Душа, Ренегат, Оливия, все эти жуткие существа, неизведанный мир, опасности и тёмные коридоры, чувство, что ты оказался где-то на перекрёстке сотен дорог, не ведая пути, назначения и цели – всё это играло тяжёлые ноты в его голове. Словно на пианино нажимали клавиши разной тональности в безумной какофонии, что при этом гармонично сливалась в симфонию ужаса.
Путешествуя по дому, перед глазами то и дело появлялись очертания далёких воспоминаний взявшихся из неоткуда. Как воспоминания из детства, когда ты возвращаешься в прошлое – в дом, в котором ты вырос, но давно его покинул.
Смех… Бегущее в припрыжку эхо слов… Он видел себя со стороны играющим с кем-то в нескольких местах Дома. Ёршик словно бы узнал их. Стоило подойти ближе – наваждения растворялись в воздухе. Странно…
– «Эта верёвка была бы не плохой тарзанкой через ту пропасть… В этих разбитых лампах можно держать светлячков, вместо свечей… Если сделать пружинный механизм с кусками вот этой странной светящейся руды, при столкновении осколков друг о друга создастся фейерверк со взрывом… Эти грибы позволяют дышать под водой… Хах, правда от них кожа светится и шелушится… Те разноцветные розы – оживят образ ушедших пред глазами, но они смертельно ядовиты… Краски из них выходят просто бесподобные… картины написанные ими – оживают…» – всплывали фрагменты в памяти. – «Откуда эти мысли?.. Дом их создаёт?.. Я понятия не имею откуда знаю это…»
Карусель тёмных отражений не останавливалась даже сейчас, когда тот сидел на полу в состоянии шока. Наоборот, она лишь вращалась сильнее, и одна мысль рождала другие.
Сидя на полу, в голове роились мысли об этой «скорлупе». Многорукий визжащий образ… Безрассудная шалость… Упряжка…
– «Можно пристегнуться к ней и носится по стенам!..» – промелькнула очередная идея.
– Что?.. Что за бред… – сбросил с себя он морок Овергеона вновь. В голове опять раздались смех, а за ним вновь гомон слов и голосов… Он словно бы сходил с ума.
– «А если залезть внутрь скорлупы?.. Это ж самый настоящий скафандр. В нём наверное не холодно гулять по «Зимним Граням»… Много рук… Сколько же снежков можно запульнуть за раз… А что, если пришить эти руки к пластине на спине, или к поясу? Найти бы Чёрный Камень…» – вновь говорил голос в его голове. Словно бы чужой.
И так всю дорогу сюда. Мысль за мыслью… Снова и снова. И вот теперь этот свет… Синий свет, что отогнал голодную тень… Что это был за свет?.. И снова эти голоса, и снова пение…
– Дом?.. Ты говоришь со мной? Я сошёл с ума? Это что, чьи-то воспоминания?.. – мысленно молил он об ответах, – Это твои воспоминания?.. – спросил он пепел чудища на полу. Никто не ответил. А чувство «проникновения» этой скорлупы… Оно словно бы вновь возникло откуда-то из прошлого, оно пряталось от него, скользило в голове, прикрываясь другими воспоминаниями… Жуткое, вяжущее чувство боли и наслаждения, шёпот в районе уха… Ёршик резко вскочил, словно голоса подползали к нему по полу.
Ночь была в зените. Дальше дорога лишь темней. Взявшись за свечу, что так и горела поодаль, Ёршик попытался продолжить свой путь. В животе тянуло словно бы вяжущее чувство пустоты.
Крик. Безумный крик раздался в памяти, когда тот напоследок взглянул на пепел монстра на полу в том коридоре. Как в первую ночь. Истошный, ржавый крик. Вокруг пепелища кораллами нарастали чёрные иглы. Перед глазами во вновь родившихся воспоминаниях они были огромные. Как колья вырывались из пола и нанизывали на себя тени каких-то людей. Кровь. Дрожь в ногах. Ёршик, сжав свечу по крепче как можно скорее покинул коридор не оборачиваясь…
…Казалось, путь был бесконечный. Словно прошло уже десяток ночей. Были бы у него часы… Казалось его кожа уже почернела, и он сам становится частью этого дома. Ему казалось, что с каждой минутой он уменьшался и уменьшался, а всё вокруг становилось всё больше и больше. Прихрамывая, державшись за стены, шёл он, уже сбавляя шаг.
Проходы, залы, потайные двери, распутья, люки, лестницы, канаты – фиолетово-чёрной паутиной распространялись ходы Овергеона. Без конца и без края. Главное было ему не задеть эти невидимые нити. Вибрация в одном месте распространяется повсеместно. Что за нити? Он знал о них, но не знал откуда…
Повсюду пауки… Где бы он ни был, маленькие чёрные шарики с острыми ножками порой бегали по его рукам или заползали под ворот одежды, спускались сверху. Всюду оплетения вокруг мебели, серая пелена на стенах, словно он спускался в подземелье к восьминогому чудовищу. Это уже показалось аксиомой, что где бы ты не находился, всегда, ВСЕГДА, где-то рядом будет паук… Они его не пугали. Странно…
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: