– А давай!
Я сама цапнула парня под руку и уверенно направилась как можно ближе к кустарнику.
– Все, стой тут, я сейчас вернусь! – командный тон вышел не очень, уж слишком сильно я переживала, что побег не удастся.
– Да куда ты? – не унимался детина, пришлось пойти на крайние меры.
– Пописать надо мне, не пойдешь же ты со мной.
Даже в сгущающихся сумерках было видно, как лицо молодого кузнеца залилось краской. Осознав причину моего недовольства, он даже отвернулся в сторону поляны. Я же, как можно сильнее топая, чтобы каждая веточка хрустнула под ногой, зашла за кусты.
Кажется, теперь меня не видно. И шаг стал легким и еле слышным. Санио говорил, что я ломлюсь сквозь кусты, как бегемот, кто такой этот загадочный бегемот я не знаю, но наверняка не сильно аккуратный зверь. По сравнению с ведьмарём, я действительно шумела, но для деревенской девчонки результат неплохой.
Перевести дух решилась только на знакомой тропе. Стало уже совсем темно, но луна ещё пряталась за ветвями вековых елей. Как и должно, свой путь я продолжила в темноте. Сначала все шло хорошо, тропку я слабо, но различала.
Болото встретило меня приветливо, так мне показалось, но обман этот быстро раскрылся. Сегодня поистине волшебная ночь. Я и прежде приходила сюда во тьме, но такого мне видеть не довелось. Всё болото сверкало разноцветьем. Каждый цветочек, каждая букашка издавали неясное мерцание, создавая сказочный терем.
Деревья на болоте растут не густо, это в лесу луны не было видно, а здесь она полноправно властвовала в сверкающем дворце. Серебрилась вода в прогалинах и мох на кочках. Уже выступила первая раса, на мокром болоте это не удивительно.
Прелесть болота открылась для меня впервые, неуверенный шаг постепенно ускорился. Чуть видная тропка ведёт вперёд. Я нашла болотную веретянку. С тщательным соблюдением ритуала набила полный мешочек вожделенной травы и только тогда осознала свою главную ошибку.
В назначенном месте травки было совсем чуть-чуть, едва хватило бы на несколько порций зелья, но здесь мне удалось собрать гораздо больше. Значит, это совсем не то место, что было разведано. Я заблудилась ночью на болоте. Меня вела вовсе не проторенная тропка, а призрачная лунная дорога. Как я могла так жестоко обмануться?
Оказаться на незнакомом болоте – совсем не то же самое, что заблудиться в лесу. В лесу можно легко определить направление и выйти к дому, но болото таит множество опасностей. Направление определить можно, но на пути может оказаться топь, а я совсем одна, вытащить из бочага некому.
Возвратиться по лунной тропе тоже плохая идея. Каждый ребенок знает, что она меняется вместе с движением светила по небу. Остается только один выход – ждать утра. Днем опасности меньше. Сухое место искать не пришлось, веретянка росла как раз на небольшом островке под раскидистой ветлой. Раз здесь смогло укрепиться дерево, значит место достаточно прочное и для меня.
Спать совсем не хотелось, да и страшновато засыпать на болоте в такую ночь. Инструменты легли по своим местам, мешочек с травой приторочен к поясу, всё должно быть в порядке, несмотря на передрягу.
Ночь была удивительно красива, невольно залюбуешься. Когда удалось немного успокоиться, я решила помедитировать. Подобрала юбки и уселась в нужную позицию.
Болотное сияние умиротворяло и помогало сосредоточиться, в таком прекрасном месте я ещё никогда не проводила настройки разума. Сперва все было как обычно: дыхание стало глубоким, грудь мерно вздымалась и опускалась, глаза прикрыты, я почти уснула.
В этом странном состоянии картинка вдруг стала меняться. Болотные цветы и гнилушки засияли ещё ярче, деревья и кочки, наоборот, словно кистью размазали по холсту. В этом невероятном новом мире я заметила, как от меня отходят серебристые клубы и вьются, уходя вдаль.
Кажется, я научилась видеть ауры! Это было единственным знанием, отделяющим меня от посвящения, так было написано в бабушкиной книге. Серебристые клубы, значит, – это мой след, и я смогу вернуться назад. Ликующий возглас вырвался сам собой, я чуть не сбила настрой и тут же снова углубила дыхание.
Главное сейчас – сохранить концентрацию и не упустить туманный след. Ноги сами упруго ступали по болотным кочкам. Искать взором тропу бесполезно, ауры размывают привычный вид, и сложно понять, что там: земля или вода. Мне ещё предстоит разобраться с этим, но сейчас все внимание на след.
Настроение становилось всё лучше, словно я вновь танцую вокруг костра в толпе таких же молодых и красивых. Глаза перестали следить за дорогой, ноги пустились вскачь, приплясывая. Грудь бурно вздымалась, каждый новый глоток воздуха пьянил. Я слышала каждую букашку, каждый шорох, пела вместе с запоздалыми птицами ночную трель.
За дальними елями мелькнул слабый золотистый отсвет. Может, это остатки праздничного костра? Словно мотылек, не останавливая дикой пляски, я порхнула к манящему свету. Мне показалось, что золотые искры идут навстречу, или это я бежала слишком быстро, и мне только кажется…
Пламя приблизилось и приобрело человеческие очертания. Сверкающий огненный человек. Я с разбегу вломилась в этот огонь, прямо внутрь. Сильные руки обхватили меня, начали трясти за плечи. Сквозь треск с трудом удалось узнать голос:
– Ненастья, успокойся, – меня то прижимали, то снова трясли, – вот духи! Глаза-то, чернющие. – Асти, приди в себя! Сколько ты уже в трансе?
Вырвавшись, я вышла за пределы огня и, наконец, смогла разглядеть, кто передо мной.
– Санио? – удивлению не было предела, – но откуда?
Пальцы легонько прошлись по кромке огня, за ними тянулись легкие золотистые вьюнки. Так вот как выглядит его аура: бушующее пламя с расплавленным золотом. Вьюнки ненадолго заняли меня, глаза удивленно следили за движениями пальцев. Почему аура ведьмаря так послушна мне? Над поляной раздался звонкий заливистый смех, неужели это мой собственный голос, такой удивительный.
Я отскочила в сторону, продолжая смеяться. Санио пытался меня поймать, но безрезультатно. Пламя играло в догонялки с переливами смеха, но в итоге огонь оказался быстрее. Я снова оказалась в капкане крепких рук. Спина прижалась к твёрдой груди, мужская ладонь закрыла разом нос и рот. Воздух, скопившийся в груди, требовал выхода и, не найдя его, жёг нутро.
Что же такое, неужели он хочет меня убить?! Но зачем тогда он столько меня учил, чтобы вот так отправить в мир иной. Мысли путались, опьянение постепенно проходило, и вместе с ним сознание покидало тело. Я, кажется, умерла.
Глаза открылись. Я увидела россыпью звезд, луну да макушки деревьев. Грудь мерно вздымается, от боли не осталось и следа. Мир приобрел привычные очертания. Темные силуэты деревьев, жёлтые огоньки звезд. Я помнила все: и дикое веселье, и огромного огненного Санио, или это уже померещилось?
– Ну что, очухалась? – раздался знакомый голос, и голова ведьмаря заслонила небо.
Санио улыбался, но в глазах плескалась тревога. Ух, вот это я покуролесила на праздник урожая, следующий год точно должен быть плодородным, после такого. Попытка сесть провалилась, распущенные волосы зацепились за сучок и утянули обратно.
М-да, еще вечером я мечтала, чтобы Санио сегодня меня увидел, и вот мечта сбылась, жаль только вид уже совсем не тот. Тут же вспомнилось и дикое веселье, которое прервал ведьмарь. От всех этих мыслей голова бессильно рухнула на траву.
Санио, еле сдерживая смешки, помог высвободить из плена волосы, и мне, наконец-то, удалось сесть. Некогда роскошная грива теперь наверняка представляет печальное зрелище, после таких-то прогулок. Венок давно потерялся, половина косичек расплелись, цветные ленты сползли.
– Ну же, не хмурься! – я видела, что Санио трудно было не расхохотаться, – тебя можно поздравить!
– С чем? – сейчас поводов для радости не вижу.
– Как с чем? – деланно удивился парень, – ты научилась видеть ауры. Только скажи, что ты делала одна на болоте? Я чуть-чуть опоздал на праздник урожая, а тебя и след простыл. Думал, уединилась с пареньком каким, а ты местные топи исследуешь.
Да как он мог, так думать обо мне. Под руку попался колючий репей и мигом полетел в парня. Ловкач успел закрыться рукой и засмеялся уже в голос.
– Да что такого я сказал? – репей полетел в обратку прямо в волосы. – Так что ты делала на болоте?
Прямое попадание рассердило, но пришлось отложить дальнейшие препирательства. Выпутать колючку нужно немедленно, иначе придется выстригать вместе с клоком волос. Пока занималась делом, отмалчивалась, ведьмарь упрямо ждал ответа.
Покончив с репьем, отбросила остатки куда подальше. На поясе нашелся заветный мешочек, чудо, что не потерялся во всей этой свистопляске.
– Вот, – показала одну невзрачную веточку, – собирала веретянку.
– Веретянку, одна, на болоте в полнолуние? – парень нахмурился, – Асти, ты либо смелая до отчаяния, либо просто глупенькая. Лунная дорожка часто заводит путников в топь.
Об этом я даже не думала, ну откуда мне было знать про эту особенность луны на болоте. Повезло несказанно, что прошла без всяких проблем, да ещё и вышла к большим запасам веретянки. Открывшиеся способности тоже стали огромной удачей. Пришлось рассказать ведьмарю подробности моих приключений. Неувязочку с Робеем я, конечно, опустила и начала сразу с лесной тропы.
Санио слушал внимательно, то улыбался, то хмурился, то тихонько хихикал. Парень совсем не умел прятать свои чувства, все они немедленно отражались на лице, несмотря на упорные старания хозяина обуздать непослушные эмоции. Это в нём очень нравилось, особенно провальные попытки совладать с собой.
– Эх, вовремя же я тебя нашёл, – веселился ведьмарь, – а то бы к утру переполоху в деревне наделала, легко сошла бы за местную сумасшедшую.
Я надулась: вот так всегда. Надеялась на похвалу, а тут… Когда же он начнет видеть во мне ведунью, а не простую деревенскую девчонку. Весной истекает указанный бабушкой срок обучения, а он ни словом не обмолвиться о посвящении. Радужное будущее в моих фантазиях с каждым его приездом постепенно меркнет. Незнание пугает.
Я хочу стать его ведуньей, только его, но никаких намёков на совместное будущее нет и не предвидится. Неужели передаст другому? Это станет самым страшным кошмаром. Все подружки уже целовались, а я как белая ворона.
Прямо спросить тоже не могу. Не боюсь услышать нежеланный ответ, просто лучше оставшееся время буду с ним так, как есть. Не хочу портить наши последние встречи тяжёлой обидой. Осталось не так уж много, а там все само разрешится.
– Зачем веретянка нужна была так срочно, что меня дождаться не могла.