– Глупости! – вмешалась в разговор Дела. – Никто из твоих учителей там не был! Это нелепые фантазии! Повзрослей уже, придурок!
В воздухе повисла очередная неловкая пауза. Поляк, наверняка, нашел бы, что ответить, но в следующую секунду из радиоприемника вновь послышалась приятная музыка в исполнении «Рамона Ракелло и его Оркестра».
– Ну, наконец-то! – оживилась Беата. – Давай-ка потанцуем, милый, составишь мне компанию?
Не сказав ничего в ответ, глава семейства неуклюже поднялся из-за стола, едва не опрокинув стул и, глупо пританцовывая, двинулся в сторону супруги. Би, также, слегка захмелевшая, бросилась ему навстречу и, буквально, упала в его объятия. С трудом устояв на ногах, Тед принялся медленно покачиваться в танце, на виду у всех сжимая ягодицы женщины. Том виновато посмотрел на Харви, но тот лишь подмигнул ему в ответ и жестом показал: «Полный порядок!». Аделаида, по всей видимости, достигшая точки кипения, швырнула тканевую салфетку в тарелку и покинула гостиную, ни с кем не попрощавшись. Музыка тем временем вновь оборвалась. Нисколько не смущенные этим фактом, семейная чета Возняк продолжила свои неловкие телодвижения под давно затухшую мелодию.
В этот раз уже знакомый слушателям журналист вел свой репортаж с фермы какого-то узколобого янки, на частную территорию которого умудрился грохнуться гигантский метеорит причудливой формы. Данная новость, кажется, стала настоящей сенсацией для соседей бедолаги, их взволнованные перешептывания порой были слышны громче голоса самого хозяина фермы, очень долго и нудно описывающего появление космического тела в своих владениях.
– Твои родители, наверное, с ума сходят? – украдкой прошептал Том единственному, кто остался за столом.
– Вот уж вряд ли… Последние несколько месяцев они меня не замечают, будто это я стал призраком, а не мой… Кхм, прости, кажется, вино и мне дало в голову… – пробурчал Харви, потерев глаза.
– Спасибо, что спас меня… И за ботинки спасибо, и за карточки!
– Без проблем, дружок, пожалуйста!
Неожиданно за стол вернулся главный герой вечера, мистер Возняк. Его сварливость и бестактность, как рукой сняло и теперь он даже казался милым.
– Ну чего, парни, осталось место для десерта? – заплетающимся языком спросил он, прищелкнув пальцами.
Пространство гостиной вновь наполнилось зажигательными звуками веселого оркестра.
– Под десерт всегда найдется место! – отшутился Харви.
– Так я и думал! Сейчас организую, но, сначала мне надо отлить… – пробасил Тадеуш и, раскачиваясь из стороны в сторону, вновь поднялся из-за стола, уронив, в этот раз, тяжелый деревянный стул, на котором сидел.
Вздрогнувшая от грохота Беата незамедлительно вернула все на свои места при помощи гостя.
– Мистер Грин, мне безумно стыдно за мужа, приношу вам свои извинения, – произнесла женщина почти шепотом, – он слегка перебрал. Был расстроен выходкой Тома. В целом – он неплохой мужчина. Возможно, через-чур резкий и прямолинейный, но «кто из вас без греха, первый брось в нее камень…».
– Что вы, все просто чудесно! Я действительно рад познакомиться с вашей семьей, следующий ужин – за мной! – поспешил отреагировать юноша.
– Вот и славно! – брякнула миссис Возняк, расплывшись в нетрезвой улыбке. – Думаю, на сегодня хватит танцев и музыки, но у нас еще сладкое впереди… К слову, вы предпочитаете чай или кофе? – промямлила Беата, отключив радиоприемник на очередном «срочном включении».
– Чай стал бы отличным завершением вечера, спасибо вам большое!
Хозяйка дома, послушно кивнув, удалилась на кухню, по всей видимости, чтобы приготовить напиток. Стоило ей скрыться в дверном проеме, как в комнату вернулся Тед. Плюхнувшись на стул рядом с гостем, он вытер влажные, после уборной, руки о скатерть и по-стариковски заворчал, указывая на сына:
– Упрямый малый растет…тяжело с ним. Иной раз, без ремня ничего не понимает! Заглядывай к нам почаще, глядишь и выйдет толк из этого балбеса! Отличный ты парень, Харв!
– Непременно выйдет, сэр, у вас замечательный сын! Уверен, что он заставит вас гордиться своими успехами!
– Дай-то бог. Я слишком многим пожертвовал, чтобы разочароваться вновь. – шмыгнув носом бросил поляк. – Кстати, куда вы дели музыку, паршивцы?!
– Это все я, дорогой! – послышалось с кухни. – Уже поздновато для танцев, и мы рискуем потревожить покой мистера Роджерса, он ведь довольно рано ложится спать…
– Если старому козлу опять что-то не нравится – пускай несет свои мощи сюда, обсудим разногласия… А, пока этого не случилось, включи чертово радио, да погромче!
Супруга, не смея ослушаться, вернулась в зал и, подключив приемник к сети, вывернула колесико, регулирующее громкость, чуть ли не до предела, после чего, вновь скрылась на кухне, из которой уже доносился аромат свежезаваренного чая.
«…Она двигается! Смотрите, чертова штуковина пытается открыться! Назад, живо!». – взволнованный голос репортера содрогнул пространство комнаты – «Возможно, внутри люди, которые пытаются выбраться! Там же все добела раскалилось, они сгорят заживо! Эй там, отойдите! Прогоните же этих идиотов…». – звонкий лязг металла больно ударил по ушам и заставил съежиться присутствующих. Тадеуш резко обернулся на звуки и сосредоточенно застыл, внимая каждому слову. От его хмельной улыбки не осталось и следа.
«…Отвалилась! Крыша свободна! Эй вы там, аккуратнее! Назад!». – срывающийся голос продолжал репортаж. Из кухни показалась ошарашенная Беата. Ее было не узнать. Широко раскрытые глаза выглядели стеклянными, а губы сжались в тонкую полоску. Наблюдая происходящее, Томми испуганно нахмурился, словно это он являлся причиной того, что творилось по ту сторону фм-волны. Харви почувствовал, как от головы отошла кровь. Легкая заторможенность, вызванная парой бокалов вина, выветрилась за секунды и прямо сейчас он внимательно вслушивался в суетливый поток новостей, обычно идущих фоном.
«Дамы и Господа, это самое страшное, что я когда-либо видел… Подождите! Кто-то пытается выбраться наружу… Кто-то…или что-то! Два светящихся диска показались из черной дыры… Глаза?! Возможно, это лицо, возможно…». – вопли испуганной толпы заглушили голос диктора, словно крики стаи летучих мышей, мечущихся в небольшой пещере с хорошей акустикой.
Том почувствовал, как плотно сжались его челюсти, прикусив кончик языка. Нарастающая дрожь чудовищной волной прошлась по всему телу сверху вниз и обратно.
«Святые небеса! Что-то выползает из темноты, похоже на серую змею. Еще одна! И еще! Похоже на щупальца! Так, возможно, я вижу тело этого монстра. Оно огромное, размером с медведя и блестит точно мокрый кожаный ремень. Но это лицо…оно… дамы и господа, я даже не могу подобрать слов… Я с трудом продолжаю на него смотреть! Глаза как у змеи… У чудища рот треугольником, а с подрагивающих, пульсирующих губ течет слюна! Оно едва шевелится. Некая сила сдерживает движение, возможно, гравитация, или еще что-то… Оно возвышается! Толпа в ужасе отступает. Кажется, люди видели достаточно. Это самое шокирующее зрелище в моей жизни. Я не могу подобрать слов…», – неконтролируемая волна помех на мгновение захватила вещание, но, тут же отступила, – «…пока я говорю. Мне придется прервать вещание до тех пор, пока я не найду новую локацию. Пожалуйста, оставайтесь с нами, мы вернемся через минуту!».
Огромное блюдо с печеньем, что секунду назад крепко сжимали натруженные руки миссис Возняк, с оглушительным звоном, разбилось об пол. Белоснежные осколки запрыгали по комнате, как живые. Их недолгая чехарда прекратилась довольно резко, словно по приказу. В гостиной воцарилась абсолютная тишина. Но и она продержалась недолго. Вырывающийся из горла Беаты крик прикрыла ее же сотрясающаяся ладонь. Тед продолжал сидеть неподвижно. Глаза, давно помутневшие и потерявшие фокус, вновь ожили. В целом, он выглядел спокойным и единственное, что выдавало волнение – это дергающийся уголок рта, заживший своей собственной, беспокойной жизнью.
– Го-господи, ми-милый… Ты слышал? Слышал? – проблеяла Би, силясь моргнуть. Ее глаза блестели, как два кусочка льда на солнце. – Что-о же нам делать? – уже не сдерживая рыдания кричала женщина, закрывая лицо побелевшими руками, от чего ее голос звучал гнусаво.
Быстро закивав головой, ее муж поднялся, отдав короткий приказ:
– Собери все ценные вещи, нужно срочно уходить!
Глава 4. Прочь!
Беата Возняк стояла в дверном проеме, не дыша, но, сотрясаясь всем телом. Радио продолжало вещание, издавая нечленораздельные звуки, которые можно было принять за трансляцию бейсбольного матча с трибунами ревущих болельщиков, наблюдающих блистательный хоум-ран. На секунду женщина закрыла уши руками, словно от внезапного раската грома, и сильно зажмурила глаза. Писк, нарастающий в голове заглушил прочие шумы, поместив Беату в непривычное, но, вполне комфортное пространство, в котором она успела рассудить, что вся эта чушь по радио – не более чем злая шутка в канун грядущего Хэллоуина. Сладкое забытье прервал грубый толчок, от которого тело Би, пролетев пару футов, столкнулось с посудным шкафом. Звон битого стекла и хруст дерева не предвещали ничего хорошего и только чудом, содержимое ветхого серванта не обрушилось на голову несчастной. Задыхаясь, она сидела на полу, жадно хватая воздух и не сводя глаз с любимого подноса, на котором успела появиться вмятина от чьей-то подошвы.
– Вставай сейчас же! Выполняй приказ! – взвыл Тед, грозно топнув ногой.
Немного собравшись с мыслями, Би попыталась встать, опираясь на стену. Пульс бешено отсчитывал удары, хотя конечности, по-прежнему, испытывали приятную слабость под воздействием алкоголя. С трудом вписавшись в поворот, она унеслась наверх, тяжело вздыхая и всхлипывая. Проводив жену взглядом, Тадеуш кинулся в подвал и Том даже не сомневался, что конкретно ему там понадобилось…
Радио продолжало извергать все новые и новые потоки страшных новостей:
«…белый флаг, если эти создания поймут, что это значит… Если они вообще что-либо понимают! Погодите! Что-то происходит!». – запинающимся голосом тараторил журналист на фоне непрекращающихся криков и рыданий.
– Дружище! Не двигайся с этого места до тех пор, пока не вернется кто-то из родителей! Не вздумай уходить, я очень тебя прошу! – наказал Харви. – Мне нужно вернуться домой. Я должен защитить свою семью… По крайней мере то, что от нее осталось…
– У папы в подвале хранится ружье! И пистолет! Пожалуйста, останься с нами, он сможет нас защитить! – часто моргая лепетал Том, пытаясь ухватить одну из рук юноши.
– Малыш, ты слышал репортаж… Город в опасности и да, ты прав, отец сумеет вас защитить, но мне нужно бежать. Мои родители…я – все, что у них осталось, береги себя! – выпалил Грин и, спешно обняв Тома, побежал к выходу.
Мгновение спустя его силуэт утонул в сгущающемся за окном тумане, и движение прекратилось. Какое-то время Возняк младший простоял на месте и даже успел подумать о том, что все случившееся ему привиделось… Очередная реалистичная иллюзия, что вот-вот отпустит и позволит вернуться к реальности. Мысль принесла скорое облегчение и ледяная корка, покрывшая желудок, начала таять. Мальчик опустился на стул и посмотрел на свой ужин, к которому почти не притронулся. Нежданно-негаданно, у него разыгрался страшный аппетит. Точно в бреду, он голыми руками хватал еду, кусочек за кусочком отправляя ее в рот и тут же спуская вниз по пищеводу, толком не прожевав.
Заторможенное сознание, словно в попытке отгородиться от происходящего, сосредоточилось на процессе поглощения пищи. Том чувствовал, как кончики пальцев утопают в рыхлых плодах варенного картофеля, а после – хватают куски холодной селедки. Он наблюдал, как ритмично двигаются его челюсти и как пережеванное, смешиваясь со слюной, превращается в однородную, вязкую кашицу, активно наполняющую ссохшееся от ужаса чрево. Даже когда за спиной вновь послышались крики и началась суета, мальчишка увлеченно продолжал свою трапезу, никуда не спеша и ни на кого не отвлекаясь. Радио тем временем, будто прибавив громкости, надрывалось еще сильнее:
«Нечто стремительно возвышается над ямой! Небольшая зеркальная поверхность, она светится… Что это?! Боже!!! Струя пламени только что снесла головы тем, кто рискнул приблизиться! Им снесло головы! Боже милостивый, их тела полыхают, как факелы!».
– Том, вставай, нам нужно уходить! – уверенно раздался над ухом голос сестры. В этот раз он не был раздраженным или недовольным. Напротив, звучал мягко, почти ласково.
Подобно сомнамбуле, ребенок послушно встал и обернулся. Пробегавшая мимо Беата выглядела умалишенной: взмокшая и бледная, она металась из угла в угол, скидывая в мешок различные предметы: еда, столовая утварь, одежда, обувь… Руки женщины без устали работали, наполняя сумку до краев.
– Не бери все подряд! Мы не уйдем далеко с такой тяжестью! – холодно произнес Тадеуш, складывая ружье в специальный футляр. – Всем на выход!