– Что такое? Передумала? Значит, ты не так глупа, как мне показалось.
– Вы можете позвонить в автомастерскую? – я проигнорировала колкое высказывание.
Мгновение полукровка колебался, затем все же достал из кармана куртки телефон, покопался в нем и приложил к уху. Спустя пару минут он с мрачным видом произнес:
– Оба номера из моего справочника не отвечают. Хочешь позвонить отцу?
– Исключено, – замотала я головой, прижимая к пуховику озябшие руки.
– Тогда пока, – отсалютовал Форестер телефоном и вновь направился к джипу.
– Стойте! Я поеду с вами! Но только потому, что у меня нет выбора, – торопливо добавила, едва вновь увидела его самодовольную улыбку.
Казалось, он получил желаемое и теперь был в восторге от самого себя.
Я перенесла многочисленные пакеты в джип и забралась на пассажирское сиденье рядом с водителем, который предпочел не помогать мне с вещами. Все это время Форестер разговаривал по телефону. При этом довольно строгим тоном. Закончив, он завел двигатель, и мы понеслись в эпицентр снежной бури. Пушистые хлопья метались в воздухе в диком танце, «дворники» двигались туда-сюда, с трудом справляясь с белой пеленой.
Ограниченное пространство, исходившая от полукровки сила наряду с древесными нотками мужского парфюма и едва различимым пряным запахом заставили мои нервы натянуться, будто безжалостно накрученные кем-то гитарные струны. Сердце заколотилось точно сумасшедшее, кровь понеслась по венам огненной лавой. Я схватилась за ручку двери, словно утопающий за соломинку, и крепко сжала ее. Тихий хруст под напряженными пальцами вынудил меня убрать руку. Сломать что-либо в дорогом автомобиле – последнее, чего мне сейчас хотелось.
Вдыхая раз за разом манящий запах полукровки, я невольно начала вспоминать, как страстно Форестер целовал меня вчера, как сама прижималась к нему и таяла в его крепких объятиях. Происходящее походило на наваждение. Следовало немедленно избавиться от навязчивых образов, иначе быть беде.
Во спасение ситуации я обратилась к водителю серебристого джипа с вопросом:
– Зачем вы искали со мной встречи?
Полукровка отвлекся на миг от дороги, чтобы посмотреть на меня.
– Может, перейдешь уже на «ты»?
С кем-нибудь другим я давно бы так поступила, но с ним предпочитала держаться подчеркнуто официально.
– Мы не настолько хорошо знакомы, чтобы…
– Ближе познакомиться можно только в постели. Но ты отказалась, когда залепила мне пощечину. Поэтому, считаю, после случившегося мы просто обязаны перейти на «ты». Ну так как?
– Я не знаю вашего имени, – слетело с моих губ признание.
Ни для кого не являлось секретом, что у Дилана Форестера было двое детей: сын и дочь. Но их имена оставались для меня секретом, поскольку ни он, ни она не ходили в нашу школу. По крайней мере тогда.
Полукровка бросил на меня быстрый взгляд, будто хотел убедиться в правдивости слов, и снова уставился на дорогу, утопавшую в водовороте снежного бурана.
– Меня зовут Деррен.
Двойное «р» в исполнении голубоглазого брюнета походило на звериное рычание. Он носил достойное имя для будущего альфы. Пожалуй, даже слишком, учитывая, кем он был.
– Так зачем… Деррен, ты искал со мной встречи? – повторила вопрос, который едва не вылетел из головы.
– Хотел извиниться. Я не любитель подобных поступков, но вчерашний инцидент обязывает. Так что… прости, что перепутал тебя с сестрой.
– Как такое возможно? – в моем голосе прозвучало недоумение.
– До вчерашнего вечера я понятия не имел о твоем существовании. Мое детство прошло в Англии. Собственно, там и школу закончил. В Америку вернулся, только чтобы поступить в Гарвардский университет, поэтому долгое время не интересовался кланом. По окончании учебы примкнул к семейному бизнесу и стал вникать в дела. С твоей сестрой я познакомился в кафе, правда, вскоре вынужден был уехать на полгода в Японию. Вернулся только вчера, увидел в баре девушку, как две капли воды похожую на Мию, неудивительно, что я вас перепутал. Хотя теперь вижу, что вы совершенно разные.
Несмотря на оправдания Форестера, я не находила объяснений произошедшему. Казалось, он почувствовал мое замешательство, поскольку внезапно продолжил:
– Мия никогда о тебе не рассказывала, Рон всегда появлялся в священной пещере один. Откуда мне было знать, что у него есть еще одна дочь? Да еще близнец!
Наконец все встало на свои места. В салоне снова повисло молчание, которое тяготило. К тому же у меня на языке постоянно крутился вопрос:
– Понимаю, не мое дело, но зачем ты с ней встречаешься?
– Хорошее замечание. Это и правда не твое дело, – раздраженно бросил полукровка, вцепившись в руль до побелевших костяшек, затем более мягко произнес: – Но я отвечу. Она нравится мне и внешне, и современными взглядами на эволюцию оборотней.
– Отец выгонит сестру из дома и отлучит от клана, если узнает, что она бегает к тебе на свидания, – сокрушенно покачала я головой.
– Маловероятно, – с загадочным убеждением ответил Форестер. – К тому же Мия совершеннолетняя и сама вправе выбирать, с кем встречаться.
– До тех пор пока не повстречает истинного.
– Такая взрослая девочка, а до сих пор веришь в сказки, – по-доброму рассмеялся он. – Истинные пары давно в прошлом. Их теперь можно встретить только в книгах и фильмах.
– Нужно соблюдать чистоту крови, – убежденно заявила я, пропуская мимо ушей высказывание Форестера.
– Не зря я сказал, что вы похожи с сестрой, но при этом совершенно разные. Ради чего соблюдать чистоту крови? Чтобы просто с гордостью заявить, что вы манаро? В чем ваше превосходство над нами?
– У нас более острый нюх и слух, сильнее развита эмпатия.
– Разве без этого нельзя жить? – с его губ слетел циничный смешок.
– Мы выносливее. С нами сложнее расправиться.
– Согласен. Только один огромный минус перечеркивает все ваши достоинства: вы подвластны инстинктам, особенно в преддверии полнолуния. В эти дни вторая сущность берет над вами верх, поэтому вы не можете жить среди обычных людей. Чтобы избегать оборота, пьете всякую гадость. В то время как нам в этом нет необходимости. Как и любые оборотни, мы чувствуем зов волка, но сами решаем, оборачиваться или нет. Ты все еще считаешь, что мы хуже вас? Может, наоборот? И будущее за нами, а не за вами?
– Если следовать твоему суждению, то в один прекрасный день оборотни навсегда исчезнут с лица земли. Ты этого хочешь?
Полукровка ничего не ответил ни через минуту, ни через пять. У меня тоже не было желания продолжать беседу. В молчании я видела нынче спасение, пусть и временное, ведь напряжение между нами достигло такого накала, что в воздухе прямо-таки слышался треск. И любая необдуманно брошенная фраза могла положить начало очередной перепалке.
К счастью, долго терпеть непозволительную близость полукровки не пришлось. Спустя непродолжительное время машина свернула с основной дороги и, проехав милю, остановилась у черных кованых ворот с золотыми пиками. Они были распахнуты настежь, словно дожидались возвращения хозяина.
В моем воображении дом Форестера представлял собой небольшой приземистый домик с невзрачными серыми стенами. По факту это оказался двухэтажный коттедж из оцилиндрованного бревна. К нему вела подъездная аллея, вдоль которой молчаливыми охранниками возвышались фонари.
– Мы на месте, – бросил полукровка, припарковав внедорожник у крыльца.
Его голос донесся до меня будто сквозь толщу воды. Я не могла оторвать взгляда от восхитительного строения, в котором мне предстояло дожидаться своей машины.
– Пойдем? – Форестер вновь дал мне понять, что пора выбираться.
Кровь закипела в жилах при мысли, что, возможно, не один час проведу наедине с сыном своего личного врага и врага всех манаро. Но судьба второй день подряд сталкивала меня с ним. К чему бы?