Наконец-то ощутив себя в полном одиночестве, я включил на костюме адаптивную маскировку и двинулся вперед – туда, где располагалась отмеченная господином Пеликано локация.
До ушей тут же донеслось слабое шипение полузадушенной кобры:
– Хх… ххоссяин… патла…
Уставший и покрытый пылью таракан кое-как вылетел из-за соседних развалин, опустился на торчавшую из груды обломков арматурину, но не удержался на ней и безвольной тушкой шлепнулся на землю.
– Устал, что ли? Подъем, солдат, солнце еще высоко.
На самом-то деле солнце уже вовсю спускалось к горизонту, но чисто технически я против истины не погрешил. Хотя питомцу на это явно было наплевать.
– Ххосяин упить сепя ап стену. Мноко хас.
– Мечтай, ага. И вообще, для тебя физические упражнение полезны, – я нагнулся и ткнул пальцем в толстенькое волосатое брюшко. – Смотри, какое пузо наел.
Таракан вяло отмахнулся щетинистой лапкой, затем издал душераздирающий хрип, но все-таки перевернулся в нормальное положение.
– Пошли, бро. Давно мы уже ни с кем не воевали.
Откровенно говоря, я не очень-то представлял, с кем и как буду сражаться имевшимися у меня средствами – надежда оставалась только на очередную импровизацию или ядерный пистолет. Пару раз можно было очень даже неплохо поджарить кому-то пятую точку, а вот дальше… дальше как раз и пришлось бы импровизировать.
Спустя несколько минут радиация резко сошла на нет, а четвертая зона опять сменилась первой. Заметив это, по-прежнему обозленный на весь мир Эдик тут же принялся рыскать по окрестностям и убивать всех встреченных существ – наверное, представлял на их месте любимого хозяина, не иначе.
Следовать его примеру и устраивать низкоуровневой живности геноцид мне не хотелось. Парочка клещей вместе с откровенно глупым кротом все-таки попрощались с жизнью, но в целом я старался поддерживать имидж доброго и мирного туриста – слишком уж невеликим вырисовывался профит от охоты. Много возни, мало опыта…
Подумав об этом, я неожиданно вспомнил про увиденную когда-то давно станцию зарядки роботов и с сожалением вздохнул. Прямо сейчас можно было бы к чертовой матери вывести весь тот комплекс из строя, но вот где же теперь его искать?
– А что, если…
Найдя повод для краткого отдыха, я притормозил, уселся на камень и развернул окошко форума.
[Базовые станции роботов – один из типов местных объектов. Обычно расположены в третьей зоне, но могут быть и исключения. Встречаются редко, защищаются со страшной силой. Лут – металлы и детали роботов. Много полезного.]
[Там смешно получается. Вокруг организуется такое кольцо охраны, что система часто присваивает этой местности четвертую зону. А внутри по-прежнему остается третья. Так что найти базы при желании не сложно.]
[Сложно их раздолбать, когда тебя пытаются прикончить несколько ходоков и куча всякой мелочи.]
[Для разведчиков профит. Если взорвать центральное ядро, то опыта можно огрести немерено.]
[Диванный аналитик детектед, я смотрю. “Безразличие” на роботах не работает, а маскировку они вычисляют. Единственный шанс на диверсию – каким-то чудом возродиться внутри кольца.]
[Если у тебя кривые клешни, то это не значит, что у всех остальных они такие же.]
[Открою вам тайну, ребята. Здесь у многих клешней вообще нет. Понимаю, что ваш мир сейчас здорово пошатнулся, но пришла пора взглянуть правде в глаза.]
[Жаль, что ты не способен собственным примером подтвердить эту теорию.]
[Знаю парочку дятлов, которые уже около месяца только и делают, что дохнут, пытаясь возродиться в этом самом кольце. Рассчитывают на неземной профит.]
[Лучше бы тараканов мочили.]
– Вот так всегда, – пожаловался я Эдику, снова поднимаясь на ноги. – Окажешься в каком-нибудь классном месте, но узнаешь об этом уже потом. И весь теоретический профит идет коту под хвост…
Нам оставалось только одно – продолжать путь.
Первая зона как-то незаметно сменилась второй, вторая – третьей… и беззаботная жизнь закончилась. Навстречу из-за разлапистого тернового куста выбралась огромная толстая пума.
– Твою мать, – я замер на месте. – Волосатый, а ну-ка, отлети в сторону…
Пуме было плевать. Положив болт на все отвлекающие маневры, кошка обманчиво медленно кралась прямо ко мне.
– Дерьмо…
Мне пришлось отбросить в сторону гордость и перепуганным тушканчиком броситься в сторону – туда, где из земли торчал покосившийся металлический огрызок, оставшийся от поваленной опоры линии электропередачи.
Сзади послышался грозный рев, мгновенно придавший моим ногам дополнительное ускорение.
– Отвлекай!
Не знаю, что именно сделал питомец и сделал ли он вообще хоть что-нибудь, но до решетчатой конструкции я все-таки добежал. Добежал, затем с ловкостью наскипидаренной макаки поднялся метра на три от земли и остановился – только потому, что дальше лезть было уже некуда.
Обернулся.
Расположившаяся внизу пума элегантно вытянулась во весь рост и, не обращая никакого внимания на крутившегося рядом таракана, постаралась достать до меня огромными когтями. Затем, осознав бесполезность таких действий, прыгнула, с легкостью зацепившись передними лапами за соседнюю балку.
Я тут же вытащил мачете и отважно ткнул им в морду пытавшегося взобраться наверх врага. В ответ послышалось многозначительное ворчание, а усилия, прилагаемые пумой для того, чтобы приблизиться к вкусному телу Следопыта, утроились.
– Мочи ее, волосатый, – чувствуя, что до бесславной смерти осталось всего ничего, я еще раз взмахнул клинком, целясь в огромную пушистую конечность. – Плюй, твою мать!
Надо отдать должное – таракан старался вовсю. Но здоровенной кошке было абсолютно все равно – что на радиацию, что на яд.
– Кусай ее, бро, кусай… – Мне на глаза попались отличительные половые признаки хищника и я тут же скорректировал установку: – За шары его, сволочь! Клешнями!
Эдик разразился негодующе-матерной тирадой, но ослушаться не посмел, метнувшись куда-то к задней части продолжавшей свою возню пумы.
Горный лев, только что успешно отмахивавшийся от мачете, неожиданно замер, как-то очень по-человечески округлив глаза. Потом тоненько мяукнул, отцепился от балки и шмякнулся оземь, чуть не придавив своей тушей питомца. А затем поджал хвост и огромными прыжками унесся куда-то вдаль.
Таракан что-то презрительно свистнул ему вслед, бросился было вдогонку, но тут же передумал.
– Этих – ссильный!
– Сильный, сильный, – кивнул я, осторожно спускаясь на землю. – Тебе вообще в медицине работать надо. Есть такой врач, кастролог называется. У тебя получится.
Таракан надулся от гордости и довольно элегантно кувыркнулся в воздухе:
– Ххосяину нущен фхащ?
– Не-не, спасибо, – я на всякий случай отступил от воодушевившегося шестинога. – У меня все хорошо, ничего нигде не болит.