– Давайте!
В четыре руки мы внесли малышку вместе с транспортом на третий этаж. Закрыв дверь на ключ, она скинула куртку, и сжав ключи в кулаке, замерла, смотря на меня с испугом.
– Вы боитесь… Вот, возьмите, – я протянула ей свой паспорт, ключи от байка и телефон, – так я точно никуда не сбегу.
– Спасибо. Кухня там, можешь поставить чайник. Кофе, чай, сахар сама найдешь. Даю разрешение искать самой.
Схватив все мои ценности, она скрылась за дверью в уборную, а я покачала головой и скинула обувь. Неприлично топтать грязными ботинками в чужой квартире.
Спустя пятнадцать минут, малышка была высвобождена из теплого мехового мешка для прогулок и продолжила спать в коляске. А мы, устроившись за небольшим столом, разговаривали за чаем с печеньем. Все располагало к откровенности, но то что я услышала, было неожиданным для меня:
– Знаешь, а ведь перед рождением Тины, мне был вещий сон. – Александра смотрела в свою кружку, боясь увидеть осуждение в моих глазах. – Мне бабушка приснилась. Моя покойная бабушка по отцу сказала беречь внучку. Что она настоящая берегиня.
– Берегиня? – удивление мне не пришлось разыгрывать. Никто из людей уже и не использовал такие понятия, а уж бабушка-покойница – это сильно.
– Да. Это хранительницы очага и уюта. Что она будет красавицей с дивным голосом и сможет предсказывать будущее. Я сама не верила в этот сон. Забыла его и все, стала жить дальше. Вот только о своей беременности я узнала через неделю, а пол ребенка мне сказали аж на двадцать второй неделе беременности! Когда я видела сон, то еще не знала, что беременна. В моей жизни начались одни несчастья, а у меня даже не возникло желания прервать беременность. Ты только представь: я осталась без денег, без квартиры, беременная и одна. У меня не было ни депрессии, ни одной слезинки, ничего, что обычно бывает у других девчонок! А я таких историй наслушалась в роддоме, пока ждала выписки, волосы шевелились от страха. Я даже ни разу не лежала на сохранении, все анализы, как у космонавтов! Да и Тиночка растет здоровенькой, все удивляются, даже врачи.
– Я верю в то, что нас защищают наши предки, – промямлила я.
Я поняла, что нашла настоящего сноходца. Чистого, и оттого мне не знакомого по своей сущности. Настоящих, чистых сноходцев не появлялось уже без малого двести лет. Но только они могли достучаться до потустороннего мира. Сноходцы могли говорить с призраками, обитающими в потустороннем мире, выясняя причины их смерти, обстоятельства гибели и прочую нужную информацию. Будь она более обученной, то смогла бы помочь нам поговорить с призраками убитых, но увы, до полного контроля над даром ей еще очень далеко.
– Вот и я поверила. А как тут не поверишь?! Только бабушка называла меня Лекси, и только она знала, где в лесу под Брянском ее отец зарыл пять серебряных рублей времен Николая Второго. Подробности она не рассказывала, но я сама удивилась, когда в указанном месте нашла целое состояние! На деньги с продажи одной из монет я и живу, выполняя маленькие заказы по вебдизайну. Сама я бы прожила и на зарплату простой продавщицы, и как фрилансер без постоянных клиентов, но для содержания ребенка мне бы не хватило. Да и как работать с малышкой? Я пока не готова отдавать ее в ясли, как принято в США. Я никому не доверяю мое маленькое счастье, – она оглянулась на коляску и непроизвольно улыбнулась.
– Родные любят нас и заботятся даже после смерти. Может, у тебя дар? Видеть вещие сны? Ты больше не видела странных снов? Не таких серьезных, но помогающих тебе или другим? – видеть пробившуюся к тебе родню, конечно, замечательно, но ведь это не предел для ее сущности.
– Бывали, – пожала она плечами, – по работе иногда приходили идеи, подворачивались всякие случаи, когда я могла выгодно купить или найти что-то. Я видела себя со стороны, ходила в те места, где находила вещи, также нашла и эту квартиру, а еще номер надежного и непьющего таксиста. Встретилась с нумизматом, который купил монету по честной цене. Много всего, так и не вспомнишь.
– Мне бы такие способности…
Время поджимало, ведь работу за меня никто не сделает. Тиной и Александрой теперь займутся следователи, втираясь в доверие и увозя из города с маньяком. Может и не окажется она на улице глубокой ночью, но увозить их нужно срочно.
– А сегодня мне сказали, что я встречу ту, кто направит меня на верную дорогу, – она внимательно посмотрела на меня, ожидая ответа.
– Жаль, что это не я. И мне пора. Правда, я и так прогуляла учебу сегодня, но на встречу с заказчиком обязательно попасть нужно, – вытащив из кармана флешку, я показала ее, как доказательство.
– Спасибо, что выслушала и не сказала, что мне пора лечиться. Я и правда думала, что предсказанная мне девушка – это ты.
– Мне было не сложно. Ты очень приятный собеседник, Тина чудный спокойный ребенок, а твоя история заставляет верить в настоящую магию.
Обняв на прощание Александру, пожелала ей удачи в новой жизни. Выйдя за дверь я произнесла охранный наговор, надеясь, что он сдержит маньяка, если он придет за ними в эту квартиру.
У подъезда стояла машина Арсулана. Демонолог сильно нервничал, хмуро поглядывая на мой байк, оставленный небрежно так надолго. Усевшись к нему на переднее сидение, я решила рассказать все сейчас и заручиться немедленной помощью.
– Короче, это жесть! – первой начала я разговор, не дав ему открыть рот.
Он хоть и расслабился, увидев меня, но хотел начать ругать за самоуправство. В последнее время я видела, как в нем берется профессионализм и мужской интерес. Это было приятно, но упрощать взрослому «мальчику» задачу я не собиралась из вредности. А на свидания можно будет и сходить.
– Что? Она хочет отдать ребенка на усыновление? – опять нахмурился он, в душе вскипая безосновательной обидой.
– Нет, напротив. Она ее обожает и никому не отдаст, это точно, – я поймала его руку и чуть сжала, желая успокоить вторую сущность.
– Тогда что? – перехватив мои пальцы, Свердлов грел их в своих ладонях. Он всегда был теплее меня из-за разницы в наших предках.
– Она точно нечисть, и кажется, сноходец, а чистокровных не рождалось уже лет двести! Так вот, она говорит, что к ней пришла ее умершая давно бабушка и рассказала, что ее дочка Тина будет берегиней. Рассказала, кто такие берегини. Вот прям самую суть ей выложила! Ее нужно забирать и приучать к мысли, что она и сама нечисть. Именно сегодня она ждет ту, кто подскажет ей путь. И это должна быть женщина. Звони своим, пусть приезжают.
– А сама почему не рассказала про наш мир? – отпустив руку, он протянул мне планшет с табелем на заявку о срочном реагировании следователей.
Наши бланки отличались, но не особо. Забивая адрес и известные мне имена, я описала суть ее способностей.
– Так меня же за это уже несколько раз отругали! – я показала ему язык, намекая на случай с Тугарином. – Хватит уже пометки в личное дело вносить, как неблагонадежной и безответственной. Да и играла я роль простой заблудившийся байкерши. Не дело это, переобуваться в новую легенду на ходу, и начинать долгий разговор про нечисть. У меня есть свое дело, а Александрой и Тиной пускай занимаются твои коллеги. Только предупреди, что она ждет и поверит именно сегодня.
– А по нашему делу? Есть подвижки? – Рус поставил свою фамилию рядом с моей, вбил свой личный код и отправил на почту к знакомой ведьме из отдела.
– Ноль. На двадцати адресах обычные люди. Двое чувствующие. Она вообще случайно подвернулась. Я ждала мужика, человека из соседнего подъезда. Остались еще трое, но шанс крайне мал. А твои? – я показала фото оставшихся объектов в телефоне.
– Я не такой быстрый, как ты, и мне нужно обнюхать объект. Это значительно увеличивает время работы. Проверил только десять человек. Чуть меньше, чем пол списка сделал.
– Хорошо, – ответила я, забрав его телефон и перекидывая себе всех его оставшихся подозреваемых. – Я сегодня добрая, потому что сытая. Давай гляну своих, потом и по твоим проедем объектам, но с тебя ужин мне и подхалимаж для моих духов. Снеже рыбку, Мару свежее мясо или птицу. Не сегодня, а потом. Сегодня нужно будет подумать еще раз о том, кто это такой шалит. Я останусь в городской квартире, можешь подъехать, попробуем хоть схему мест исчезновений проверить. Девчонки уже закончили с анализом, может они нашли новые данные. Кажется, версия с приезжей нечистью оказалась несостоятельной. На телах жертв ведь не было зелий, уничтожающих запахи?
– Да. Ответ по экспертизе отрицательный. Их вообще не обрабатывали зельями. Их составляющие не были найдены, тела даже не прокладывались простой пахучей соломой. Только прелая вата, шерсть и обычные ткани, не самые дорогие.
– Как же меня бесят эти поиски неизвестно чего! Это какой мозг нужно иметь, чтобы предусмотреть все варианты! Запахи, отпечатки, истязание, разные смерти. Да не каждый наш учитель и половину бы смог предположить и просчитать. Откуда такой сообразительный маньяк? Он точно не человек. Судя по учтенным факторам, это один из нас, прошедший обучение, имеющий знания и умения, и он не мог без тренировки сразу добиться подобного результата, – мне хотелось вцепиться в свои волосы и заорать, но истерика еще никому не помогала.
– Либо слишком давно убивает, только раньше прятал свои жертвы куда тщательнее. Но выходить из тени, рискуя быть пойманным? Это абсурд! Начальство требует хоть какие-то результаты показать, но они и сами понимают, что это не простой представитель нечисти.
Я вернула ему телефон, принявшись упорядочивать список по текущему месту обитания.
– Ты можешь получить разрешение на привлечение стороннего эксперта? – я наконец решилась спросить о том, о чем давно подумывала.
Привлекать Игната было рисковой затеей. Вредный вампир мог и не ответить на мой вопрос, но он знал очень много сущностей. Куда больше, чем я.
– Если дам обоснование его умениям, то да. Кого ты предлагаешь? – подозрительная ревность вспыхнула в душе берсеркера, но была подавлена.
– Игната, вампира. Я не знаю его фамилии, но он учился в школе еще с моим дедушкой, потом они вместе «играли в войнушки» много лет назад. Я переписываюсь с ним, как с единственным живым не кровным родственником. Может, он и не поможет нам, но опыта у него куда больше, чем у нас с тобой.
– Я могу попробовать, но нужно лично доказывать необходимость. Не через официальные запросы. Давай закончим со списками и поедем к начальству, твоему и моему.
– Хорошо, – вытащив из рюкзака бумажную копию своего списка, я раскрыла папку с оставшимися подозреваемыми и отдала Русу один листок, – этого бери на себя. Он держит цветочный магазин. Если сможешь подойти достаточно близко или пожать ему руку, то и опознание пройдет быстро. Возьми еще пару из своих, но тех, кто на работе и имеет контакт с людьми. А остальных я быстро объеду.
– Большая часть дома сейчас. Как ты планируешь попасть в их квартиры? – он показал мне тех, кто подошел по моим критериям. У себя на телефоне я их удалила.
– Да просто – позвоню в звонок и наплету чушь о посылке, о парне, что якобы по его адресу проживает. Все, что в голову придет. Это уже мои проблемы. Как закончишь, езжай к Лидии Никифоровне, расскажи ей про идею с Игнатом. Она в курсе нашего общения и должна поддержать. Я постараюсь успеть к вашему офису, – я решила, что если не буду церемониться, то закончу с ними быстро.
– Все, я умчалась. Удачи тебе, – подхватив свои вещи, я уже готова была выскочить из машины, но Арсулан поймал меня за руку.
– Янина, спасибо за помощь. Мне и правда, непросто работать в открытую – навыков общения с объектами не хватает. Оказывается, работать в поле без продуманной легенды – это не так-то просто.
– Ты просто слишком много думаешь, – усмехнулась я.