– Ты молодец. – Отец хлопнул меня по плечу.
– Всех сделала! – Эд подмигнул и усмехнулся кривоватой улыбкой.
– Мы тебя любим! – Эв сжала мои ладони.
– Очень-очень! – запрыгала Эм, и я, наклонившись, взяла ее на руки.
Она пахла медовыми пряниками… Защитница, а ведь и правда, она всегда ими пахла. Мне казалось, что я забыла…
Я прижала ее к себе крепко-крепко, зарываясь носом в мягкие волосы и ощущая себя невероятно счастливой… Будто бы я вновь обрела дом, которого у меня уже давно не было.
Я стояла в окружении родных, когда все вокруг начало заливать белым светом. И Эм в моих руках растаяла, и голоса стихли, и все вернулось на свои места. Я оказалась перед воротами с внутренней стороны и, толкнув их, вышла на улицу.
Магмобиль и Грег ждали меня. Мужчина курил толстую сигару, но, увидев, что я вышла, бросил ее в снег и улыбнулся.
– Как вам «Иллюзион», айла?
Я прислушалась к себе.
Радость затихала, но все еще бурлила внутри меня. И ни малейшей грусти… Нет, ни капли.
Значит, «Иллюзион» исполняет три сокровенных желания. Я хотела погулять в нашем северном лесу, любуясь на звезды, как в детстве, побывать на море и увидеть родных. Все эти мечты были приправлены горечью невозможности исполнения, особенно последняя. Но сейчас горечи не было. Наверное, это часть магии «Иллюзиона».
– Замечательно, – выдохнула я.
– Очень рад. – Маг распахнул дверцу. – Садитесь, мы довезем вас до общежития.
Я села в салон и, только когда охранник расположился рядом, вдруг вспомнила…
– А… где его высочество?
– Да, кстати. – Грег достал из нагрудного кармана конверт. – Вот, это вам. Как раз от его высочества.
Секундой спустя, когда магмобиль тронулся с места, я уже читала записку от Арчибальда.
«Прошу прощения, что похитил вас на сегодняшний вечер, и надеюсь, что искупил свою вину».
И только тут я со всей отчетливостью поняла, насколько гениально хитрым был поступок его высочества. Теперь, после «Иллюзиона», я не смогу так легко ему отказать. Вот же… демоны!
Глава 7
Какое количество эмоций я испытывала, заходя утром в понедельник в дом Арманиуса, не передать словами. И решила, что лучшим выходом из этой ситуации будет, если я полностью закроюсь.
Так и поступила. Разговаривала спокойно, отстраненно, почему-то ожидая, что он попытается вывести меня из себя. Но ректор был на редкость молчалив и задумчив. Он беспрекословно выполнял все мои просьбы, не задавая никаких вопросов, и взгляд его практически не останавливался на мне, блуждая явно за пределами библиотеки.
Если это была стратегия, то она удалась, потому что ближе к концу процедуры, вынимая из его тела иглы, я все-таки не выдержала.
– Архимагистр…
Арманиус вопросительно посмотрел на меня. В очередной раз захлестнуло одновременно стыдом и злостью…
– А это правда, что вы дружите с императором?
Из вопросительного взгляд стал удивленным.
– Защитник, где ты это услышала?
И тут я испытала облегчение. Видимо, подсознательно я ждала, что Арманиус будет ругать меня за подобный вопрос.
– Да так… Слухи.
Он понимающе хмыкнул и, к моему безграничному удивлению, начал отвечать:
– Эн, с членами императорской семьи, при всем моем к ним уважении, весьма сложно дружить. Дружба эта заканчивается, как только начинаются государственные дела. Арен учился вместе с Агатой, моей сестрой, потом сделал ей предложение и стал частенько бывать у нас дома. Мы общались тогда много, потом, после ее смерти, конечно, почти перестали. И лишь когда Арен взошел на престол, возобновили общение. Ему была нужна поддержка в Совете архимагистров, и я пришел на помощь.
Я кивнула. Что ж, мне была понятна логика Арена – он выбрал себе в союзники, возможно, единственного архимагистра, на мнение которого не смог бы повлиять никто, даже сам Защитник. И вышел такой вечный раздражитель для аристократии. Наверняка через Арманиуса много раз пытались воздействовать на Арена.
– В общепринятом смысле слова это не дружба, Эн. Но император хорошо ко мне относится, прислушивается к моим советам, и попасть к нему на аудиенцию мне ничего не стоит.
Я вспомнила Арчибальда и подумала, что у меня с ним приблизительно такая же ситуация. Хм… была. А что будет теперь, после «Иллюзиона»?..
– Кстати, можешь не волноваться. Я не отдам звание архимагистра. Обещаю тебе.
От неожиданности я чуть не растеряла все вытащенные из Арманиуса иглы.
– Что?..
– Я сделаю так, что звание останется у меня, – продолжил ректор. – Не переживай, Эн.
И вот опять. Одновременно смущение и радость.
– Да я не переживаю, – пробурчала я очевидную ложь. – Просто не поняла, зачем сдаваться, если можно выиграть?
Арманиус вновь посмотрел на меня, и от этого внимательного задумчивого взгляда захотелось спрятаться под стол. Он словно насквозь меня видел.
Но я, конечно, сдержалась и, встав с дивана, начала собирать сумку.
– Иногда, Эн, чтобы выиграть, необходимо сдаться, – сказал архимагистр глухо и как-то безжизненно. – Только понимание это приходит со временем и опытом… Чаще всего – с горьким.
Я не стала уточнять, что он имеет в виду, – осознавала, что Арманиус говорит о погибших архимагах. Вместо этого я сказала:
– Не корите себя. Ошибки совершают даже архимагистры.
Он промолчал, и я решила больше не сыпать соль на рану. Попрощалась и поспешила в госпиталь. Там меня ждал Байрон.
Сегодня все прошло гораздо лучше, чем в прошлый раз. Если на той неделе мы совершенно не добились реакции организма, то теперь мне удалось заставить вспыхнуть переломанный энергетический контур.
– Что ты использовала? – Глаза Асириуса блестели почти жадно, когда он рассматривал мои препараты.