– Да, иначе никак.
УРОК ПУСТОТЫ
Всегда благодарите за то, что у вас уже есть. Будьте благодарны за то, что у вас имеется. Вы станете обладать целым миром, когда поймете, что у вас уже есть все. Да, вы не можете изменить направление ветра, но вы можете правильно поставить паруса. Это же касается вашей души. Если в вас есть злость, значит, вы себе не принадлежите, вами управляет то, что вызвало вашу негативную реакцию. Если внутри вас царит пустота, вы обладаете свободой. Потому что, если вы пусты по отношению к проблеме, она не может вас зацепить. А что такое пустота? Это прощение. Просто простите людей, которые причинили вам зло, которые оскорбили вас.
Возьмем, к примеру, сосуд. Он сделан из какого-либо материала, глины или стекла, но внутри он пустой и именно этим ценен, мы наливаем жидкость внутрь, заполняя пустоту. У дома есть стены, но люди живут внутри дома, пользуясь пустотой. Польза заключается в пустоте. Вы должны быть пустым, чтобы вы могли наполниться. Если вы хотите получить что-то, – отпустите это. Пустота подарит вам свободу, пустота – это путь к наполнению. Вам нужно отпустить все свои желания и не торопить события. Если вы будете слишком спешить, вы будете создавать избыточный потенциал. Если вы будете принуждать себя что-то делать, вы тоже будете создавать избыточный потенциал, нарушая гармонию мира. Не торопитесь, не принуждайте себя. Единственная сила, которой можно и нужно пользоваться, – это сила любви.
И еще важные мысли. Вы не можете стать лучше, если считаете себя всегда правым. Вы не можете совершенствоваться, пока вы жалеете себя.
На Земле вам встречалось много ушлых людей, которые озабочены только собственными целями. Вы обратили внимание, как легко считывать их намерения? Но не волнуйтесь, на АНПУ вы таких людей не встретите. Но чтобы вы могли жить на АНПУ, в вас тоже не должно быть качеств этих людей и их целей.
Все, о чем мы говорили, должно постоянно быть с вами. Вам открыт бескрайний мир знаний, но вы должны взять только самое нужное. Умный человек постоянно стремится к знаниям. А мудрый человек избавляется от ненужного. Вы должны позволять вещам случаться. Это даст вам силу от переживаний и чувства тревоги. Вы должны научиться принимать решения по мере наступления событий. Не стойте на пути у времени, не создавайте препятствий и избыточных потенциалов. Пусть все совершается естественным образом. Смотрите в глубь вещей и событий, а не на то, что на поверхности. Освободитесь от страхов, отпускайте все мирские тревоги и заблуждения. Если вас одолевают грустные мысли, вы все еще в прошлом. Если мучают тревоги, вы в будущем. И только если вы ощущаете гармонию, вы в настоящем.
Диана
Девчонка ревела, размазывая по щекам остатки туши, теней и еще какой-то дряни, которой ярко выкрасилась. Сидела на тротуаре и ревела в три ручья. Альтаир тяжко вздохнул и еще раз сверился со списком. Да, она. Диана, пятнадцать лет. Вокруг какая-то невероятная дыра. Облезлые фасады, по пыльному асфальту ветер гоняет пустую бутылку. Занесла же нелегкая. Но его всегда радовало, когда в списке были дети или подростки. Они не задавали глупых вопросов, они не пытались торговаться, выясняя, зачем им школа, зачем им АНПУ и что их вообще ждет. Обычно они хватались за возможность сбежать из скучного и серого мира. А чем старше был человек, тем сильнее он за этот мир держался.
– Пошли, – Альтаир не любил долгих церемоний и объяснений. – Хватит реветь. Пошли-пошли, говорю.
– Куда? – девчонка подняла на него глаза, и в ее взгляде явно читалось, что она его сейчас пошлет.
– Туда, где реветь по всякой ерунде не придется. Что у тебя случилось-то?
– Дедушку забрали…
– Куда?
Альтаир еще раз вздохнул и с тоской подумал о ромашковом чае Магды. С такими учениками ему успокаивающий чай надо с собой носить в термосе. Трехлитровом.
– В больницу…
И снова носом шмыгает, рукавом вытирается. Ну что, воспользоваться, что ли, служебным положением?
– Как дедушку зовут?
Имя ему ничего не сказало. У него в списках такой гражданин не значился, по их ведомству не проходил. Видимо, ему на АНПУ еще было рано.
Альтаир и сам не заметил, как сел на тротуар рядом с девчонкой. Хотел за плечи ее обнять, но передумал, еще подумает чего.
– Ну а чего ты ревешь-то? У дедушки твоего гипертония и диабет. Ну прокапают, подлечат и вернут. Лучше было бы, если б он не лечился, что ли?
– Вы не понимаете…
Диана снова начала всхлипывать:
– Я без него не могу…
– Что значит «не можешь»? Взрослая девочка, тебе, вроде, не пять лет. У тебя же родители есть?
– Есть, – всхлипнула Диана. – Но это другое… Дедушка – он для меня все, понимаете?
Альтаир снова мысленно полез в свои списки, перепроверяя. Диана, пятнадцать лет. Большой потенциал любви, без подробностей. Тоже мне, характеристика. У всех у нас в пятнадцать лет большой потенциал любви, если взрослые не постараются его обкромсать.
– То есть ты сейчас по себе плачешь, да? Тебе не дедушку жаль, потому что с дедушкой, по большому счету, все в порядке. В его возрасте даже полезно иногда в больнице полежать. Ты по себе ревешь, потому что тебе без деда некомфортно.
Девчонка на секунду задумалась, даже носом шмыгать перестала.
– Ну… Мне без него плохо. Я ж его люблю.
– Точно любишь? – усмехнулся Альтаир. – И точно его? Не себя?
– В смысле?! Конечно, его! Да вы… Да что вы вообще знаете? Да он меня вырастил, понимаете? Не мама с папой, а он!
– Погоди, погоди, – Альтаир сделал знак рукой, как бы прося минутку помолчать.
Он мысленно обращался к Глобальному Архиву. Занятие долгое, потом еще и голова болеть будет. Но раз уж девчонка попадет к нему в ученицы, можно потратить на нее лишние полчаса здесь, чем потом сто раз объяснять одно и то же в аудитории. Здесь хоть на живом примере, так понятнее.
– Так, ну смотри. Дедушке твоему семьдесят восемь годиков. Солидно… В больницу лег планово, по рекомендации врачей. А если бы не лег, то… так, тут неразборчиво, – Альтаир прищурился, как будто читал какой-то невидимый текст, – а вот оно… Если бы не лег, то не далее как послезавтра попал бы в больницу по скорой. И все было бы гораздо печальнее.
Альтаир внимательно следил за реакцией девчонки. Диана смотрела на него и хлопала мокрыми ресницами. Если сейчас не поверит, то в ведомстве что-то точно напутали и рано ей еще к ним. Но Диана, ничего не говоря, вдруг заревела еще сильнее. Слегка ошеломленный Альтаир даже пожалел, что платка с собой не носит. Размером с пододеяльник.
– Эй-эй, ты чего? А теперь-то ты чего ревешь?
– Жа-а-алко!
– Себя? Или все-таки дедушку?
– Дедушку…
– Так а что у тебя с родителями-то?
Диана нахмурилась.
– Неважно. Долго дедушка в больнице пробудет?
– Две недели.
Диана тяжко вздохнула и уткнулась лбом в колени. Альтаир покачал головой.
– В школу-то пойдешь? Я и так задержался, а мне еще уроки сегодня вести.
– А у вас там жить можно? Ну, как в кино про волшебные школы.
– Нет, – засмеялся Альтаир. – Это не Хогвартс, детка. Жить будешь дома. Ну, до переезда на АНПУ. Так ты идешь?
– Пойдемте.
Диана поднялась с асфальта и взялась за протянутую Альтаиром руку.