– Не подходи ко мне! – предостерегающе сказала девушка, пытаясь обогнуть стол и приблизиться к выходу.
– Не то что? – злорадно поинтересовался незнакомец.
– Я буду кричать!
– И что? Да ты и пикнуть не успеешь! – рассмеялся он, останавливаясь в полушаге от Лии.
– Что все это значит? – растягивая время, спросила она, кивком указывая на испачканные кровью тазы.
– Напиток бессмертных, – холодно улыбнулся мужчина. – Не каждому смертному позволено употреблять его. Лишь единицы имеют на это право.
– Ты, значит, один из тех единиц?
– Я. И моя семья, – кивнул он, не сводя внимательного взгляда с Лии. – Проблема в том, что мы уже не совсем живые. – Агат выпрямился, готовясь нанести смертельный удар.
Лия почувствовала неладное. Агат ринулся на нее, но ей удалось уклониться. Он врезался в стол. Развернувшись, Лия бросилась к выходу. Зацепившись за край чугунной решетки, она порвала рукав куртки и оцарапала плечо. Не обращая внимания на сочившуюся кровь и порванную одежду, Лия побежала дальше. За спиной раздавался зловещий смех, глухим эхом разносившийся по залам подземелья, ледяным ужасом закрадывающийся в душу и звенящий в ушах. Лия бежала, не помня себя от страха.
Уже наверху, в длинном пыльном коридоре она споткнулась о расщелину в полу. Упала и выронила фонарик из рук. Тот упал, разбился и погас, оставив перепуганную девушку в кромешной темноте. Она встала, но от переживаний потеряла ориентир и не могла понять, в какую сторону ей двигаться дальше, чтобы выбраться отсюда. Лия оперлась о влажную, холодную стену. Решившись, она уверенно направилась вперед, надеясь, что движется в правильном направлении. Кто-то схватил ее за руку. Она вскрикнула.
– Не ори, дура! – раздался над ухом голос Агата. – Выход там!
Он потащил ее за собой в противоположную сторону.
– Не трогай меня! Пусти! – истошно вопила Лия, стараясь вырваться.
– Хватит дергаться. И прекрати уже кричать! – отвечал Агат. – Почти пришли.
Он втолкнул Лию в холл. Только здесь, оказавшись в хорошо освещенном помещении, она перестала кричать и обернулась. Молодой человек стоял в тени незаметного дверного проема, по-прежнему криво улыбаясь.
– Ты ведь еще вернешься сюда, – не то спросил, не то констатировал факт Агат. Лия молчала. Тихо рассмеявшись, Агат плотно притворил за собой дверь. Негромко щелкнул ржавый, но прочный замок.
Опомнившись, Лия побежала искать Дениса.
– Денис! Где ты? Денис? – звала она.
– Я здесь! – Хитриков выбежал из-за угла. Взмокший, бледный и запыхавшийся. Он осматривал балкон и веранду верхнего этажа, когда услышал голос знакомой и поспешил к ней.
– Денис. Там в подвале… – девушка запыхалась не меньше его.
– Ты увидела приведение? – попытался пошутить он, снимая с волос Лии липкую паутину.
– Там кровь и трупы людей. Наверное, тех, что пропали. Их много. Больше десятка. А еще… – тараторила Лия, но Денис прервал ее.
– Я же говорил тебе не ходить туда одной! – укоризненно сказал он. – Зачем полезла? Вон коленку оцарапала, руку ободрала! – Денис вздохнул. – Да еще привиделось незнамо что.
– Мне не привиделось! – обиделась девушка. – Могу показать.
– Лия. Уже темнеет. Думаю, нам лучше вернуться домой. А трупами и исчезновениями пусть лучше полиция занимается!
* * *
– Лия знает про медальон? – спросил Игнат Васильевич, сидя напротив Феликса в мягком, глубоком кресле гостиной.
Густой дым от сигары почти полностью скрывал его полное красное лицо, покрытое легкой испариной. Редкая шевелюра коротких седых волос стояла дыбом. На дорогом коричневом пиджаке виднелись следы пепла и не отстиравшиеся пятна вина, но Игнат не обращал на это внимания.
– Еще нет, – ответил Феликс, беря со столика рюмку коньяка и вглядываясь в его насыщенный цвет.
– Завтра ей исполняется 21 год, если не ошибаюсь? – продолжал Игнат, потушив сигару и скрестив руки на животе. – Время пришло. Тебе придется передать ей медальон.
– Передать-то я его передам, – со вздохом проговорил Феликс Петрович. – Только вот что я ей скажу?
– Считаю, что всей правды говорить не стоит.
– Соврать? – усмехнулся Феликс и покачал головой. – Я слишком хорошо знаю Лию! Догадается. И начнет копать. И, поверь мне, докопается до истины!
– Возможно, ее сможет остановить Денис, – задумчиво проговорил Игнат Васильевич. – Они вроде как подружились…
– Вроде как, – передразнил Феликс Петрович, ставя рюмку обратно на стол, так и не сделав ни глотка. – Я другого боюсь.
– Графиня? – догадался Игнат. – Она не посмеет тронуть Лию, пока у той медальон. Даже ее треклятый сынок Агат не посмеет ее тронуть! А там мы уже с ними покончим. Замок будет наш!
– Твои слова да Богу в уши! – буркнул Феликс.
– Все будет хорошо. Вот увидишь, – допив свой коньяк, Игнат ушел домой…
* * *
Сегодня Лие исполнился 21 год.
Выйдя к завтраку, девушка получила от дяди шикарнейший букет тюльпанов и подарок. Где он достал эти цветы в данное время года, оставалось загадкой. Подарок удивил не меньше. В маленькой коробочке из темного бархата на ярко-красной атласной подушечке лежал медальон. Серебряные листья плюща и маленькие розочки из светлого золота составляли орнамент украшения. В центре изделия имелась нежная перламутровая вставка.
– Как красиво! – с придыханием вымолвила Лия. – Дядя, спасибо!
Она чмокнула старика в щеку, не выпуская понравившееся украшение из рук.
– Этот медальон – наша фамильная драгоценность, – проговорил Феликс Петрович. – В свое время твоя тетка, когда ей исполнился 21 год, получила его от своей бабки.
– Он такой восхитительный! Открывается? – Лия провела пальцем по боковой линии медальона.
– Нет. Это «обманка», – заверил племянницу Феликс Петрович, взял из ее рук цепочку и надел ей на шею. – Носи его не снимая! Это очень дорогая для нашей семьи вещь! А еще это очень мощный оберег от всякого негатива.
– Еще раз благодарю за подарок, дядечка! – девушка была в восторге, но немного путаные речи Феликса о наследовании медальона насторожили ее. – Дядя, а как он попал в нашу семью?
– Это долгая история… – попытался отмахнуться Феликс, но, поймав взгляд племянницы, с сокрушением поинтересовался: – Ведь не отстанешь?
– Не-а, – помотала та головой и приготовилась слушать.
Но тут в дверь постучали. На пороге стоял курьер с огромным букетом из цветов и конфет. К подарку прилагалась записка. На маленькой открытке неровным и поспешным почерком было написано поздравление.