После Нас

Пока мы вместе Глава 1

Ленинградская область. Ноябрь 2017г.

Поднимающийся к потолку жар оставлял на облупленной штукатурке едкий черный нагар. Костер, разведенный на куске ржавого металла, едва ли согревал затаившихся в комнате без окон путников, но, тем не менее, его было вполне достаточно для того, чтобы хоть как-то подогреть насквозь промерзшие копченые колбаски.

— А что мы будем делать дальше?

Сидящая у рыжеволосой женщины на руках маленькая Диана постоянно ерзала и надоедала всем вокруг бесконечными вопросами, на которые ни у кого ответов не было.

— Дальше будем кушать. Держи.

Леша протянул девочке нанизанную на обломок шпажки колбаску и, сняв с костра остальные, принялся раздавать всем присутствующим. Одна штука в одни руки. А рук было много.

Группа из девяти человек, затаившаяся на втором этаже заброшенного санатория, неспешно переводила дух после многокилометрового марша. Уже больше недели они шли на север, туда, где, как они думали, их должны были ждать военные. Во всяком случае так гласила последняя пойманная ими радиопередача. Но чем дольше они были в пути, тем реже проходили новые сообщения.

Значительно осложнил путь свежевыпавший мокрый снег. Всего за пару часов свинцовое небо низвергло на их головы тонны белого искрящегося льда, сугробами цепляющегося за ноги. Непогода — испытание даже для самых выносливых, но, когда половина твоей группы дети, младшему из которых всего три месяца, приходится быть гибким. Даже если исключить из уравнения детскую усталость и нытье, идти по глубокому снегу с восьмилеткой на руках помимо рюкзака явно неудачная стратегия выживания.

Раздав колбаски детям и Арине — единственной среди них женщине, Леша подошел к парням всего с двумя оставшимися шпажками. Вооруженные автоматами здоровенные мужики в потрепанных пуховиках тоскливо переглянулись, и каждый получил по половинке пайка. Когда детские рты наполнились ужином, комнату накрыла долгожданная тишина, настолько пронзительная, что можно было услышать, как шипят заносимые через разбитое окно снежинки, растворяясь в угасающем пламени костра. Каждый хотел как можно дольше растянуть этот момент, чтобы в полной мере насладиться вкусом копченого мяса. Его запахом, приятным ощущением тепла, медленно сползающего к желудку. Ведь, пряча за зубами последний откушенный кусочек, каждый из них уже знал: больше есть было нечего.

— Ложись!

Топот тяжелых сапог Андрея вперемешку с воплем ворвался в пространство второго этажа. Поднявшись по лестнице, он, задыхаясь, скомандовал всем лечь на пол, а сам, в два прыжка пересек комнату, занял боевую позицию у окна, выплюнув на улицу автоматную очередь. Его примеру последовали и другие мужчины. Думать было некогда, а бежать поздно. Огонь от костра, мелькающий в окнах в сумерках, привлекал слишком много внимания, и теперь настало время расплатиться за свою оплошность.

— Желтые? — спросил Леша, заняв позицию рядом с другом.

Андрей посмотрел на него, бледный как полная луна, и отрицательно покачал головой. Ответ был гораздо страшнее, чем безумные желтоглазые твари, ведь сейчас, и Леша понял это по первым ответным выстрелам, они были в осаде людей. Человек тринадцать или пятнадцать, Андрей так и не смог сосчитать — слишком плотный огонь накрыл ветхое здание, и лишь подумал: интересно, стали бы они тратить патроны, если б знали, что у нас нет еды.

Потолочная штукатурка градом опустилась на пол. Пули, раскаленными иглами, пронизывали тонкие стены, вышибали остатки стекол из рам, превращая их в сверкающую в свете пляшущего огня алмазную пыль. Пятилетний Женя так завороженно разглядывал мерцающую взвесь, что даже не понял, что должен был отвернуться: осколками пареньку посекло правую щеку в мясо.

— Огонь! — скомандовал Андрей, едва выстрелы на секунду стихли. Мужики высунулись в окна, и свет автоматных вспышек ослепил комнату.

Леха сполз под окно, чтобы поменять магазин, и столкнулся глазами с Ариной. Она держала на руках тело своей дочери. Вся перемазанная кровью, мерно покачивалась с совершенно пустым взглядом.

— Давай ее сюда! Вставай! — рявкнул Леха, подхватывая девочку на руки. — Уходим, быстро!

Он забросил ребенка на плечо и, дернув Арину за рукав, потащил за собой.

— Берите детей и валите! — крикнул Андрей, выпуская в окно очередную порцию свинца.

Уговаривать никого не пришлось. Мужики оставили Андрею каждый по магазину и, похватав детей, скрылись в темноте первого этажа.

На заднем дворе, пред открытой дверью черного хода, стоял Леша с ребенком на руках. Пуля пробила девочке руку. Он уложил ее на снег и, выдернув из штанов ремень, крепко перетянул предплечье на пять сантиметров выше ранения.

— Бери ее и бегите в лес, — бросил Леша заплаканной Арине.

— А вы?

— Мы нагоним. Беги!

Алексей подхватил девочку и, передав ее матери, рванул обратно в дом, где у Андрея уже начинал заканчиваться боезапас. Долго не думая, Арина рванула в сторону леса, по свежим следам ушедших с детьми мужчин, еще не зная, что больше Лешу и Андрея она не увидит. Их группа распалась навсегда.

Пока мы вместе Глава 2

Ленинградская область. Апрель 2018г.

Ну и дерьмо. Алексей швырнул на пол черствую булочку с маком. Еще с минуту пытаясь отделаться от стоящего в носу запаха плесени, он, то и дело фыркая, методично укладывал в рюкзак пачки с печеньем. Улов был отличным. Этих нескольких минут, проведенных в магазинчике, хватит, чтобы еще неделю, без зазрения совести, безвылазно сидеть в домике, грызть печенье, пить шипучку, курить и не париться о том, что местной инфраструктуры хватит еще от силы на две три ходки, прежде чем они будут вынуждены переехать.

Он негромко позвал Аню по имени. Пора было закругляться, они уже превысили отведенное самими себе время (5 минут), и машина, одиноко стоящая на краю дороги, привлекала слишком много внимания, а уж чем это заканчивается, Леша прекрасно знал. Он повернулся к двери, ведущей в служебные помещения, никак не ожидая услышать в ответ вместо звонкого женского голоска два глухих выстрела. Рюкзак полетел вслед за плесневелой булкой.

Пока Алексей, выхватывая из-за пояса пистолет, сломя голову несся на склад, Аня, валяясь в луже собственной крови, в комнате, куда едва проникал оранжевый свет угасающего солнца, открыла глаза.

Вся грудь, словно объятая огнем, пульсировала вспышками боли. Она расползалась по телу, заставляя жилы непроизвольно сокращаться, от чего девушка не могла как следует распрямить пальцы, чтобы, оттолкнувшись от пола, попытаться встать. Ее глаза снова пылали синими огнями, но голова больше не гудела, а комната не кружилась. Хотя, может быть, немного — просто Аня этого не замечала. Жадно глотая воздух, пытаясь вдохнуть его достаточно, чтобы грудь раздулась и натянувшиеся мышцы немного вернули тело в тонус, Аня, засучив ногами, поползла к пыльным стеллажам у стены. Она ухватилась за штанину лежащего рядом безымянного тела, даже не подозревающего, что и после своей смерти оно окажется полезным, и подтянувшись, уткнулась спиной в железный каркас. Наконец, умудрившись приподняться настолько, чтобы сесть, девушка принялась осматривать масштаб проблемы.

Она так до конца и не поняла, чем в нее стреляли. Перед тем как рухнуть на пол, она, конечно, слышала выстрелы, видела яркую вспышку с искрами, вырывающуюся из дульного среза, а потом стало холодно. Аня опустила голову и, расстегнув молнию куртки, вставив трясущиеся пальцы в две дырки, зияющие на окровавленной футболке, одним движением разорвала ее. Крови было слишком много. Она хотела стереть ее, но, раз за разом проводя по багряной коже ладонью, лишь размазывала стремительно запекающуюся красную жижу. И тут она застыла. В ее руке оказалось что-то твердое, маленькое и теплое. Сплющенная пуля, вывалившись из запеченной по краям раны в пяти сантиметрах от чашки бюстгальтера, теперь поблескивала на грязной ладони. Вскоре к ней присоединилась и вторая — из раны под ключицей. Была еще и третья, но Аня об этом пока что не знала. Она пролетела выше и в тело не вонзилась, лишь оцарапав кожу на плече и разорвав бретель.

Держа в руках два искореженных кусочка металла, Аня с ужасом наблюдала, как зияющие черные дырки на ее торсе медленно затягиваются. Порванные края кожи склеивались между собой и разглаживались, сопровождая свое чудесное восстановление жгучей болью. Было это похоже на то, как если бы тебя разом ужалило сразу семь восемь злобных ос, чье гнездо ты имел глупость подпалить зажигалкой.

— Аня!

Ее внутренние часы старательно убеждали девушку, что прошло не менее получаса, прежде чем над ней возник перепуганный Алексей. Они конечно же лгали. Леша вышиб первую дверь и, осмотревшись в коридоре, осторожно открыл следующую. На все про все у него ушло от силы секунд двадцать, но боль, снова и снова пронизывающая перепуганную девочку, бессовестно коверкала ее ощущение времени.

— О господи! Ты ранена? — Леша схватил девушку за плечи и принялся осыпать бесконечными вопросами.

Сфокусироваться Ане было довольно трудно, так что половину из них она даже не услышала, но суть в конечном итоге сводилась к одному: кто стрелял и как она себя чувствует? Девушка в ответ только отмахивалась и отвечала: со мной все в порядке. Отчасти потому, что сама понятия не имела, что с ней на самом деле произошло, да и подходящих слов, чтобы объяснить, каким образом ее раны затянулись, найти она не могла. Но отчасти дело было в том, что единственное, о чем она могла сейчас думать, это то, насколько будет приятно всадить в ублюдка в черном пару пуль.

Она неуклюже пыталась встать, заставляя Алексея, то и дело подхватывающего ее, когда девушка в очередной раз, поскользнувшись на собственной крови, падала, изрядно нервничать. Что-то кричала ему о каком-то человеке в черном, который скрылся с полным рюкзаком собранной ею еды. И о том, что единственное, о чем сейчас нужно действительно волноваться, так это о том, насколько далеко ему удалось уйти. Их бессвязную беседу прервал раздавшийся с улицы рев двигателя. Аня, наконец уверенно встав на ноги, рванула к двери черного хода, и уже через секунду они оба были на улице.

Источником шума оказался старенький спортивный мотоцикл Ямаха, темно синего цвета, покрытый плотным слоем грязи. В седле, между примотанных к раме рюкзаков, сидел Незнакомец в черном шлеме. Несмотря на решимость Ани, Леха ни о какой погоне даже не думал. Девчонку только что подстрелили, так что на украденный рюкзак с парой пачек печенья ему было абсолютно наплевать. Да и висящий на спине незнакомца автомат, грозно побрякивая, намекал на бессмысленность данной затеи.

Поднимая в воздух ошметки грязи, мотоцикл сорвался с места и направился к выезду на трассу, где стояла их мазда. Леша взвел свой макаров и произвел несколько выстрелов по стремительно удаляющемуся воришке. В основном для того, чтобы убедиться, что он уже точно не вернется. Вряд ли адекватный человек будет рваться туда, откуда по нему ведется пистолетный огонь, если, конечно, он не желтоглазый придурок. Но он еще ни разу не видел, чтобы желтые воровали рюкзаки с едой, так что продолжал стрелять, сопровождая грязный байк к выезду. Но мотоцикл вдруг пошел юзом. Его переднее колесо взорвалось, разбрасывая по округе ошметки резины, и Алексей понял, что недооценил свою меткость. Руль ямахи заметался из стороны в сторону и, выскользнув из рук незнакомца, упрямо направил байк влево. На полном ходу мотоцикл влетел в отбойник, и человек в черном шлеме принудительно катапультировался из седла. Размахивая руками, преодолев больше шести метров по воздуху, он грохнулся в придорожную канаву, своим телом ломая стоящие на пути мелкие кустики.

Ребята переглянулись и побежали к месту аварии. В метре от искореженного мотоцикла Леша подобрал слетевший с водителя в полете автомат и, указав на груду металла, из которой обильно вытекал бензин, попросил Аню отвязать рюкзаки от рамы.

Пилот смертоносного болида лежал лицом вниз в заболоченной жиже талого снега. Алексей перевернул тело и, пыхтя, оттащил его к дороге, усадив спиной к отбойнику. Лица за потрескавшимся и заляпанным грязью забралом было не разглядеть, но остатки стекла шлема, каждые пару секунд покрывающееся изнутри белой испариной, без сомнения говорили о том, что парнишка еще жив. Положив пистолет на ногу, Леша осторожно стянул с незнакомца шлем, и из-под расколотого пластика градом хлынули рыжие как ржавчина волосы. Их незнакомец в черном оказался женщиной.

— Леша? — ее закатывающиеся замутненные глаза скользнули по Алексею, после чего рыжеволосая мотоциклистка отключилась.

Выскользнувший из руки шлем с грохотом врезался в асфальт. Леша плюхнулся на задницу рядом с ним, не в силах перестать пялиться на ее лицо, вынырнувшее из шлема как забытое воспоминание из прошлой жизни. Он осторожно протянул руку и нежно, одним пальцем, убрал с ее щеки мокрую прядь волос, окончательно убеждаясь, что это действительно была она.

— Арина…

Пока мы вместе Глава 3

Из приоткрытой форточки мансарды клубами вырывался желтый дымок. Андрей понемногу начинал закипать. Перетаскав свой и, Викин матрасы наверх и немного обжив новый уголок, Кира теперь нервно нарезала круги по комнате. Ни на секунду не замолкая, нудила о том, что все пропало, и что больше они уже Лешу никогда не увидят, чем не вызывала в Андрее ничего кроме желания отвесить ей доброй пощечины. Стремительно исчезающее за горизонтом солнце и отсутствие во дворе машины действительно говорили о том что-то пошло не так. Но Андрей, в отличие от своей сожительницы, никогда не торопился хоронить друзей.

— Ты ее знаешь три дня, а она тебе уже как родная… — сетовала Кира на слишком теплый прием парнями новой постоялицы. Нежные чувства к Леше сейчас играли с ней злую шутку, ведь его долгое отсутствие всерьез пугало ее, заставляя вылезать на поверхность самые черные мысли. Начиная от встающих перед глазами картинок его разорванного охотниками тела до целых стройных теорий заговора, приравнивающих хитрость Ани к уровню антагониста из фильмов про Бонда.

Ни те, ни другие Андрею не нравились. Но еще больше ему не нравилась скорость, с которой эти картинки воспроизводились в ее сознании и что еще хуже озвучивались.

— Да даже если и так, думаешь этот здоровый лоб не справиться с какой-то девкой? — Андрей, конечно же, знал, что не справиться, но по его уверению такой ситуации просто не могло возникнуть. И сейчас он искал любой, хоть сколько-нибудь логичный довод, который бы заставил Киру наконец заткнуться.

Женщина же тем временем пускала в ход все новые аргументы. Тут уже выяснилось, что три идиота, гнавшиеся за девочкой, на самом деле — ее подельники, и все это было ловким спектаклем, на который они по своей тупости клюнули.

— Говорю тебе, зря он с ней один поехал! — но ее было не остановить.

Андрей за всю свою жизнь ни разу не поднимал руки на женщину, и даже не представлял себе ситуации, в которой такое вообще могло произойти, но бог свидетель, с каждым новым аргументом он был к этому все ближе. Такое часто показывали в кино, когда одна оплеуха прерывает неудержимую истерику, это вроде как даже медицинская практика. Вот только думать и сделать это — совсем разные вещи. Да и он сильно сомневался, что в случае с конкретно этой дамой такой способ действительно сработает. Скорей уж она его пристрелит.

Но наконец и на улицу Андрея пришел праздник, точнее на эту улицу вполз свет хорошо ему знакомых желтых фар мазды. Он забычковал окурок и, выпустив из легких остатки дыма, закрыл форточку.

— Вернулись, — сказал он, и Кира наконец затихла.

Спустя минуту он, прячась от мелкого дождя в высокий воротник, стоял во дворе дома, спешно разматывая цепь на откатных воротах. Заслон откатился, и машина, скрипнув тормозами, вползла внутрь и заняла свое законное место на вытоптанном пятачке у входа. Андрей вернул ворота на место и, по привычке оставив небольшой просвет, еще раз обвел взглядом улицу, прежде чем снова посадить их на цепь.

Леша вывалился из машины, и Андрей уже был готов засыпать его вопросами, когда заметил в руках у напарника автомат.

— Ни хрена себе! Где ты его взял?

— У нас гости, — улыбнулся Леша, и едва Андрей собрался задать вопрос, как из открывшейся задней двери показалась Арина.

Встретившись взглядами, они оба застыли и таращились друг на друга, словно увидели призраков, периодически поглядывая на довольного Алексея, который, решив поиграть в затейника, не сказал девушке, что Андрей все еще жив и живет в том самом доме, в который они направляются. Так они, прыгая от радости встречи и обнимаясь, до конца не могли поверить, снится им это или происходит на самом деле.

— Ты жива?! — радовался Андрей, и рыжая девушка, нечленораздельно соглашаясь, задавала ему тот же вопрос.

Идиллию встречи выпускников прервала выплывшая из машины Аня. Увидев ее, Андрей просиял, но едва стоило глазам опуститься ниже ее уставшего лица, туда, где на груди зияло кровавое месиво, улыбка быстро сползла с его щек.

— Боже, что это?

— У нее вон спроси, — огрызнулась девушка, указав на Арину, и побрела к дому. — Мне надо полежать.

— Что там у вас случилось? — все внимание Андрея теперь было сосредоточено на Леше.

А случилось много чего. Для начала, Лехе раза три приходилось отнимать у Ани макаров, которым она то и дело решительно тыкала в бессознательное тело рыжеволосой истерички, как она ее называла. Когда наконец идея пристрелить девушку немного поутихла и Леха смог убедить ее, что его старая знакомая по всем параметрам их маленького клуба приличный человек, возникла проблема следующая: Арина пришла в себя. А когда ты, попав в аварию, открываешь глаза и видишь призрака из прошлого, над плечом у которого стоит девчонка с горящими глазами, реакция может быть самой неоднозначной. Сначала Арина пыталась сбежать, но непослушные ноги не дали ей и шанса. Потом решила вооружиться и отбиваться до конца. Но Леша эти попытки тут же пресек.

— Какого хера ты еще жива? — кричала Арина Ане в лицо.

— К тебе тот же вопрос, сучка! — не уступала Аня.

Леха на мгновение ощутил себя ведущим старого доброго телешоу с матершиной и драками по сценарию. Вот только волос у него для этой роли было маловато. Наконец разняв девчонок, ему предстояло справиться с проблемой номер три: убедить Арину, что, хоть Аня, по сути, и «одна из них», как вопила девушка, но все же она на их стороне. И эта задача, пожалуй, была самой сложной. Наверное, потому что Леша и сам до конца не осознавал, почему Аня на их стороне, а сама Аня — тем более. Так что этот факт пришлось принять за аксиому, и в конечном итоге тема была скорее замята, чем раскрыта.

— Она познакомилась с «другой» Аней, — констатировал Леша, и эта фраза была достаточной для того, чтобы Андрей все понял.

Пока Андрей колдовал с воротами, Кира успела переодеться, и, направляясь на улицу, столкнулась в дверях с Аней. Ее все еще немного пошатывало, и закружившаяся голова заставила девушку завалиться на стоящую у входа тумбу.

— Господи боже! Что это на тебе? — Кира машинально попыталась подхватить ее и только сейчас заметила, что девчонка вся в крови.

— Это? Кровь.

— Ты ранена?

— Уже нет, — ответила Аня, даже не успев задуматься, как ее ответ звучал со стороны, чем заставила Киру напрячь извилины до предела, но наконец она сообразила. — Я в норме, это не моя кровь. Надо просто полежать. Недолго.

Их разговор прервал громкий смех, и Кира, заметив во дворе явно лишнюю фигуру, напрочь забыла про идиотский Анин ответ.

— Это еще кто?

— Спроси у наших ковбоев, — ответила Аня, уползая к своему спальному месту, подумав о том, что уж Кира сейчас у них спросит.

Но Кира не стала закатывать истерик. Во всяком случае сразу. Она просто спокойно вышла во двор, и обрадованные ее появлением парни наперебой принялись знакомить ее со своей позабытой подругой. Арина пыталась быть милой, но, не разглядев в Кире взаимного энтузиазма, немного ослабила напор.

Да, и с чего это я решил, что все будет просто? Подумал Леша, следуя в дом за своей зазнобой после ее холодного: надо поговорить.

— Вы с головой вообще дружите? — наконец, оставшись без свидетелей, Кира могла высказать ему все. — Второй рот за три дня! А завтра вы цыганский табор приведете? Давай, может, сразу на воротах напишем: «Приют для бездомных»?!

Леха не мог вставить ни слова. Да и все его аргументы в их текущей ситуации были предельно беспомощны. Наверное, со стороны могло показаться, что Кира просто вредная истеричка, и Арина, по первому их общению, вероятно сочла ее какой-то ревнивой дурой, но Леша прекрасно понимал, что она права. Хоть мужики и «добывали» еду, но именно Кира держала в порядке весь их быт, склеивая его по крупицам. Именно она перед ужином три часа вручную отбирала из таза риса заплесневелые зернышки, чтобы не травить домочадцев. И при всей внешней беззаботности, работа ее была по-настоящему тяжелой. Нужно ли напоминать про полоскание смердящих потными яйцами трусов три раза в неделю? Конечно, привезенные ими три рюкзака со жратвой внушали осторожный оптимизм, но в конечном итоге это было лишь отсрочкой неизбежного. Добавь сюда загибающийся насос, маячащий на горизонте многокилометровый переезд — и получишь крах цивилизации в миниатюре.