Под крылом ангела
Но все равно все внимание приковано только ко мне. Ведь только у меня единственной сейчас знаменитая фамилия Мальтова. Руслан по собственному желанию взял фамилию и отчество дяди Марка. И я его понимаю. Более того, возможно, я бы и сама поменяла свою фамилию на менее известную.
Может после этого все перестанут сканировать меня и бросать недвусмысленные вопросы по поводу моей личной жизни, и есть ли у меня любимый человек. У меня никого нет, тем более любимого.
Но есть просто замечательный и очень заботливый человек рядом, которого почему — то по - прежнему нет среди огромной массы гостей.
- Еська! - даже вздрагиваю сначала от своего имени. Я уже отвыкла, чтобы меня так называли. Но Руслан зовет меня именно так. Прижимает к себе и шепчет на ухо:
- Устала!
Он не спрашивает, сам хорошо меня знает. А я лишь утвердительно киваю. Хотя мы оба понимаем, что это лишь самое начало. Раньше утра никто и не покинет наш особняк. И хотя весь удар и взяли по большей части на себя Гриневы, особенно бабушка Тина, мы все равно должны быть всегда рядом.
- Пошли, там сюрприз подъехал. - кивает в сторону и быстро уводит нас из шумного зала. Мы стараемся проскользнуть мимо журналистов и фотографов, которые не выпускают свою аппаратуру из рук ни на минуту. Каждый хочет запечатлеть как можно больше снимков с самого обсуждаемого события текущего года.
- Руслан, что за сюр… - не успеваю договорить, когда оказываемся на заднем дворе дома, возле нашей беседки и вижу его. Это точно он. Самый родной и самый близкий человек для меня на свете. Дядя Марк. Отпускаю руку Руслана и быстро налетаю на дядю, как в детстве.
Он также меня ловит, как и каждый раз в прошлом. Его запах. Лицом прохожусь по его щетине. Вот и первые после моей годовой реабилитации ощущения. Первые, такие сильные чувства. Взрыв эмоций. Целый год мы не виделись, и столько же я не слышала его голоса.
Как же я скучала. Прижимаюсь к нему еще сильнее. Боюсь, что снова нас могут разлучить. Если бы у меня был выбор, кто бы мог стать моим отцом, я бы миллион раз сказала, не задумываясь, дядя Марк и только он.
Не замечаю, как со всей силы хватаюсь за его шею, как уже, не сдерживаясь, плачу. Плевать на макияж, на все плевать. Единственное желание, чтобы дядя увез меня, желательно, как можно подальше.
- Еся… - хриплый голос дяди, и он сам прижимает меня к себе еще сильнее. Кажется, от такой хватки, я и вдохнуть не смогу. Но отодвинуться от него хотя бы на миллиметр, я не могу. Даже если вдесятером меня будут тянуть, все равно не смогу расцепить объятия.
И все таки я живая. Именно сейчас я и ощущаю себя человеком, а не куклой. Живой, еще способной чувствовать.
- Я так скучала за тобой, дядя. Так скучала.
- Я тоже, Есь. Тоже сильно скучал. - его голос также срывается. Ему тоже очень больно и не менее тяжело, чем мне. Только спустя, наверное минут пять, могу оторваться от него, совсем на чуть — чуть. Но этого хватает, чтобы заметить, как внешне дядя сильно изменился за этот год.
Нет, он все такой же красивый, брутальный мужчина, способный сводить с ума всех девушек и женщин разного возраста. Но только самые близкие непременно заметят сильные изменения в нем.
Он немного осунулся, слегка схуднул, под глазами появились темные круги, явно от недосыпа и огромной усталости. Даже при тусклом свете уличных фонарей я вижу, что на его темных, непослушных волосах, появилась первая седина.
Не знаю, что произошло, но за этот год и в его жизни многое, что случилось. Дядя тоже пристально смотрит на меня, вглядывается в каждую частичку на моем лице. От него ничего не скроешь, можно и не рассказывать даже. И судя по его нахмуренным бровям и поджатым губам, ему многое что во мне сейчас не нравится.
Но он молчит. Пока молчит. Я продолжаю держать дядю за руки и смотреть по сторонам. Только лишь сейчас и замечаю, что дядя неожиданно приехал совсем не один. Рядом с ним девочка лет десяти, может быть постарше.
Меня не знает, но так искренне мне улыбается. А мне кажется, что милее этого ангелочка в мире не найдешь.
- Это Злата. - начинает говорить дядя. - Моя младшая дочь и ваша с Русланом сестра.
В голосе дяди столько тепла и нежности. Конечно, мы с братом в шоке. Хотя и Руслан позади меня молчит.
Мы оба подходим к малышке и приседаем перед ней на корточки. Ну разве можно быть такой миленькой.
- Значит, у меня появилась младшая сестренка. - улыбаясь, говорит брат. - Руслан. - протягивает он ей свою большую ладошку. - Теперь у тебя появился еще один защитник, кроме отца. Твой старший брат всегда будет твоей опорой и лучшим другом.
- У нее уже есть и защитник и друг… самый лучший. - мы одновременно поворачиваемся на голос. Впереди на нас смотрит… смотрит копия нашего дяди. Вот он точно его сын. Даже никакие экспертизы не нужны.
Он смотрит на нас оценивающе, но особенно на Руслана. Нет, так на брата точно не смотрят. Скорее, как на соперника. Руслан выпрямляется во весь рост, подходит к нему ближе и тоже осматривает с головы до ног.
Даже если бы я и не знала и увидела их впервые, точно бы поняла, что они родственники. Старший брат и младший. Даже хмурятся очень похоже.
- Это Артем. - откашливается дядя. - Мой сын и ваш брат. Артем! - обращается к своему сыну. Сейчас в голосе дяди нет того тепла, когда он представлял нам Злату. Есть строгость и предупреждение. Предупреждение именно для Артема, которое только он и может понять.
Как бы мы в детстве с Русланом не чудили, и сколько раз не доводили дядю и маму, но ни разу дядя ни с одним из нас не разговаривал в таком тоне.
Я даже и не догадывалась, что он может лишь одной своей интонацией изменить обстановку вокруг. Конечно, мы с Русланом понимали, что дядя далеко не пушистый. Слышали несколько раз, как он общался со своей охраной.
Но чтобы и с ребенком так, в подобном тоне. Не знаю причины этой строгости, но мне стало даже немного неприятно. А вот Артему по всей видимости абсолютно плевать на тон отца.
- Артем! - повторяет дядя. - Это твои сестра Есения и брат Руслан. Прояви уважение, поздоровайся с ними.
- Привет… Есения! - Артем приветствует только меня, удостоив лишь одним небрежным кивком и снова буравит Руслана взглядом.
Видя, что Артем игнорирует просьбу своего отца, Руслан первым подает ему руку для пожатия и первым приветствует:
- Очень рад, Артем. Руслан, твой брат. - и так и продолжает держать руку на весу. Артем лишь усмехается и совсем не подает свою руку в ответ. Даже не глядя на дядю, я понимаю, что он готов взорваться в эту же секунду. Да, отношения у них далеко не теплые.
Я даже не представляю, что могло произойти в жизни дяди, что у него оказывается все это время была семья. Есть сын и дочь. Я считала, кроме нашей мамы, его никто никогда серьезно не интересовал.
Столько тайн и секретов. И хотя до семейного взрыва остаются считанные секунды, ситуацию спасают совсем неожиданно. Мне совсем не хочется, чтобы дядя надавал своему сыну подзатыльников при нас и тем более, чтобы уехал с этого ненавистного бала.
- Руслан… Артем… - слышим такой нежный женский голос. Только сейчас смотрим на женщину, все это время стоявшую рядом с дядей. Но только сейчас наконец подошедшая к нам поближе.
- Это моя жена и мать моих детей, Алина. Руслан, ты помнишь Алину?
Теперь брат переводит взгляд на эту женщину и все его внимание обращено только на нее. На беременную жену нашего дяди. Я тоже не могу не смотреть на нее. Она… Она, как наша мама. Очень на нее похожа.
Внешне похожа. По фигуре, по росту похожа. Но волосы другие, голос другой. Она тоже смотрит на брата. Улыбается и молча плачет. Ее слезы текут по обеим щекам. Слезы сквозь искреннюю улыбку.
Нет, все таки она другая. Не такая, как мама, не ее двойник. Она оригинал, не копия кого — то. Дядя бы не выбрал для себя просто копию.
- Рус… - не успевает она договорить, как брат сгребает ее в своих объятиях. Сильно, но все равно аккуратно прижимает к себе. Даже страшно потревожить их. Мы вчетвером смотрим на них и каждый сдерживается от эмоций, как может.
- Ты помнишь меня? Не забыл? - пытается спрашивать сквозь слезы.
- Я и не забывал тебя. Никогда не забывал… мама Алина.
- Так ты меня называл. - обнимает своими руками лицо брата, а он от удовольствия закрывает глаза. - Каким ты стал красивым и сильным, настоящий мужчина. Я так горжусь тобой, Руслан.
- Это все только благодаря тебе. - потом брат падает перед Алиной на колени и обнимает ее за талию, прижимается к ее большому животу.
- Руслан, встань немедленно. Ты испачкаешь брюки. Ну же, Руслан! - просит его Алина. Но брат ее не слышит, а как будто сам уходит в свои воспоминания.
- Ты меня годами носила на руках, выхаживала, кормила, ночами не спала. Я всю… - запинается от слез Руслан. - Всю жизнь должен перед тобой на коленях стоять и всю жизнь тебя благодарить. За каждый свой день жизни я обязан только тебе, мама Алина.
И самое, главное. Наконец ты вернулась в нашу семью. Я всегда этого хотел и всегда мечтал об этом моменте.
Глава 8
- И кто тут у нас? - поднимается брат с колен и поглаживает живот Алины.
- Мальчик. - отвечает она со счастливой улыбкой.
- Значит еще один младший брат. Отлично. Поздравляю, пап. - Руслан теперь уже обнимает дядю. Так непривычно слышать такое обращение брата к дяде. Хотя он этого достоин, как никто.
- Спасибо, сынок! Теперь у меня три сына и дочь. И самая лучшая племянница на свете. Еська, иди к нам. - зовет дядя к себе, и я с радостью обнимаю своих самых любимых мужчин. Они единственные, в ком я уверена, и точно знаю, что ни один из них меня не обманет и не предаст, чтобы не случилось.
- Сынок… отец?- слышим недовольный вопросительный тон Артема. Он стоит возле Златы и усмехаясь смотрит на нас. В нем нет злобы или ненависти. Но есть совсем другое. Более глубокое. Сейчас перед собой я вижу мальчика, которому по каким — то известным только ему причинам в эту самую минуту очень больно.
И чтобы хоть как — то скрыть эту боль, он и показывает всем свое недовольство.
- Да, Артем. - отвечает дядя. - Руслан мне как сын и для тебя он больше, чем просто двоюродный брат.
В голосе дяди снова сталь и строгость. Наверное, не только я чувствую накал вокруг. Поэтому Руслан снова обращается к Марку:
- Пап, мне тебе нужно многое рассказать. У меня такие планы, хочу показать тебе свои проекты. Нужен твой совет.
- Обязательно все обсудим. Ты же наконец вернулся из Тибета, время есть на все.
- Не совсем так. Через пару дней я снова возвращаюсь в Лондон. Пора восстанавливаться в университете.
- Так быстро уже, снова уезжаешь. - с досадой бросает дядя. - Но все правильно, образование превыше всего. Вот, Артем, бери пример со своего старшего брата. Руслан тоже в свое время многое пропустил, но быстро догнал сверстников. У тебя есть чему у него поучиться. Я горжусь тобой, Руслан. - с гордостью хлопает брата по плечу.
Артем собирается что — то ответить, и очень сомневаюсь, что это понравится дяде. Но тут к нам подходит один из охранников.
- Есения, Руслан, там вас уже ищут. Приехали новые гости. Ваша бабушка попросила вас срочно найти.
- Уже идем. - отвечает Руслан. - Вы же еще останетесь, не уедите быстро? - смотрит на дядю и его жену.
- Нет, побудим еще. Но сам понимаешь, Алина сейчас быстро устает.
Брат понимающе кивает и идет вместе с дядей к дому, Алина рядом с дочерью, а я и Артем самые последние. Артем молчит, только совсем опустил голову, и совсем не спешит быстрее оказаться внутри. И я его так понимаю.
Поэтому мы, не сговариваясь, оба замедляем шаг, и каждый думает о своем. Стоит только переступить порог гостиной, как тут же попадаю в объятия Феликса. Его запах я всегда узнаю среди сотни других.
- Почему так поздно? - не здороваясь, сразу начинаю с претензий.
- Уже соскучилась? - невозмутимо он отвечает и проводит пальцем по моей щеке, полностью игнорируя мой вопрос. Мне не противны его прикосновения, но и не совсем приятны. Нет желания оттолкнуть его. Но гораздо больше волнует, что сотни пар глаз смотрят только на нас, а журналисты, не скрываясь, делают наши совместные снимки.
- Ты выглядишь даже лучше, чем я себе представлял. Намного лучше… Есения. - смотрю на него, взгляд у него немного безумен, но Феликс держитсястойко. Хоть и смотрит на меня оценивающе. Но так могут смотреть только на красивую, новую вещь, которую купили и в итоге не жаль потраченных денег.
Я помню, как на меня смотрел… Нет, не хочу думать о нем, тем более сравнивать их. Сравнивать совсем нечего. Феликс хотя бы не притворяется. Да, он не показывает своих чувств на показ. Для меня он до сих пор целый склад из тайн и секретов.
Никогда не поймешь, что творится в его голове, и о чем именно он думает. Но могу точно сказать, мужского возбуждения от него я не чувствую. И этим, наверное, он меня еще сильнее притягивает к себе.
- Потанцуем, Есения. - не спрашивает, а берет меня за руку и ведет в центр зала. - Я думал, получится приехать раньше. Но, когда перед тобой сотня километров пробки, сделать это сложно. Каждый хочет попасть на такое мероприятие.
Его руки на моей талии, но он не позволяет себе лишнего. А еще я чувствую на нас взгляды всех гостей. Но меня волнует только моя семья. И если все Гриневы смотрят вопросительно на меня, то вот семейство Борцовых с прищуром, с негативом.
Дядя Марк, наверное, готов даже прекратить наш танец. Но Руслан что — то говорит ему на ухо, и кажется хоть немного, но это снижает градус его негатива.
- Я думаю, можно уже начинать. - спокойно говорит Феликс и дает знак музыкантам. Музыка неожиданно замолкает, и на миг вокруг воцаряется тишина. Не слышно ни звука, ни смеха, ни голоса. Феликс становится прямо здесь в центре огромнейшей гостиной нашего фамильного особняка на глазах тысяч гостей на одно колено.
В его ладони появляется открытая бархатная коробочка с красивым кольцом.
- Есения, я уже давно в тебя влюблен. Последний год с тобой был самым счастливым в моей жизни. Я хочу, чтобы каждый день мы встречали вместе. Выходи за меня, и клянусь сделаю тебя самой счастливой девушкой на свете.
Боже! Это же абсурд. За целый год Феликс не предпринимал ни одной попытки, чтобы меня поцеловать, никогда не переступал черту. Только дружеские и рабочие отношения. Конечно, я ему очень благодарна.
Он меня буквально собрал по кусочкам, вытащил из болота, вернул желание снова жить. Пусть я еще и не стала прежней, но без него было бы намного хуже. Но этого всего мало, чтобы ответить согласием и принять его предложение.
Как только хочу ответить отказом, меня неожиданно, словно кипятком ошпаривает. Чувствую на себе прожигающий взгляд. Поворачиваю голову в сторону и встречаюсь глазами с ним. Илья Белов. Собственной персоной. Один. Здесь. Смотрит только на меня, но не так как раньше.
Без тепла, без любви, без обожания. Но этого ничего и не было. Была лишь его продуманная игра и много, очень много лжи с его стороны с самого начала. Он стал еще больше, и кажется, даже еще красивее. И вместо отказа, мои губы твердо и уверенно говорят — да.
- Да! Да! И еще раз, да, Феликс, я согласна. Я стану твоей женой.
Феликс, кажется, даже не дышал, пока я минуту раздумывала над ответом. Ни разу не видела, чтобы он нервничал, но сейчас он выглядит взволнованным и встревоженным. Но все его эмоции быстро проходят, стоит ему только одеть на мой палец свое кольцо.
Он смотрит на меня сейчас так, как будто я уже стала его женой, его собственностью. Вот именно в этот момент я вижу в нем совсем новое, незнакомое для себя. Новые эмоции, новые чувства. И этот блеск в его глазах, граничащий с безумством и одержимостью.
Его кольцо на пальце, как и его жемчуг в моих волосах, сильно давит. Почему — то, где — то в подсознании звучит мысль, что я подписываю себе сейчас смертный приговор. Почему ощущаю на себе не кольцо, а наручники на запястьях?
Но все это уходит на задний план, когда на меня, не переставая смотрит он.
- Подожди. - прошу Феликса, который уже стоит во весь рост. Разворачиваюсь к нему спиной и быстро шагаю к Белову. Сейчас все увидят новую Есению.
- Кто приглашал… этого? Немедленно выставить его за дверь. И предупреждение для всех, этому человеку запрещено вступать на территорию Мальтовых.
Мне плевать, что снова все смотрят на меня, что все они слышат каждое сказанное мною слово. Мне абсолютно на все плевать. Меньше чем через пять минут наши фото и видео появятся в сети. Грандиозный скандал, в котором наследница самой богатой семьи прилюдно унижает и выставляет вон наследника другой, тоже очень известной семьи.
Понятно, что все новости будут почищены, а видео удалены, но все равно эта сенсация облетит всю Европу. А рты каждому здесь тоже не закроешь. Этот момент еще долго будут обсуждать. Но мне все равно, даже если это бьет по безупречной репутации нашей с виду идеальной семьи.
- Еся! - рядом оказывается Руслан и берет меня за локоть.
- Не Еся, а Есения, Руслан. Впредь обращайся ко мне полным именем, мы уже давно не дети. Так я повторяю, кто пригласил его?
- Есения! - громче говорит брат. - Прекрати, что за цирк ты тут устроила? На нас тысячи людей смотрят. Ктому же Илья сын маминого мужа, и вполне может здесь находиться.
- Нашей мамы и ее мужа здесь нет. Но зато есть я.
- Тогда если для тебя это так принципиально, то это я пригласил Илью. Теперь довольна? Можешь уже сбавить обороты!
- Я их еще и не набирала… брат. - снова поворачиваюсь к Белову. Сколько же в его взгляде сейчас ненависти ко мне. Даже усмехаюсь. Теперь ему не нужно притворяться, как он это делал полтора года назад.
Все его настоящие чувства напоказ. Так даже лучше.
- Охрана! Немедленно, выставить его за ворота, выкиньте его, как пса.
- Сестра! - взрывается Руслан и сильнее хватает меня за локоть, разворачивает к себе лицом. - По какому праву ты решаешь, кому здесь быть, а кому нет. Не много ли на себя берешь?
- По праву того, братец, что я единственная Мальтова здесь. У меня единственной здесь эта фамилия. Ты свой выбор сделал. Ты Борцов. А это. - обвожу все пространство рукой. - Это все по праву мое. И мои решения и приказы главнее твоих или кого — либо другого.
Мы все это знаем. И этот бал именно в мою честь. К тому же я старше тебя, а у старших в нашей семье всегда больше привилегий. А еще… еще я прямая наследница, во мне течет полностью благородная кровь, а не…
Понимаю, что перегибаю палку, но остановиться не могу. Словно сам дьявол в меня вселился. Руслан отпускает мой локоть и смотрит так… как будто видит впервые. Но я с высокомерной усмешкой продолжаю дальше:
- А если для тебя твой друг дороже твоей семьи, можешь выметаться вместе с ним из… из моего дома. - добиваю напоследок. - Мальтовы будут всегда стоять выше Беловых, Борцовых и всех остальных. Не ту фамилию ты выбрал, брат. Уже проигрываешь.
- Еся! - слышу позади голос дяди. Твою же! Я же о нем даже не подумала. А он услышал каждое слово, каждое мое слово. Но я пытаюсь не выдавать сожаления. Пытаюсь, как могу. Дядя смотрит на меня разочарованно, с болью. И его взгляд добивает меня окончательно.
На Гриневых даже не смотрю. Ничего хорошего там не увижу.
- Рус. - совсем близко подходит Илья. Если бы кто — то знал, как я боюсь посмотреть в его глаза. - Все нормально, правда. - даже с усмешкой он хлопает брата по плечу. - Я все равно не хотел приезжать, так что уеду, не доставлю некоторым аристократкам неудобства.
- Илюх… - хочет добавить Руслан. Но Илья жестом руки останавливает его.
- Правда, все в порядке. На днях созвонимся. - но смотрит только на меня и подходит ближе, совсем близко, непозволительно близко и говорит мне так, что его могу услышать только я.
- Ты же знаешь, я могу разъебать всю твою охрану. Переломать каждого, кто станет у меня на пути. Я даже сделаю это не напрягаюсь. Но такая тварь, как ты, этого не заслуживаешь. Знаешь, чего я никогда никому не прощаю в жизни? Предательства и унижения. Тебе же удалось причинить мне и то и другое.
Но поверь, придет время и на коленях передо мной будешь стоять ты. Будешь стоять в прямом смысле и молить меня о помощи, и тогда я возьму с тебя за все. Не забывай этот вечер, Есения Мальтова. Потому как я никогда его не забуду.
Глава 9
Я смотрю на удаляющуюся спину Ильи. Смотрю даже тогда, когда его уже совсем не видно, даже когда он уже уехал. Просто стою и смотрю туда, где только что стоял он. Так близко ко мне и так одновременно далеко. Сильнее, до глубоких царапин впиваюсь ногтями в свои ладони. Пытаюсь хоть как — то стоять ровно и не упасть на этот пол и не зареветь во весь голос.
В этом огромном зале, среди огромного количества гостей я совсем одна. Уже одна. И, наверное, после сказанного даже без поддержки своей семьи. А еще эта пугающая тишина вокруг. Даже щелчков фотокамер не слышно.
Но я чувствую, как все смотрят только на меня. Черт возьми, только на меня одну. Это уже не коронация. Это похоже на прелюдную казнь. Мою казнь.
- Почему же так тихо? - спрашиваю громко не своим голосом. - Вечер продолжается.
Быстро разворачиваюсь и иду прочь. Почти бегу, неважно куда. Главное, чтобы никто не пошел следом за мной. На Кристину и ее детей не смотрю. Но краем глаза вижу, как Антон поддерживает мать.
Ее старший сын всегда таким был. Более мягким, более сдержанным. Не зря он муж моей тети Мили, которая всегда рядом с ним. Но как не пытаюсь отвернуться, все равно взглядом цепляюсь за дядю Германа.
И вот от того, как он на меня смотрит, сжав губы, тело сразу покрывается мурашками. Герман смотрит на меня, но как будто видит не меня. В его взгляде все, кроме бывшей любви и нежности ко мне.
Прибавляю шаг быстрее, даже нечаянно кого — то зацепляя локтем. На дядю Марка и его семью нет смелости посмотреть, как и на брата. Слава Богу, хоть музыка стала играть и послышались голоса.
- Есения… - Феликс хватает меня за руку.
- Не сейчас, Феликс. Я хочу побыть одной. Не ходи за мной, дождись здесь.
Вырываю руку и поднимаюсь на последний этаж. Открываю, не глядя, какую — то дверь. В этом крыле нашего дворца очень тихо, и никто сюда не войдет. А это все, что мне сейчас нужно.
Не успев отдышаться, падаю коленями на пол. И только сейчас могу кричать. Не плакать, а именно орать, раскачиваясь из угла в угол. Никто меня не услышит, никто и не придет. А еще… еще это кольцо.
Знак принадлежности другому мужчине, к которому ничего, кроме благодарности нет. И подарок, который я не смогу никогда ему вернуть. Я сама добровольно согласилась. Сама сказала да и тысячи людей свидетели моего падения. Окончательного падения, как сильной и независимой личности.
Красивая вещь. Ведь больше никаких ассоциаций оно не вызывает. Никаких абсолютно. Рефлекторно пальцами ищу совсем другой подарок, служивший в прошлом мне защитой. Но его нет. Я даже и не знаю, где сейчас подарок Ильи. Не знаю. Но зато помню день, когда Илья подарил мне его.
Лондон. Полтора года назад.
- Приехали. - улыбаясь, говорит мне самый красивый парень на свете. Мой парень. Мой Илья. Мой и только мой. А я его. Вся. Мы уже целый месяц вместе. С того дня, когда мы стояли возле наших машин и впервые заговорили, мы больше ни на сутки не расставались.
Чем больше с ним, тем отчетливее понимаю, что уже не смогу без него. Дышать. Жить. Есть. Пить. Ничего не смогу. Я все также продолжала прогуливать пары, отчего Илья меня постоянно отчитывал. Но по — другому пока никак.
Понимаю, что это лишь вопрос времени. И скоро служба безопасности дяди все узнает про Илью, начнет копаться в его семье. А я этого очень не хочу. Уже даже подготовила мысленно будущий разговор с мамой. У них с дядей Марком есть одна общая привычка, которую мы с Русланом с детства не переносим.
Они любят все контролировать. И не только, что касается нас самих. Но и тех, кто нас окружает, с кем мы дружим, с кем больше общаемся, с кем проводим время. И это напрягает, очень и очень сильно.
И если им что — то не понравится, хоть какая — то мелочь, наше общение тут же прекращается. И никакие мольбы, просьбы, доводы не помогут. Проходили уже не раз. В лучшем случае за нами приставят еще больше охраны. Хотя куда еще больше?
А Илья вряд ли им понравится. Участвует в боях. Есть махинации с деньгами. Вернее со счетами. И он это делает не по собственному желанию. Всему виной его отец, с которым у них очень сложные отношения.
Вернее, их почти толком и нет. Его отец звонит Илье, а он всегда в основном сбрасывает вызов. А если и разговаривает с ним, то не более трех минут. И всегда после их разговора Илья ходит мрачным.
Даже мне не всегда получается его успокоить. Только ринг может привести его в прежнее спокойное состояние. Эти махинации Илья делает, чтобы его отец не заблокировал снова его счета и не мог отследить трафик средств.