчать и слушать, как Саймон строит из себя хитрого лиса.
– Полезайте в повозку. Только, корзины, осторожно, не сломайте. – Согласился купец. – А веселой компании в пути мне и правда, не хватает.
Саймон забрался в повозку. Сулитерия ожидала, что хотя бы руку ей подаст, но ошиблась, и пришлось ей лезть туда самостоятельно. Пыхтя и отдуваясь, она уселась на корзину и бросила в сторону Саймона уничижительный взгляд.
***
Карси и Тюбенций шли по лесу. Всё глубже и глубже. Тюбенций, перешагивая через поваленное сухое дерево, чуть не заехал Карсилине по носу узелком с бутербродами. Так они шли очень долго, пробираясь через густые дебри. Благо, комаров почти не было.
Тюбенций, думавший только о подвигах, то и дело спотыкался о коряги.
Вскоре, показался просвет, и высокая отвесная скала впереди. А в скале была небольшая пещера.
– Может, привал сделаем? – предложил Тюбенций, бросив палку с провизией, чтобы размять пальцы.
Узелок упал в лужу и бутерброды окончательно и бесповоротно размокли.
– Ладно, давай сделаем. – Ответила Карсилина, наблюдая, как он их поднимает.
Они подошли ближе к скале, но тут раздался жуткий протяжный вой. Над лесом поднималась снежная пелена, метель, которая стремительно приближалась.
– Быстрее, в пещеру! – приказал Тюбенций, схватив Карси за локоть и потянув за собой.
– В чём дело? – не понимала она, чего это парень, интересно, так испугался?
– Снежные псы Январиса! – крикнул он, затаскивая Карсилину в пещеру.