Глава 3
Дорога. Приём
Маршрут моей поездки был следующим: автобус до Берлина, на метро до аэропорта, от туда самолётом до Эксетера, а из него на такси до места работы. На тот момент это был один из самых дешёвых вариантов, но уж точно не самый простой: в Берлине нужно было найти метро, выбрать правильное направление и выйти на нужной остановке. Я не говорю по-немецки, мой автобус приезжал рано утром и добраться до аэропорта мне нужно было вовремя, поэтому часть этого пути я довольно сильно нервничал. Помню, как судорожно пытался определить правильность маршрута и не пропустить остановку, и то чувство облегчения, когда приехал в аэропорт, а до отлёта оставалось ещё пару часов. Вокруг аэропорта не было практически ничего, поэтому я просто сел на лужайку и закрыл глаза. Где-то вдалеке звонили колокола.
Что ждало меня впереди? Все мои знания о работе ограничивались стройкой, где я подрабатывал в шестнадцать лет около месяца и моим великолепным бизнесом по продаже пиратских дисков. А о Великобритании знал только из фильмов и романов Диккенса. Я был белым листом с двух сторон: без жизненного опыта, без опыта работы, без знаний о чём бы то ни было. Поэтому я вообще не мог себе вообразить, с какими людьми мне предстоит работать и что я буду делать на этой самой работе. Но это меня особо не волновало, я был уверен, что смогу приспособиться к любым более-менее нормальным условиям.
Страшным для меня был долг в пятьсот латов. Моя бабушка, Царство ей Небесное, одолжила деньги на эту поездку у своей подруги. Поэтому я очень переживал, не отправят ли меня назад, не вернусь ли я, потерпев полное фиаско в стране возможностей.
Просидев на лужайке около двух часов, я пошёл на свой рейс и полетел в новую жизнь.
В аэропорту Эксетера я поймал такси и, удобно устроившись на заднем сидении, с интересом смотрел по сторонам. Город с викторианскими домами, облицованными песчаником быстро закончился, потом были поля, потом небольшая деревенька и опять бесконечные поля с зелёной изгородью вдоль дороги. Потом немного леса и отель, в котором мне предстояло работать. Высаживаясь из такси я понял, что даже если очень захочу отсюда сбежать, у меня это вряд ли получится. Отель, как говорят англичане, находился «в середине ничего».
Зайдя в отель я подошёл к стойке администратора, представился и сказал, что приехал сюда работать.
– Да? – удивилась администратор, – Подождите, я свяжусь с менеджером.
Пошушукавшись со своей помощницей, она набрала номер, обмолвилась парой слов с кем-то на том конце провода, положила трубку и, улыбнувшись, сказала, что мне надо идти в другое здание, которое находится ниже по дороге.
Надо так надо. Я тащил свой чемодан и думал, что будет, если менеджер мне скажет, что они перепутали, никто им не нужен и мне можно ехать домой. Моё чувство дискомфорта ещё больше усилилось, когда я вошёл в помещение: везде ковры, витрины с призами, большие фотографии каких-то серьёзных дядюшек на стенах. Всё это великолепие с непривычки подавляло: я чувствовал себя маленьким никчёмным мальчиком из бедной семьи, об которого все могут вытирать ноги. В то время я был очень закомплексованным типом, особый трепет во мне вызывали обеспеченные люди.
Через пару минут ко мне подошёл менеджер, представился, попросил присаживаться, обещал скоро быть и снова исчез. Ожидание моё длилось около получаса и за это время я, как старая бабка, успел надумать себе миллион ужасов и глупостей. Комплекс маленького человека – пренеприятнейшая штука, я вам скажу. Но, вопреки моим страхам, менеджер, всё-таки, появился и повёл меня туда, где мне предстояло жить. Это был малюсенький, но двухэтажный домик на задворках гостиницы возле мусорных баков и возможностью сразу юркнуть на одну из кухонь. Внутри дома было не лучше, чем на мусорке: темно, грязно, в раковине стояла огромная гора посуды, вся кухня была в крошках, а на полу гостиной валялись грязные носки. В комнате сидело несколько парней моего возраста, пили пиво и громко разговаривали, играя в приставку.
Менеджер учтиво попрощался со мной, пожелал удачно расположиться и быстро ретировался.
«Попал», – подумал я.
– Привет, приятель, ты откуда? – спросил меня светловолосый кудрявый парень, который был громче всех.
– Из Латвии, – улыбнувшись сказал я.
– Откуда?! – парень поморщился.
– Из Латвии, – повторил я, всё ещё улыбаясь, что делало меня похожим на дурака, хотя на дурака, по справедливости, должен был бы походить этот белобрысый тип.
– Где это ваще?!
Тут все засмеялись, явно довольные таким диалогом.
– Куда мне положить свои вещи? – я решил сменить тему разговора.
– Да не знаю, вон, за диван положи.
– Я бы хотел пройти в комнату и положить их там.
– Да не парься ты, садись, мы играем, пива хочешь?
– Нет, спасибо, я не пью пиво.
– Что за бред, ты голубой что ли?
И опять смех. Наш диалог всем положительно нравился. Но я совершенно не знал, как себя вести. Уже давно прошли мои школьные беспутные времена, когда я мог так же весело обматерить или оскорбить человека. Я совсем недавно начал ходить в Церковь, старался вести христианскую жизнь, поэтому не мог разговаривать на таком уровне. Поэтому я вежливо отвечал на вопросы, а на обидные фразы внешне никак не реагировал, хотя внутренне мне было крайне тяжело. Через час находиться с ребятами стало невыносимо и я решил прогуляться. Недалеко от отеля шла просёлочная дорога, и я побрёл вниз по ней. Мысли мои были совершенно безрадостными. Что делать? Уезжать из этого места? Но куда? Ведь другой работы нет, да и денег тоже. Я понимал, что придётся остаться и терпеть. В крайне удручённом состоянии я начал молиться. Через какое-то время мне полегчало. Если Господь со мной, – подумал я, – то я всё могу перенести. Эта мысль окончательно меня укрепила и я вернулся в дом. К тому времени там царила совсем вакханальная атмосфера: пришли девчонки и кутёж был в самом разгаре. Снова вопросы про мою ориентацию, про личную жизнь, глупые шутки и громкий смех. Я был очень уставшим, двое суток в дороге давали о себе знать, поэтому я как-то добился от белобрысого парня, чтобы он показал, где я могу лечь спать. Парень провёл меня на второй этаж с двумя комнатками. В одной из них стояла двухспальная кровать. Королевский номер! Но мне не суждено было туда попасть: самая низшая каста ютилась кучно, как тараканы, в комнатушке с двумя двухъярусными кроватями, маленьким шкафом для одежды и комодом.
Яни (именно так звали моего замечательного благодетеля) показал мне на нижнюю койку. На вопрос, где я могу взять чистое бельё он вообще ничего не ответил и умчался куролесить на первый этаж. Вполне возможно, что в его понятийном аппарате не существовало связей между словами «чистое» и «бельё». Было неизвестно, какой тип спал на этой кровати до меня, поэтому я лёг на неё не снимая одежды и попытался уснуть, но шум с первого этажа не давал этого сделать. Через несколько часов мой измученный организм сдался, я начал постепенно засыпать и даже видеть какие-то сны. Но тут включился свет. Я зажмурился и открыл глаза. Незнакомый парень в майке и шортах стоял рядом и удивлённо смотрел на меня.
– Ты спишь на моей кровати, – сказал он и поправил очки.
– А.. Я… Извини… Я не знал, – начал бормотать я, подымаясь.
– Ничего, всё в порядке, не волнуйся, я пойду спать в другое место, – сказал парень и ушёл, погасив свет.
«Я попал к кретинам», – это были мои последние мысли, перед тем, как Морфей, видимо, в экстренном порядке, погрузил меня в сон.
Глава 4
Первые дни
Утром, перед тем как встать, я прислушался. В доме было тихо. В комнате тоже никого не было. По всей видимости, господа с дамами ночью отправились в какое-то увеселительное заведение и дома не ночевали. Это было как раз то, что мне нужно, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями.
После душа я спустился вниз. В комнате был хаос, на кухне тоже. Я не переношу грязи, в таких местах мне становится не по себе, поэтому первым делом я решил помыть посуду.
Намывая тарелки, я думал о том, что будет дальше, смогу ли я, всё-таки, здесь прожить. Пока что это место напоминало если не тюрьму, то исправительную колонию точно: расположено где-то в бескрайних полях, контингент тоже соответствующий. Разве что ковры в зданиях и фотографии важных господ на стенах немного сглаживали впечатление.
В дверь вошёл мой ночной гость и опять удивлённо уставился на меня.
– Это твоя посуда? – спросил он.
– Нет, я просто её мою, – ответил я.
– Но тебе не обязательно это делать!
– Всё в порядке, просто я не могу выносить такой грязи, вот и решил немного прибраться.
– Я Джонатан, – сказал парень, протягивая мне руку.
– Антон, – сказал я и тоже протянул ему руку, предварительно вытерев её полотенцем.
Теперь я мог его разглядеть. Джонатан был блондином невысокого роста, спортивного телосложения, в очках, с интеллигентным лицом и классической стрижкой. Говорил он тихо и вежливо, не ругался, в общем, производил приятное впечатление. В последствии я узнал, что ему было тридцать четыре года, но выглядел он максимум на двадцать два. Только когда уставал, и глаза его теряли блеск, он становился сразу намного старше.
Джонатан рассказал, что сам он из Южной Африки и ездил туда на пару недель отдыхать. Когда он уезжал, то в доме жил только он и его друг. Друг был менеджером и спал в королевской комнате с большой кроватью, а Джонатан в маленькой. В доме была чистота и порядок. А вчера он приехал и ужаснулся изменениям: друг исчез, а в доме царил хаос.
Я продолжал мыть посуду и разговаривать с Джонатаном, когда в дом завалилась орава вчерашних джентльменов. Увидев, что я делаю, они встали как вкопанные.
– А чего это ты моешь посуду? – удивлённо спросил Яни.
– Потому, что я не хочу жить как свинья, – улыбнувшись ответил я.
– А, ну ладно тогда… – задумчиво протянул Яни и компания парней шушукаясь и хихикая процикрулировала в комнату.