– Вода – тут, еда – там, но лазить самому не советую, чревато возмездием. Располагайся, осваивайся, будешь отдыхать и помогать по мере своих скромных сил. И да, кстати, – отец вдруг подмигнул сыну, – у меня для тебя сюрприз. Артион тоже здесь. Я вас обоих пригласил, и он приехал ещё вчера.
Глава 2. Артион
К своему сводному брату Тейто относился со сложным переплетением чувств.
Они оба имели новые, непривычные ещё четверть века назад имена. Мода называть детей именами, не существовавшими до Катастрофы, уже успела укорениться в обществе. Они одного возраста, но совсем разные по характеру. Тейто – умный, спокойный, но не особо активный и решительный мальчик. Артион – наоборот, оживший вихрь, сгусток кипучей энергии, которая находила выход в эпатажных и не всегда безопасных действиях.
Энергичный и открытый, Артион мгновенно нравился окружающим, чем вызывал у сводного брата некоторую зависть – тихий Тейто нечасто привлекал к себе чьё-то спонтанное внимание и ещё реже сближался с людьми.
Внешне Артион также являлся полной противоположностью брату. Яркие, горящие энергией голубые глаза. Светлые волнистые волосы чуть выше плеч, которые он по настроению то стягивал в короткий хвост, то распускал по ветру. Цепочка на шее и фенечки на запястьях завершали образ и подчёркивали неординарный характер мальчика.
Последний год они жили в разных городах. Тейто доучивался в столице; Артион заявил, что «в гробу он видал оставаться в этой мрачной дыре» и самовольно уехал в Итаншталь, солнечный прибрежный город, где зачислился в морской лицей. Братья переписывались в коммуникаторе и общались по радио, но не особо часто. И вдруг они встретились. Внезапно. Тейто не думал, что отец позовёт и его.
Он заглянул за полог палатки, на которую указал отец. Артион сидел, скрестив ноги, и складывал из помятого листа бумажного журавлика. Он любил развлекаться оригами, особенно когда приходилось коротать время. Дюжина журавликов уже гнездилась на спальном мешке.
– Привет! – щёлкнул пальцами Тейто.
Артион на мгновение оторвался от бумаги.
– Хай! Заждался уже тебя. Прыгай быстрее, а то мошек напускаешь.
Тейто нырнул в палатку.
– А что ты не сказал, что тоже едешь?
– Забыл. Не думал об этом. Неважно. Единственное, что сейчас важно – у меня кончаются листы, – Артион усадил очередного журавлика рядом с остальными и потянулся за новым листком к тонкой пачке, что торчала из рюкзака.
Тейто заметил на листках текст. На журавликах также чёрными крапинками пестрели буквы. Вытащив случайный листок, он стал читать вслух:
– «Истинный пеленг – это угол между плоскостью истинного меридиана и вертикальной плоскостью, проходящий через наблюдателя и ориентир. Линия пересечения вертикальной плоскости…»
– Хватит! – Артион вырвал листок и яростно начал сгибать нового журавлика.
– Интересно же! Что за абракадабра?
– Навигация, практика за первый курс, отчёт.
– Ужас! Никогда буду учиться на техника. А зачем тебе отчёт на каникулах?
– Забыл выкинуть. Препод требовал исправить пометки и вернуть.
– И как, успешно?
– Ага! – он свернул журавлика и наконец-то полностью повернулся к брату.
– Слушай, – задумался Тейто, – а ты хотя бы записал пометки перед тем, как распотрошить отчёт?
– Нет. Не важно. Пофиг. Я на каникулах.
– Тааааак… – Тейто начал что-то подозревать. – Ты забыл выложить отчёт, когда собирал рюкзак?
– Я его не собирал. Засунул пару шмоток и всё. Мне хватит.
Тейто критически оглядел брата. Выцветшие джинсовые шорты, песочная рубашка с коротким рукавом порвана и наспех зашита, стоптанные кеды… Он уже видел этот комплект одежды. Год назад.
– Пара шмоток – это пара трусов и зубная щётка?
– Ага! Зачем больше?
– Рубашку-то не думал до конца зашить?
– Думал. Кусочек ткани нужно вырезать. Поможешь?
Артион с невинным видом протянул ножницы. Тейто лишь вздохнул – Артион, как всегда, его переиграл. Левше очень трудно управиться с ножницами и некоторыми другими предметами, создатели которых, видимо, не подозревали о существовании таких как Тейто.
Артион улыбнулся и миролюбиво похлопал брата по плечу.
– Рад, что ты приехал. Это будут шикарные каникулы! Я уже всё продумал, скучно не будет.
– С тобой никогда не скучно…
– А то!
– А что ты придумал?
– Во-первых, сжечь их, – он указал на стайку бумажных птиц, – это мы скоро сделаем. Во-вторых, тут есть: пустоши, лес, речка, море недалеко и самое классное – шахтёрский посёлок и рудник. Штольни в основном осыпались, но внутрь забраться можно, я вчера смотрел. Мы это всё исследуем.
– Погоди, ты же не лазил в осыпающиеся штольни один?
– Лазил.
– …
– Там круто! Завтра сам увидишь.
Артион бросил взгляд на рюкзак брата.
– Это всё твои вещи? Много. Располагайся! – Он кувырком перекатился на противоположный край палатки и спихнул ногой свой спальный мешок к краю.
Пока Тейто разбирал рюкзак, Артион продолжал рассказывать:
– На реке вода сверхпрозрачная, завтра купаемся. Посёлок тоже огонь, он заброшен, а дома стоят. Его тоже смотрим, это на весь день. А теперь пошли сжигать.
– Твоих журавликов?
– Именно.
Они вылезли из палатки. Артион рассадил бумажных журавлей на ближайший выступающий из травы пласт той же серо-белой породы, что встречалась Тейто по дороге, и ловко чиркнул спичкой. Птицы вспыхнули, словно маленькие фениксы. Артион, не отрываясь, вглядывался в пляшущие язычки пламени, пока последний из журавлей не превратился в пепел.